Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
От многомиллиардной стратегии транспортного развития Самарской области отодвигают тех, чья политическая ориентация противоречит нынешним правилам игры. Специально привлеченный было под эту программу Артемий Ярчевский публично поддерживал лидеров несистемной оппозиции и не стал удалять свои откровения после выдвижения на бюджетные потоки. В итоге до них он не дойдет.
В конце минувшей недели стало известно, что самарский «Белый дом» планирует прекратить взаимодействие с урбанистом Артемием Ярчевским, который в октябре минувшего года формально возглавил автономную некоммерческую организацию «Самара. Транспорт, удобный для жизни». Ее учредили постановлением областного правительства от 16 сентября 2025 года, официальным учредителем стало министерство транспорта и автодорог региона. Во главе транспортного ведомства вскоре появился экс-министр туризма Самарской области Артур Абдрашитов, с подачи которого, утверждают источники «СО», создана и АНО, и подобран ее директор. Финансирование работы этой АНО, по информации ряда источников издания, еще не началось, соответственно, не завершено было и официальное трудоустройство самого Ярчевского. Артемий Ярчевский, по сути, должен был стать козырем в команде нового главы самарского минтранса. Но в итоге разыграл совсем другую карту.
Предполагалось, что организации, возглавляемой столичным урбанистом, передадут огромный функционал, за который раньше всегда отвечало министерство. Как заявлял «СО» сам г-н Ярчевский, целью его команды станет «создание и реализация стратегии развития транспортной системы региона, которая объединяет все виды транспорта (включая речной и авиацию) в единый блок»: «АНО должна стать оператором всех изменений в транспортной сфере, распаковав стратегию в конкретные проекты, и вести их до реализации поставленных целей».
В декабре стало известно, что регион действительно получил проект стратегии, одна лишь презентация которого заняла 354 страницы. Стоимость реализации только в первые три года требовала 18,5 млрд рублей. («СО» подробно писало о нем в №47 от 29.12.2025.) Ряд идей из этой концепции г-н Ярчевский анонсировал еще в октябре прошлого года, вскоре после своего назначения руководителем АНО (например, программы капитальных ремонтов трамвайных путей в Самаре и развития железнодорожного движения в регионе). Однако реализовать их ему теперь не суждено.
Стали ли тому причиной некоторые из предлагаемых московскими единомышленниками Артемия Ярчевского идеи? Или сложно контролируемая стоимость услуг свободомыслящего столичного урбаниста побудила заинтересованные лица и структуры более внимательно изучить его портфолио? Так или иначе, но прокатившаяся в январе по инсайдерским каналам волна информации о содержании некоторых постов Ярчевского, опубликованных им в разные годы в социальных сетях, сыграла, очевидно, серьезную роль, накрыв креативного менеджера в шаге от вхождения в контур «Белого дома».
В правительстве обнаружили, что в прежние годы урбанист открыто сочувствовал оппозиционным политикам Борису Немцову и Алексею Навальному**, включенному в реестр террористов и экстремистов, положительно оценивал эффект от организованных в прежние годы оппозиционных митингов, выражал скепсис по поводу вещей и процессов, в которых сомневаться не принято. Особенно лицам, претендующим на участие в управлении бюджетными потоками и в развитии стратегической транспортной отрасли. Некоторые из этих постов размещались в Facebook (*деятельность запрещена в России, принадлежит компании Meta, признанной в РФ экстремистской) и дублировались во «ВКонтакте». Однако наиболее откровенные можно найти в бывшем «Твиттере» — ныне «Х», которая также до сих пор заблокирована в России.
Посты такого содержания достаточно странно было обнаружить в соцсетях человека, которому вот-вот должны были доверить освоение миллионов, а то и миллиардов бюджетных рублей, причем без проведения торгов. (Ради чего, собственно, и была выбрана форма АНО.) И еще более странно было то, что Артемий Ярчевский не позаботился о том, чтобы удалить или ограничить доступ к этим твитам после того, как возглавил учрежденную областным минтрансом организацию.
Чувствовал ли сам Артемий Ярчевский противоречие между своим новым статусом в Самарской области и той позицией, которая была выражена им в разные годы в соцсетях? И придерживается ли он ее до сих пор? Ответы на эти вопросы «СО» урбанист оставил без ответа.
Не исключено, что причиной молчания стало фактически уже принятое решение самарского «Белого дома» отказаться от работы с Ярчевским. «Артемий Ярчевский привлекался к работе по созданию проекта стратегии развития транспортной системы региона в статусе эксперта, транспортного аналитика. Трудовые отношения с ним до настоящего момента отсутствовали. Необходимые для этого документы находились в фазе согласования, и окончательного решения по ним не было. Насколько мне известно, оно в принципе уже появилось и будет носить негативный для Ярчевского характер, — сообщил «СО» близкий к руководству «Белого дома» источник в областном правительстве. — В структурах, связанных с правительством Самарской области, он работать не будет. Обусловлено ли это решение его политической позицией? Отчасти, думаю, да. В нынешних реалиях мы не можем себе позволить на ответственной позиции сотрудника с двусмысленной точкой зрения на вполне очевидные процессы и персонажи».
