Как многодетный отец из Сибири стал «Водолазом» в степях Донбасса

Как лодку назовёшь – так она и поплывёт. С позывным та же история, и командир отделения из 110 отдельного стрелкового полка, младший сержант Евгений с позывным «Водолаз» может сей факт подтвердить. На СВО ему и вправду доводится немало поплавать.

Читайте также:

Как помощник депутата с позывным «Самбо» стал замкомбата на СВО

Комбат с позывным «Восход» рассказал о самом начале СВО

Потомственный педагог продолжил воспитательную работу в рядах группировки войск «Центр»

Больше

«Водолаз», уроженец Нижнеудинского района Иркутской области, проходил срочную службу в Бурятии, был пожарным спасателем, затем водителем автоцистерны. Ещё в армии женился, родился ребёнок. После службы вернулся домой, работал водителем на лесорубке. Семья, трое сыновей, крепкое хозяйство.
В сентябре 2022-го Родина, объявив частичную мобилизацию, попросила о помощи. Евгений хорошо помнит этот момент – приехал домой с вахты, занимался своими делами, вдруг во дворе засигналила машина. Вышел, увидел сотрудницу местной администрации, занимавшуюся военно-учётными делами. Сразу всё понял: «Надо – значит, надо».

Уже первый заход на боевые позиции дал понять, что здесь идут настоящие военные действия. Позиции назывались «Панамы», и по пути к ним, в поле, по группе начал интенсивно работать противник. Где-то четыре пулемёта, пара «дашек» (ДШК), ещё четыре автоматных ствола – набор неслабый. Парни залегли на тропинке, и не могли выбраться в течение нескольких часов. К счастью, удалось вызвать по рации своих, и они оказали ответное воздействие на противника, дав группе возможность покинуть смертельно опасное место.

И в дальнейшем перемещения приходилось совершать под регулярными «прилётами» и атаками дронов. Часто путь в полтора-два километра можно было преодолеть не меньше чем за восемь-девять часов.

Однажды «Водолаз» и его напарник «Ким» в ходе выполнения задания забежали в подвал, и выйти оттуда полдня не позволяли сбросники.

С огромным риском для жизни и здоровья была связана даже работа, не предполагавшая прямого контакта с врагом – такая, как перемещение грузов воинского назначения из одной точки в другую. «Водолаз» вспоминает позицию «Гуф», на тот момент самую близкую к линии боевого соприкосновения. Работать можно было только ночью, и то под непрекращающимся беспилотным угнетением. Забрать тяжёлый мешок, порой два и даже три (для этих случаев имелась тачка) и перетащить на следующую точку – да, всего в нескольких сотнях метров, но при этом меньше чем за минуту, чтобы хоть как-то увернуться от дронов, летящих тоже с двух или даже трёх сразу с нескольких сторон. Кому-то, может, звучит легко – а попробуй сделай!

Особенно досаждали «птички», летевшие со стороны тогда ещё контролируемой ВСУ Красногоровки. Символично, а по-военному просто логично, что следующим этапом для Евгения и всего батальона стало освобождение этого населённого пункта. Уже заезд туда на «мотолыгах» (МТЛБ – прим.ред.) под плотным непрекращающимся обстрелом получился весьма адреналиновым – особенно, когда разрывалось прямо рядом.

Дальше был штурм и зачистка квартала многоэтажек на красногоровской окраине. Там «Водолаз» нейтрализовал первую для себя вражескую единицу живой силы, в ходе одного из штурмов стремившуюся куда-то вдоль забора, но после меткой автоматной очереди навсегда переставшую куда-либо стремиться.

Там же он сам впервые «попал под танк». Дело было при зачистке заключительного, торцового дома жилищного массива – его ещё называли «тройкой».

Штурмовики разбили группу противника в количестве восьми человек – кого-то «задвухсотили», кого-то просто ранили. За ранеными подлетела эвакуационная машина, прикрываемая танком, который начал лупить по дому. «Водолаз» в этот момент сбегал по лестнице, танк «отработал» лестничный пролёт – Евгения осыпало кусками бетона, но обошлось без ранений, ничего не пробило. Военнослужащий в ответ «отработал» по вражеской группе из подствольного гранатомёта, а заместитель командира роты «Повар» поддержал его из классического РПГ.

После многоэтажек батальон пошёл зачищать частный сектор. Эта миссия, как и вся красногоровская эпопея, запомнилась, помимо прочего, кратным увеличением использования противником FPV-дронов. Раньше, в Марьинке, ВСУ использовали их для крупных целей – разбить позицию, укрепление. Теперь же начали бить и по пехоте, не жалея «камиков» и на одного человека.

В ходе освобождения Курахово «Водолаз» уже работал в основном «на ногах», так же, как в Марьинке, обеспечивая транспортировку боекомплекта, провизии, всего необходимого, а также сопровождение заходящих на позиции штурмовиков. Эту работу, объективно тяжёлую, лично для себя он какой-то выдающейся не считает: «Тяжело в первые недели две, когда дорогу толком не знаешь, потом уже полегче».

Самым же сложным «Водолаз» считает нынешний участок – ещё не освобождённую от врага территорию Покровско-Мирноградской агломерации.

Рельеф и особенности местности к перемещениям не располагают, да и киевский режим бросил свои отборные части – батальон «Скала», «птичников» «Мадьяра». Здесь Евгений получил первое (и, дай Бог, последнее) ранение за время СВО. Пошли с напарником «Саймоном» из одного пункта в другой, нужно было занести провизию, рации и проводить человека. Пробежали одну «открытку», другую, поняли, что сегодня до конечной точки не добраться: каждые десять минут летает «Баба-яга», каждые три минуты – FPV-дрон.
Отошли в лесополосу, заночевали в блиндаже, утром продолжили путь. Вот и настиг их вражеский оптоволоконный дрон. «Водолазу» прилетело в лопатку, пробило руку, ногу.

Подлечился в госпитале – и снова на боевые. Необходимость выполнять задания, и при этом избегать по возможности неприятных встреч со злобными «птичками» и сказочными персонажами, чревата другими издержками для здоровья.

Приходится преодолевать холодные ручьи, болота, порой двигаясь по горло в воде. Так «Водолаз» поневоле стал профессионально соответствовать своему позывному.

За заслуги военнослужащий награждён государственной наградой – медалью Жукова, есть награды Министерства обороны – медали «За боевые отличия» и «За воинскую доблесть» II степени. Но не в наградах, безусловно, заслуженных, его счастье и мотивация. Спрашиваешь его: «Что заставляет идти вперёд даже при самом суровом и тяжёлом раскладе?».

Подумав, Евгений отвечает: «Нельзя дать заднюю, опозориться. Как я людям в глаза смотреть буду?». И, конечно, заряжает энергией мысль о возвращении домой. В семье трое сыновей, а хочется ещё дочку.

— Станислав Смагин, военный корреспондент издания «Военный вестник Юга России»