Офицер российского штурмового батальона «Хруст»: «Дроны меняют лицо войны»

В «Южной» группировке войск выполняют задачи бойцы добровольческой разведывательно-штурмовой бригады «Александр Невский». Среди них — заместитель командира одного из штурмовых батальонов с позывным «Хруст».

Читайте также:

Должность и личность

Люди с передовой

«Реальный опыт не заменить»

Больше

Руслан из солнечной республики Татарстан. На «гражданке» работал в самых разных сферах: международных перевозках, организации управления транспортом, осваивал «зимники» (новые месторождения).

«Закончил Московский автомобильно-дорожный государственный технический университет – работал по профилю. На карте точку показывали: здесь должно быть месторождение, сюда надо пробить дорогу, проложить, осыпать, обкатать. И мы делали…», — рассказывает «Хруст».

На он СВО отправился еще в 2022 году. Был пулемётчиком в штурмовом батальоне, водителем КАМАЗа, мехводом эвакуационной группы, а после получил офицерское звание и стал заместителем командира штурмового батальона.

«В специфику работы я вник как-то сразу. Тут как бы всё просто, пришёл, увидел, победил или тебя победили. Но, конечно, за годы службы, где только не приходилось «работать». Бывало, я в такие места заходил, куда даже пешком – трудно пробиться, не говоря о технике», — говорит офицер.

«Хруст» отмечает, что сейчас очень большую нишу занимают дроны. Их используют для нанесения точечных ударов, наблюдения, связи, доставки боеприпасов или воды и для уничтожения других дронов. То насколько обширная область применения у этой техники невозможно не заметить.

«Я вам даже так скажу, бывают моменты, что тяжёлая техника: танки, БТРы, пушки – не успевают добраться до точки, откуда могут нанести удар. Еще до подхода к ЛБС их может сжечь бесконечная саранча дронов», — говорит «Хруст».

Каждый день операторы ВСУ изворачиваются и придумывают новый способ атаки. Создание засад это только один из множества примеров. То есть: присели они на дороге и ждут, когда вы проедите. Такие дроны даже заметить не успеешь. Да и сейчас примерно девяносто процентов ранений осколочные – от сбросов или дронов камикадзе.

В качестве противодействия в штурмовом батальоне работает подразделение, подготавливающие операторов дронов. Они обучают новобранцев или уже опытных военнослужащих тонкостям управления новой техникой. Кроме прочего, есть и своя лаборатория, где придумывают новые дроны, ремонтируют повреждённые и даже перепрашивают дроны противника, что бы наши военнослужащие били ВСУ их же «птичками».

«Я придерживаюсь принципа – проведи подготовку на местности сам и только потом вступай в бой. Чтобы не допускать таких ситуаций, когда из-за не точных данных разведки натыкаемся на противника, где его быть не должно. Поэтому у нас обязательно в подразделениях есть и операторы-наблюдатели и другие, которые наносят удары дронами камикадзе, все обучаются работе как в дневное, так и в ночное время суток. Чтобы ребята, которые идут на задание, знали, что их сопровождают наши операторы, с которыми они вместе сидят, едят, они вместе окопы роют», — рассказывает военнослужащий.

Офицер уверен, что опыт работы – это самое необходимое как для командира, так и для подчинённого. «Поэтому у нас все: и комбат, и его замы, и делопроизводители и даже ремонтники и техники прошли штурм око-пов лично. А так как они там были, то знают, насколько сложна и важна их работа. И так у нас, получается, есть командир батальона, есть три зама (по вооружению, по тылу и военно-политической работе). И все мы взаимозаменяемы, так каждый понимает специфику в целом. Что бы при любых внештатных ситуациях батальон продолжал боевую работу. Моя же главная задача – что бы батальон ни в чем не нуждался: у всех была связь как с командирами, так и с подчиненными, решались любые возникающие проблемы», — рассказывает «Хруст».

Необходимое для командира умение находить общий язык с личным составом «Хруст» приобрел ещё на гражданской работе.

Очень важным элементом деятельности батальона является подготовка новобранцев. Чтобы каждый солдат чётко понимал обстановку и возможные ситуации, а также знал, что в бою можно положиться только на себя.

«При получении ранения первым делом ты должен оказать самопомощь, а уже потом эвакуироваться в тыл. В бою не всегда есть возможность сразу отправить группу эвакуации. Тут даже те, у кого уже есть опыт службы в зоне СВО, а я скажу — многие наши военнослужащие прошли помимо прочего и Афган и Чечню, — но все понимают, насколько быстро меняется обстановка. — Констатирует «Хруст». — Сейчас, твоё главное оружие — слух, глаза и ум, чтобы суметь обмануть противника. Вот пример – у меня есть один военнослужащий, бывший охотник из Красноярского края, вырос в тайге, всю жизнь на уток охотился. А здесь – десятками вражеских «птичек» сбивает, это все охотничий опыт. Он всю жизнь с ружья стреляет. Я бы таких набрал, десяток, вот это было бы подразделение – лучшего прикрытия от БпЛА не придумаешь».

— Филипп Харченко, военный корреспондент издания Южного военного округа «Военный вестник Юга России»