Многих собеседников «СО» совершенно не удивила история Артемия Ярчевского. По их словам, в структурах власти разного уровня до сих пор много людей либеральных убеждений. И многим удается достаточно долго работать в системе. Но не всем, даже если они занимают высокие посты и имеют связи на высшем уровне. Достаточно вспомнить историю министра культуры Самарской области Татьяны Мрдуляш, которая всего полтора года — в 2021-2022-м — занимала этот пост и покинула его на фоне скандала, разгоревшегося из-за ее постов в соцсетях. Доминантой этого события стало ее фото с одиночного пикета 2013 года в поддержку все того же Алексея Навального*. Ситуацию не спасли ни интервью г-жи Мрдуляш, в которых она пыталась публично покаяться за прошлые ошибки и выражала поддержку России, ни родственные связи (ее мать, Ольга Голодец, была вице-спикером правительства РФ). Не лучшим образом на судьбе чиновников отражаются и «либерально-оппозиционные» взгляды их детей. Находящегося ныне в СИЗО бывшего первого вице-губернатора Виктора Кудряшова до ареста обвинили в непатриотичном поведении сына в период начала СВО (а оно действительно имело все признаки непатриотичности). И в этом случае ситуацию не исправили ни смена позиции в соцсетях, ни возвращение Кудряшова-младшего в Россию.
В концепции, претворять в жизнь которую предстояло команде Артемия Ярчевского, одной из самых спорных — и не совпавших с позицией руководства региона — стала идея остановить строительство метро в Самаре. В то время как губернатор Вячеслав Федорищев заявлял (причем со ссылкой на столичные профильные институты) о «возможности и необходимости строительства пяти станций метро», в стратегии Ярчевского буквально было прописано следующее: «Дальнейшее строительство новых станций и линий метрополитена на горизонте стратегии нецелесообразно».
У этой идеи нашлись как сторонники, так и убежденные противники. Так, депутат Госдумы Михаил Матвеев говорит, что 20-30 лет назад и он бы поддержал идею больше вкладываться в более доступный с точки зрения экономики наземный транспорт, строить дороги-поперечники, магистраль «Центральная» и т.д.
Теперь же парламентарий полагает, что метро все-таки надо строить, и прежде всего станцию у железнодорожного вокзала: пока она не будет построена, оценивать перспективы метро нельзя. При этом самарская подземка до сих пор имеет всего по одному выходу на главные магистрали города. Нужны еще станции на Ново-Садовой и Московском шоссе, но не в центре города, а, например, в районе Барбошиной Поляны или в таких крупных районах, как Промышленный.
«Но самая главная задача, которую должны перед собой ставить такие могучие люди с такими могучими связями, как губернатор Федорищев, — это добиваться федерального финансирования, — подчеркивает Михаил Матвеев. — Было бы логично, чтобы губернаторы регионов, где есть города-миллионники, объединялись и ставили перед президентом и правительством вопрос о том, что необходима федеральная программа по развитию метрополитена в миллионниках. Потому что проблемы с метро не только в Самаре возникли… А просто взять сейчас и сказать, что дальше метро строить не будем, — это значит просто не довести до конца дело, на которое ушли десятилетия и уже потрачены миллиарды рублей».
Уроженец Самары и выпускник магистратуры Высшей школы урбанистики ВШЭ Артемий Ярчевский до назначения директором самарской проправительственной организации имел сравнительно недолгий стаж работы чиновником. В 2019 году он был ведущим экспертом отдела рельсовых видов транспорта ГКУ Москвы «Организатор перевозок», позже трудился в департаменте транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры города Москвы во главе управления развития рельсовых видов транспорта и перспективного развития транспортно-пересадочных узлов.
Далее г-н Ярчевский предпочел уйти в свободное плавание и заняться развитием собственных проектов. Одним из них была серия видео о жизни различных регионов России «Тема №2» на канале YouTube (заблокирован в России), ради которой г-н Ярчевский много ездил по разным регионам России. По его заверениям, весь проект он делал за свой счет. Позже уехал в Китай, проживая в котором смог стать финалистом одной из номинаций конкурса «Лидеры России».
Стоит отметить, что еще до поступления в ВШЭ урбанист уделял внимание и политике, участвуя в различных выборах. В 2012 году он баллотировался в столичные депутаты в Марьиной Роще. В конце 2014-го стал одним из 23 участников первого в Самаре конкурса на должность сити-менеджера. В 2015-м партия «Яблоко» выдвинула его кандидатом в депутаты по всем девяти районам Самары. Позже среди участников выборных кампаний г-н Ярчевский замечен не был. Но в соцсетях и далее демонстрировал интерес к темам политики и власти, обозначая свою позицию по разным вопросам в постах, которые вполне можно назвать программными.
АЛЕКСАНДР СТЕПАНОВ, депутат Самарской губернской думы
Конечно, у нас публично декларируется плюрализм мнений, и хочется, чтобы за слова — если они не антигосударственные — человека не преследовали по закону. Каждый должен выражать свою точку зрения как угодно.
С Артемием Ярчевским я не знаком ни лично, ни заочно. Не читал его [соцсети], поэтому что-либо сказать о нем мне сложно. Но, как говорил Черчилль, «глуп тот человек, который никогда не меняет своего мнения». Мне кажется, было бы правильно, если есть такие публикации, о которых вы говорите, подчистить их, прокомментировать, изменить и т.д. Ни Немцова, ни Навального* (включен в реестр террористов и экстремистов. — Прим. ред.) давно нет в живых. И мне, как гражданину России, не хотелось бы, чтобы в структурах власти были последователи перечисленных выше фамилий.
На сегодняшний момент общегосударственная задача у нас одна: чтобы победа была ближе, — и она должна затмевать все остальные узкопартийные, узколичностные задачи. И мне бы хотелось, чтобы во власти были все-таки ответственные государственники.
МИХАИЛ МАТВЕЕВ, депутат Государственной думы
Можно вспомнить предыдущего губернатора, в окружении которого тоже находили ярких представителей разных ныне запрещенных движений. Например, сына вице-губернатора Кудряшова.
В этом нет ничего удивительного, потому что у нас вся современная элита управленческая и экономическая была сформирована институтами, которые в 1990-е годы контролировались практически в открытую западными центрами, образовательными, финансовыми, экономическими и т.д. И все эти высшие школы экономики ковали либеральную когорту с соответствующими общественно-политическими взглядами. Многие из этих людей оканчивали также иностранные вузы. Конечно, сейчас они вынуждены меньше говорить о своих взглядах, но трудно скрыть все с учетом того, что существует интернет.
На мой взгляд, значимую часть нашего правящего класса по-прежнему составляют люди, внешние и внутренние кумиры которых всем известны. Среди так называемых технократов и эффективных менеджеров достаточно много либералов, чаще всего скрытых.
Насколько сочетаются общественные убеждения и личные пристрастия с профессионализмом? Этот вопрос оставлю в данном случае за скобками. Я не знаю Ярчевского как профессионала. Может быть, его общественный взгляд — это одно, а профессиональные способности — другое. Может быть, если человек должен командовать транспортом, а не идеологией, к примеру, это не приведет к фатальным вещам, но определенный штришок, конечно, к портрету добавляет.
ВЛАДИМИР ЗВОНОВСКИЙ, президент Фонда социальных исследований Самарской области
Сейчас я не буду называть примеры тех, кто, что называется, на виду, но их точку зрения мы знаем. Является ли она публичной и открытой? Это один вопрос. Другое дело — можно ли ее найти? В данном случае ее нашли, в других — нет.
И хотя я с этим молодым человеком знаком шапочно, за его публикациями не слежу, — как, впрочем, и за другими, — но для меня появление такого неудивительно. Все это очень распространено, особенно в том, что касается культуры, транспорта, художественной сферы, благоустройства городов и т.д.
В интересах этой социальной группы все и делалось! В том смысле, что основная социальная группа для оппозиционных сил — это молодежь. В ней противников спецоперации немало, и особенно в больших городах, и особенно в Москве. А один из главных вопросов для этой группы — комфортность проживания, передвижения по городу и благоустройства. Естественно, что эти интересы во власти отстаивают идейно и классово близкие специалисты.
А те, кому 60+, в основном поддерживают деятельность партии и правительства и к вопросам благоустройства равнодушны. Политики как деятельности в стране нет, все политические вопросы решает один человек. Все остальное — это вопросы благоустройства, в их решении люди и пытаются принять участие.
Я, кстати, согласен, что сейчас Самара нуждается как раз в развитии общественного транспорта, а не личного. Нет смысла в угоду автолюбителям весь город закатывать в асфальт и в бетон. Без общественного транспорта город задохнется рано или поздно. Метро в том виде, в котором оно есть сейчас, скорее всего, стоит вывести к вокзалу. То, что построено, нужно использовать, возводя крупные жилые и коммерческие массивы вдоль линии — по Гагарина и Луначарского, чтобы нагрузить действующую ветку.
Спрямление железной дороги — действительно, что-то очень странное, на уровне бреда. Надо разбираться, что все-таки имелось в виду. В конце концов, аэроэкспресс в Шереметьево в Москве тоже едет по извилистому пути, и ничего.
— Отдел политики
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены