Алексей Слаповский

Уже долгие годы в Самаре не выходят литературные журналы. Ни «Цирк «Олимп», ни «Голос» даже с большой натяжкой нельзя отнести к таким изданиям. Редко бывают в Самаре писатели из действующей «обоймы». Поэтому появление букеровского лауреата Алексея Слаповского на премьере спектакля «Уезжаю!» не осталось без внимания культурной общественности города.
«Когда читаешь прозу Слаповского — погружаешься в мир, столь узнаваемый, сколь и выдуманный. Литература в его книгах выступает как иная, подлинная жизнь, имеющая цель внутри себя, существующая пока ею живешь, пока ты присутствуешь в тексте. Тексты Слаповского напоминают компьютерные игры: ты — некий персонаж, вот тебе пространство, похожее на реальность, живи и действуй», — эта цитата из работы доцента филологического факультета нашего госуниверситета Ирины Саморуковой.
Алексей искренне обрадовался встречам со студентами и преподавателями, но еще более удивился, узнав, что его скромная персона стала предметом изучения и темой нескольких дипломных работ.
Он хорошо знает историю литературы и при этом живет как бы в двух пространствах — реальном и виртуальном («для большинства современных прозаиков Интернет — единственный способ запустить в обиход написанные ими тексты»). Но это не единственное объяснение: нынешние русские прозаики — наследники уже не только Достоевского и Чехова, но и латиноамериканских «фантастических реалистов».
Алексей Слаповский родился и 43 года живет в Саратове. Он окончил филологический факультет местного университета, работал учителем в средней школе, долгое время занимался теле- и радиожурналистикой, учился на драматургическом семинаре в Москве. Дебютировал как бард, но первый же его драматургический опыт был настолько успешен (представьте, начинающий драматург весной закончил пьесу, а осенью весьма уважаемый Ярославский ТЮЗ выпустил по ней спектакль), что он точно знал: с этой тропы не уйдет! — и 12 новых пьес за полгода, а всего — около 50 (Алексей никогда не производил «учет» написанного). И столь же резкое разочарование: ни один из многочисленных спектаклей — в Москве, в провинции, в Европе — не понравился, да так, что он даже перестал ездить на свои премьеры («ну, в Германию, может быть, — так то Германия»).
В конце 80-х занялся прозой, довольно быстро получил признание и известность. Благодаря букеровской премии (в 1994 году — за роман «Первое второе пришествие», в 1998-м — за роман «Анкета») последовали контракты с издательствами (самый изящный из них принадлежит московской фирме «Грантъ», поддерживаемой Институтом «Открытое общество» и выпустившей два томика Слаповского, в том числе «виртуальную» «Книгу для тех, кто не любит читать»). Алексей на какое-то время почувствовал себя независимым человеком, зарабатывающим на жизнь литературным трудом.
Какое-то время редактировал журнал «Волга», занимался публицистикой, самый известный из его «проектов» еще продолжает печататься на страницах «Известий». Написал сценарий многосерийного художественного фильма «Остановка по требованию». Студия «ТРИТЭ» Никиты Михалкова в лице режиссера Вилена Новака, оператора Вадима Юсова, композитора Владимира Дашкевича и звездного состава актеров во главе с Дмитрием Певцовым и Ольгой Дроздовой «с колес» его экранизировала, а ОРТ 3 октября начинает показ.
Спрашиваю Лешу: а как же проза? Он отвечает, что немного устал, что литературное творчество средств к существованию практически не дает и что он хочет продолжить эксперимент с телевизионными романами. Высказываю предположение, что усталость его связана с закрытием «Волги», он не спорит. Редакция выпустила «сшестеренную книжку» и, оставив за собой право на логотип, извинилась перед читателями — нет средств. «Хотя, если бы Аяцков (саратовский губернатор) продал хотя бы одного своего «голубого крокодила» (намек на зоопарк, который Дмитрий Федорович неустанно населяет разнообразными экзотическими животными), денег этих хватило бы на несколько лет жизни». Но к «дедам» (совет по культуре при губернаторе) либо не прислушиваются, либо… ну, в общем, понятно.
Редакция «Волги» обращалась за помощью к губернаторам многих соседних областей, некоторые из них ответили согласием, но справедливо поставили условие — перенести редакцию на их территорию.
— После встречи с Сергеем Пускепалисом (постановщик «Уезжаю!») хочу написать пьесу, — говорит Алексей. — Мне несказанно повезло — «уже при жизни» я нашел «своего режиссера». Сергея я знаю со времени его работы в Саратовском ТЮЗе, в Москве случайно попал в ГИТИС, где он сейчас учится у Фоменко, на показ учебных работ. Сергей выбрал мою «Пьесу N 27», я в первый раз ощутил, что режиссер одной со мной группы крови (сейчас спектакль — в афише театра «Мастерская Петра Фоменко»). А когда я приехал в Самару и увидел «Уезжаю!» в «Понедельнике», то понял, что нашел и свой театр. Сейчас я готовлю для издательства «Грантъ» первый сборник своих пьес и, наверное, напишу новую.
Мы расстаемся с надеждой: он — на то, что его новая пьеса придется ко двору в «его» новом театре, я — на новую встречу со Слаповским и на то, что, возможно, не единым постмодернизмом будет жить наш город (намек на нескончаемые «акции» Лейбграда с Макаровыми-Кротковыми — Айги — Рубинштейнами). «Что ты об этом, — устало отмахивается Алексей, — технология она и есть технология (это он о постмодернизме), а истина где-то рядом…»