Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
В конце 2025 года один из крупнейших городов Самарской области — 100-тысячный спутник Самары Новокуйбышевск возглавил Герой Российской Федерации, старший сержант в отставке Максим Девятов, ранее не обладавший опытом муниципальной службы.
Коллеги по мэрии встретили его с откровенным любопытством и плохо скрываемой настороженностью: «Как спецназовец из Тольятти будет управлять целым городом?» При этом первые шаги Девятова на посту градоначальника буквально перетрясли заболоченную городскую администрацию.
Максим Девятов начал с того, что усилил личный контроль, упразднив должность советника и переведя в прямое подчинение правовой департамент и департамент административного контроля. На 2026 год также было анонсировано немало преобразований. Новостей из Новокуйбышевска с приходом Девятова стало поступать много, однако личность самого главы города до сих пор оставалась в тени.
Сколько времени понадобилось Максиму Девятову на то, чтобы возглавить Новокуйбышевск, находящийся в затянувшемся кризисе власти с 2023 года? С какими трудностями выпускник «Школы героев», студент самарского и столичного вузов столкнулся в новой должности главы муниципалитета? Кто ему помогает и о чем шепчутся за его спиной коллеги? Об этом и многом другом Герой России Максим Девятов рассказал в интервью «ДЕЛУ».
— Как вы получили предложение возглавить один из крупных городов Самарской области?
— Вячеслав Андреевич, наш губернатор, сделал это предложение. Сказал: «Неделю тебе на «подумать». Думаю, «хорошо». В принципе, я уже тогда знал, что соглашусь.
В Новокуйбышевске живут мои друзья, товарищи, к которым неоднократно доводилось приезжать. Город мне был знаком, были знакомы и понятны люди, которые здесь живут. Но, признаюсь, не знал, как и чем «дышит» этот город, чем он живет.
Собственно, сейчас уже знаю, спустя почти два месяца. Хотя, наверное, еще погружен не полностью. Коллеги из других муниципалитетов, все как один, говорят, чтобы сложить полную картину, иметь ясное понимание города, нужно «пережить все сезоны», прожить в городе минимум год в качестве руководителя.
— Ранее у вас не было опыта руководства муниципалитетом. В армии вы были сержантом, командиром, руководили личным составом…
— Командир несет ответственность за жизни своих подчиненных — это высшая степень ответственности руководителя.
— Безусловно. Однако в армии подчиненные безоговорочно выполняют приказы. Стиль и методы руководства муниципалитетом, скорее всего, иные. Чем отличаются подходы к управлению в армии и в муниципалитете?
— В армии приказы тоже имеют правовую основу. Ты же не можешь приказать человеку прыгать с крыши. Все приказы командира в рамках закона. Здесь то же самое. Распоряжения — те же самые приказы, которые глава муниципалитета может отдавать исключительно в рамках действующего законодательства.
Хотя разница, конечно, есть. В армии мужской коллектив и подход к управлению сугубо мужской, а здесь большая часть коллектива — женщины. Это придает некие нюансы управленческим решениям.
Где-то необходимо использовать более мягкий подход, быть более чутким, более внимательным, подходить детально с человеческой точки зрения, а не с сугубо уставной. Разница есть, но она не такая кардинальная, чтобы на этом стоило заострять внимание.
— Когда вы приехали в город в качестве главы, что увидели здесь? Вы сталкивались со стереотипным восприятием военнослужащих как неких «дуболомов»? Чувствовали такое отношение: «Пришел военный — устроит нам тут жизнь по уставу»? Как вы отвечаете на такие стереотипы?
— Не приходилось отвечать, не сталкивался. В любом случае получаю обратную связь от сотрудников различными путями. Город маленький, все друг друга знают, информация довольно-таки быстро распространяется.
Если кинуть камень с одного берега, волны всегда дойдут до другого. Здесь то же самое. Как уже отметил ранее, у меня есть свои люди «на земле», до которых так или иначе информация доходит. То, что здесь шепчутся за стенами, тоже хорошо знаю.
— Не возникало желание привести в эти стены своих людей, возможно из Тольятти? Вы набираете свою команду?
— Все мои боевые товарищи сейчас продолжают нести службу в армии, выполнять боевые задачи. Ребята, с которыми проходил «Школу героев», инициированную губернатором, тоже трудоустроены (те, кто смог себя реализовать в этой программе).
Среди участников «Школы героев» есть кадровый потенциал. Когда закончится второй поток, буду смотреть, кто и как сможет себя проявить. На текущем этапе есть человек, местный, новокуйбышевский, который проходит программу. Присматриваюсь к нему. Так или иначе, благодаря тому, что курирую «Школу героев» в регионе, все ребята у меня на виду. Будем смотреть.
— Почему вы считаете участников «Школы героев» ценными кадрами?
