Алексей Гришин: «Мы дружили с Меркушкиным с конца 90-х до моего ареста»

Бывший глава Министерства строительства Самарской области Алексей Гришин дал в пензенском суде показания против Алексея Меркушкина, своего друга и подельника, сына экс-губернатора Мордовии и Самарской области Николая Меркушкина.

Читайте также:

Фролова отпустили: бывший топ-менеджер Банка АВБ избежал приговора

Самарский районный суд арестовал бывшего сотрудника ФСБ Дениса Денисова

В Самарской области в собственность государства возвращен оздоровительный лагерь

Больше

Меркушкин-младший обвиняется в попытке дать взятку представителю ЦБ, чтобы тот закрыл глаза на проблемы «Мордовпромстройбанка» (МПСБ) и в продаже по многократно завышенной цене компании «МордовЭкспоЦентра» региону.

Некоторые фигуранты совместных с Меркушкиным сомнительных схем уже были признаны виновными по уголовным делам. В частности, Алексею Гришину уже присудили четыре года колонии-поселения за участие в «криминальной продаже на баланс республики «МордовЭкспоЦентра» по завышенной цене в 271 млн рублей», его сестра Татьяна Гришина и экс-депутат Госсобрания РМ Вячеслав Брыков – 4,5 года.

Правда сам Гришин уже на свободе – в ноябре 2023 года его выпустили по УДО. Теперь он активно дает показания на Алексея Меркушкина, с которым они совместно в середине 2010-х совместно владели компанией «Инвест-Альянс», через которую контролировалось ряд других бизнесов.

О том, что происходило в зале суда сообщает портал «Столица-С».

Гришин не стал скрывать взаимоотношений ни с большинством фигурантов дела, ни с Алексеем Меркушкиным.

По словам Гришина, с Меркушкиным они общались с конца 90-х, дружили, в том числе семьями. Дружба продолжалась много лет, вплоть до, собственно ареста, Гришина в 2020 году.

«Мы общались долгое время. А при совместной работе, то есть до 2006 года, встречались намного чаще. Но и когда я уезжал в Москву и в Самарскую область, общение по-прежнему было регулярным», — рассказал он суду.

Зато с сестрой, руководившей некоторое время МПСБ, и отбывающей сейчас наказание в колонии в поселке Явас, отношения не сложились.

«Как раз по поводу деятельности учреждения у нас, безусловно, были разные мнения. Что привело к напряженности. Не деловыми, а личностными стали отношения», — объяснял Гришин. Он признался, что отношения испортились настолько, что по вопросом деятельности организации он предпочитал общаться не с сестрой, а с Меркушкиным.

Также Гришин признался, что и он, и вероятно, его «друг» в периоды, когда занимали государственные должности, передавали свои доли в бизнесах «номиналам». Сам Гришин, например, в таком качестве использовал своих родителей: Людмилу Гришину и экс-ректора Российского экономического университета им. Г. В. Плеханова Виктора Гришина.

Похожим образом действовал, по его словам, Меркушкин.

На вопрос, кто был в тандеме главным, Гришин ответил дипломатично.

«Не видел здесь для себя лидера… Каждый из нас мог настаивать на том решении, которое считал нужным и правильным…», — сказал он.

В ходе допроса были затронуты и темы, связанные с бизнесами предпринимателей. В частности они контролировали мордовскую кондитерскую фабрику «Ламзурь». Однако знаковое для Саранска предприятие чувствовало себя не очень хорошо.

«Прибыль и объемы продаж лишь падали год от года. Предприятие работало с убытком! Постоянно требовались все новые финансовые вливания и все новые кредиты, чтобы продолжать работу», — рассказал Гришин.

Интересно, что часть акций фабрики Меркушкину продал экс-глава Нацбанка Мордовии Александр Тренькин. Он получил за них 7 млн рублей при том, что стоимость оценивалась в 41 тыс. рублей. Это силовики и посчитали взяткой. Они сочли, что деньги были переданы таким образом, чтобы Тренькин закрыл глаза на нарушения, выявленные при проверках МПСБ.

«Со временем эти банковские проверки стали постоянными, можно сказать, непрекращающимися», — вспоминал Гришин.

При этом, Гришин категорически отрицал, что его отец принимал какое-либо участие в делах банка или же помогал найти контакт с контролирующими органами.

«Он не решал проблем банка. И решать их был не в состоянии. Но при этом могу сказать, что один-два раза ему удавалось попасть на прием в ЦБ РФ, чтобы проконсультироваться по поводу результатов проверок», — говорил Гришин.

«Каждая из них была для банка как трагедия! Ревизоры требовали увеличить резервы. <…> В горячке, из-за риска потери банка в таких случаях я мог даже сестре позвонить», — жаловался он.

При этом, на балансе МПСБ скопилось много непрофильных активов. В том числе «МордовЭкспоЦентр», продажа которого легла в основу одного из уголовных дел. Имущество, по словам Алексея Гришина, сначала переоценили, чтобы решить проблемы с дорезервированием. В результате его стоимость утроилась.

На вопрос, соответствовала ли новая оценка центра действительности, Гришин ответил: «Я хотел бы в это верить». Однако затем он оговорился, что сам бы за такую стоимость его не купил.

По его сам выставочный центр не был нужен банку, кроме того, какого-либо дохода он не приносил. Попытки восстановить эффективность его деятельности так и не были предприняты.

Так что, на совещаниях стал обсуждаться вопрос, как продать центр государству. «Он для республики в этом плане был выгоден — в рамках проводимой госполитики, реализации госпрограмм. Чтобы предприятия региона на этой выставке показывали себя», — говорил Гришин.

Впрочем, по той цене, что он был продан в итоге – за 271 млн рублей, судя по результату в виде уголовного дела, актив нужен не был.

Не исключено, что в ближайшее время Гришин расскажет больше – его опрос был прерван, а заседание суда перенесено на другой день.

Алексей Меркушкин же и дальше будет ждать его под арестом и ждать новых показаний от «друга». Как рассказывал OBOZ.INFO, Меркушкин жаловался, как ему тяжело в СИЗО – он два года не видел солнца, а в его камере ползают слизни и бегают крысы.

— Надежда Галимуллина