— Здесь есть человеческий фактор, в первую очередь, их мотивация. То, что они пошли на СВО, это высшая форма патриотизма — встать с оружием в руках на защиту Родины. Патриотизм, конечно, не только в этом заключается. Он проявляется и в повседневной жизни. Мы много об этом с детьми на уроках мужества говорим.
Даже если ребенок просто следит за собой, за своим здоровьем — это уже проявление патриотизма. Потому что здоровые люди — это вклад в будущее процветание всей страны. Повседневная жизнь может быть проявлением патриотизма, если ты относишься к городу, к региону, к стране как к собственному дому. Если ты хочешь, чтобы там было чисто, светло, уютно, безопасно — ты проявляешь патриотизм.
Патриоты нужны городу.
— Возвращаясь к вашим словам о том, что встать с оружием в руках за Родину — это высшая форма патриотизма. Проходя службу в прославленной бригаде спецназа, вы с первых дней оказались в самом пекле спецоперации. Звание Героя РФ вам присвоил президент в 2023 году. Расскажите о вашем подвиге. За что вас удостоили высшей государственной награды?
— Вы и другие СМИ писали об этом.
— Мы писали по сайту Кремля, там очень краткая информация.
— Больше, чем уже написано, я рассказать не могу, потому что это находится под грифом «секретно». Когда-нибудь, через 50 лет, снимут гриф и расскажут обо всем более детально.
— Когда вы вернулись домой, уволились из армии, какие чувства испытывали? Было понимание, чем заниматься дальше?
— Меня списали по здоровью. Другой работы, кроме как служение Родине и людям, у меня не было никогда. Выбор был такой: либо продолжать службу в армии, но уже штабным сотрудником, что не сильно меня радовало, либо попробовать гражданскую службу.
Когда Вячеслав Андреевич приехал к нам в бригаду, я поймал себя на мысли: «А почему бы и нет, почему не попробовать себя в гражданской службе». Сам подошел к нему и сказал прямо, что хочу быть в его команде. Вот и все.
В ответ получил приглашение принять участие в проекте «Школа героев», а итогом стало то, что мы с вами сейчас здесь видим.
— Как вы учились? Как построен этот процесс?
— Большая часть модуля проходит в видеоконференции. Приглашаются спикеры различного уровня, как региональные, так и федерального масштаба. В том числе преподаватели московского подразделения РАНХиГС. Курсы разные, начиная от социологии, коллективной психологии и заканчивая менеджментом, который сейчас активно применяется, например, в Росатоме. Мне сложно описать в рамках нашего диалога всю программу, но она довольно серьезно и качественно продумана.
После каждого блока есть промежуточный срез, как мини-экзамен.
— Были какие-то прецеденты, что кто-то не справлялся и уходил из программы?
— Все справляются в разной степени, но, чтобы кого-то отчисляли, такого не было. Были ребята, которые по тем или иным причинам сами уходили. Один парень ушел на СВО с первого потока. Кому-то программа и даже то, что он успешно ее прошел, не помогла. Есть люди, кто не смог реализовать себя по причине отсутствия должного образования.
— Насколько мне известно, вы сейчас получаете образование.
— На момент прохождения «Школы героев» я уже учился в высшем учебном заведении. Сейчас продолжаю учиться параллельно в двух вузах. В нашем Самарском государственном социально-педагогическом университете по направлению «социальная психология» (второй курс). И в московском вузе, в Финансовом университете при Правительстве Российской Федерации по направлению «государственное и муниципальное управление» (первый курс).
— Как ваша семья отнеслась к решению попробовать себя в гражданской службе, участвовать в «Школе героев», учиться в вузах, приехать сюда?
— Моя супруга привыкла к тому, что меня нет дома. Когда служил в армии, часто находился в командировках, нередко длительных, а бывало, и без связи. Сейчас мы в лучших условиях: можем созваниваться с определенной периодичностью. Конечно, ей тяжело одной с тремя маленькими детьми, им восемь, пять и три года. Приходится как-то сглаживать эту ситуацию. Сюда я не могу перевезти семью из-за того, что придется дергать детей — школы, садики… Да и некуда пока перевозить, здесь нет жилья.
— Где вы здесь живете?
— Снимаю квартиру.
— Главе города не предоставили служебное жилье?
— Здесь как такового муниципального жилья для сотрудников администрации нет. Жилье есть, но оно предназначено для других слоев населения, социально незащищенных.
— Это вызывает удивление.
— Мне совесть не позволит сделать иначе.
— Кем хотят стать дети Героя России?
— Они еще маленькие, чтобы иметь четкое представление об этом. Себя помню в том возрасте. Сегодня хочу быть продавцом, завтра космонавтом, послезавтра инженером, геологом и так далее. Интересы меняются со скоростью времени суток. Когда станут постарше, в 14-16 лет, уже можно будет что-то говорить.
Но старшая дочь проявляет сейчас интерес к военной службе, в Юнармию вступила. Автомат недавно разбирала, хвасталась.
— Вы хотели бы видеть ее среди женщин-военнослужащих?
— Почему бы и нет? Задача родителя — дать ребенку возможность попробовать проявить себя в различных ипостасях, а там что в душу ляжет. Человек так устроен, если у него нет желания работать на том месте, где он находится, можно заставлять сколько угодно, результат будет плачевный. Только желание развиваться именно там, где человек находится, дает возможность показывать хорошие результаты.
Точно так же и здесь у сотрудников. Некоторые приходят — наблюдая за ними, видишь, как они угасают, потому что находятся не на своем месте.
— Вам уже приходилось здесь с кем-то из сотрудников расставаться, увольнять кого-то?
— Да. Кто-то ушел сам, когда началась активная работа. В целом, приступив к работе, пришло понимание, что раньше деятельность администрации была вялотекущей. Сейчас и жители отмечают, и сотрудники администрации, что темп повысился, все процессы стали более оперативными, но, естественно, и загруженность выросла.
Город сложный, и требования у меня к трудовой дисциплине высокие.
— В чем заключаются ваши высокие требования к трудовой дисциплине?
— Оперативность, исполнительность и качество.
— У вас есть какая-то система оценки качества? Как вы строите взаимоотношения с подчиненными?
— В армии, еще на срочной службе, командир воинской части сказал такую вещь, банальную, осознание ее пришло потом. Он сказал: армией руководят генералы и сержанты. Все остальные — это промежуточное звено.
Вот здесь то же самое. Так и выстраиваю отношения: выходит распоряжение, получаю обратную связь от жителей, как это распоряжение выполнено, насколько быстро и качественно. Если время затягивается, приходится дергать, почему так долго, в чем сложности. Иногда таким путем выявляются системные ошибки, а часто — лень и невнимательность. Каждый случай разбираем.
Рублем пока никого не наказывал. Считаю это крайней мерой. Пытаюсь воспитывать коллектив, перестраивать под требования нашего времени. Большинство на самом деле уже перестроилось. Причем перестроилось довольно быстро. Казалось, процесс будет протекать гораздо медленнее. Даже сами сотрудники отмечают, что в целом стало лучше.
— В муниципалитетах много возрастных сотрудников, есть желание сделать команду моложе?
— Нет планов выгнать кого-то на пенсию. Сейчас в администрации порядка сорока вакансий. Был дан ряд поручений, в том числе для того, чтобы привлечь молодые кадры. Прорабатывается и финансовая составляющая, зарплатная, для специалистов, для консультантов.
Молодежь не идет в администрацию, потому что зарплаты низкие, чуть выше МРОТ. Молодой человек курьером больше заработает. Поднимаем оклад для стартовых должностей, дополнительно к этому идет социальный пакет, который дает стабильность. При развитии будет расти и доход специалиста.
Мы заключили соглашение с филиалом вуза, СамГСПУ, заключили соглашение со средними специальными образовательными учреждениями, для того чтобы студенты проходили стажировку на базе администрации. Тем самым вовлекались в эту работу и смотрели, как это происходит изнутри. Ранее администрация была закрыта для жителей и для молодежи в том числе. Так быть не должно.
На максимум
— Вам кто-то помогает во всех перечисленных выше процессах? Недавно вы встречались с экс-мэром Новокуйбышевска, бывшим вице-губернатором Самарской области Александром Нефедовым, который обещал оказывать помощь, как он помогает?
— Он дал хороший совет — обходить город пешком, чтобы видеть, что реально происходит «на земле», последовал этому совету. Мы созваниваемся, обсуждаем некоторые проблемы.
— Возвращаясь к разговору о выборе пути. После того как вы завершите обучение в вузах, ваши возможности профессиональной реализации станут шире. Где вы себя видите? Вы хотите строить карьеру чиновника?
— Пойду туда, куда прикажет Родина.
— Военная закалка…
— Все просто. Меня попросили прийти на это место. Просьба — это высшая форма приказа и высшая форма доверия начальника. Руководствуюсь, во-первых, этим.
Во-вторых, руководствуюсь таким простым, но в то же время значимым правилом: делай что можешь с тем, что имеешь, там, где ты находишься. И делай это на 100%. Тогда ты придешь к успеху.
Во мне с прежнего места службы заложено то, что бойцов подразделения специального назначения, где мне довелось служить, всегда посылают туда, где тяжелее всего и где необходимо действительно выполнить задачу, а не просто отбыть номер.
Пока я здесь, пока я здесь нужен, я буду работать на максимум. До той поры, пока Родина не скажет, что я нужен где-то еще.
— Виктория Петрова
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены