Боец с позывным «Рубль» выполненные с риском для жизни задачи героизмом не считает

Задачи, которые на линии боевого соприкосновения выполняют водители, так же важны, как и боевая работа на передней линии. Доставить на позиции БК, эвакуировать с передовой «трёхсотых» или вытащить «подраненный» автомобиль, причём, как правило, под огневым воздействием противника, – всё это работа водителей.

Читайте также:

Звезды Самарской славы: герои России из Самарской области, кто они

Победа «Маэстро»: беспримерный подвиг 21-летнего уроженца Самары рядового Сергея Ярашева

Возвращение: кем становятся самарские ветераны СВО, вернувшись домой, и кто им помогает

Больше

Красноярец Андрей с позывным «Рубль» уверен, что всё это ратная обыденность, которой в зоне СВО с лихвой хватает в каждой военной специальности.

На передовой невозможно достичь даже минимальных успехов, если воинский организм сбоит хотя бы в одном месте. К примеру, наша воздушная разведка выявила расположение противника, и он даже находится в зоне поражения нашего артиллерийского орудия. Но цель не будет поражена, если на позиции закончились снаряды.

Поэтому водители гаубичного артдивизиона снова и снова садятся за руль транспортных средств, чтобы совершить очередной смертельно опасный рейс к линии боевого соприкосновения. Вот и Андрей катит вместе с сослуживцами туда, где нужны боеприпасы, продовольствие, медикаменты, необходимо провести ротацию, откуда требуется забрать пострадавших. Здесь следуют правилу: «Если не мы, то кто?».

Андрей – житель Красноярска, а призывался из Подмосковья, куда его занесла судьба. Под мобилизацию не попал, но осенью 2023 года закрылось предприятие, на котором мужчина трудился. Вот тогда и пришло решение войти в состав сражающихся в зоне спецоперации подразделений Российской армии.

– У меня от службы по призыву остались самые положительные впечатления. После возвращения домой жалел даже, что не остался на контракт, – признаётся военнослужащий.
И хотя на дворе были непростые 1990-е, два года исполнения воинского долга прошли хорошо. Это была воинская часть РВСН, которая держала ядерный зонтик над формирующейся заново страной.

Сегодня Андрей – солдат возрастной. Но это и к лучшему – «за ленточку» пришёл с багажом знаний и навыков. Мудрёные науки, которым обучался в вузе, в зоне боевых действий особо не пригодились, а вот шофёрские навыки оказались очень кстати. Правда, и их пришлось совершенствовать. Военнослужащий подчёркивает, что в районах СВО управлять транспортным средством нужно по-особому. И неважно, на чём ты двигаешься: на большегрузе вроде «Урала», пикапе «Улан» или квадроцикле. Главное – как. Ведь любое ТС – это значимая для неприятеля цель, поскольку разом можно уничтожить и технику, и личный состав. Именно этого захотел противник во время одного из выездов. «Урал», которым управлял Андрей, попал под атаку FPV-дронов. После удара грузовик загорелся. Военнослужащие попытались спасти машину. В тот момент, когда они тушили автомобиль, случился повторный налёт ударных беспилотников. Получившему ранение водителю пришлось эвакуироваться.

– «Урал» и КамАЗ – автомобили хорошие, но для работы вблизи линии боевого соприкосновения в настоящее время не очень удобные. Слишком заметная цель для врага. Поэтому всё больше используем пикапы и квадроциклы, – комментирует доброволец.

Их артиллерийский дивизион ещё в прошлом году получил по линии Минобороны России военные новинки – двухместные пикапы «Улан» с открытой кабиной и грузовой платформой. Их преимущество по сравнению с грузовиками – в меньшей заметности.

При этом они обладают манёвренностью и высокой проходимостью. Эта техника на передовой очень эффективна.

– Задача водителя – правильно выбрать маршрут, на скорости объехать ямы и кочки и попутно разглядеть мины, которых полным-полно повсюду, – рассказывает Андрей. – А на «пальме» (в открытом кузове в качестве поста воздушного наблюдения) в это время другие бойцы с оружием на изготовку контролируют небо.

В одну из поездок их автомобиль выцеливал БпЛА самолётного типа. Приближался «камикадзе» с огромной скоростью, так что военнослужащие едва успели покинуть машину. Итог – посечённый кузов и пробитое колесо. А в другой раз FPV-дрон, повисев над вовремя покинутой техникой и осознав, что её пассажиров в этот раз не достать, попросту улетел.

Как показывает практика последнего времени, вражеские беспилотники стараются в первую очередь бить по личному составу. Ведь за погибшего защитника Отечества семье выплачиваются из российского бюджета миллионы рублей, тогда как цена бэушного транспортного средства – тысяч 300. Это ещё раз демонстрирует, что, поставляя Украине БпЛА и инструктируя по их применению, коллективный Запад ведёт против нас прокси-войну, цель которой ослабить Россию, в том числе и экономически.

У Андрея нет конкретной специализации. Сегодня он задействован на подвозе, а завтра мчит за сослуживцами, получившими на передовой ранения или травмы. А иной раз разноплановые задачи смешиваются. Летом прошлого года их команде пришлось ехать на выручку ещё одной грузовой «колеснице» их артиллерийской батареи, которая везла БК на огневую позицию орудия Д-30 и была атакована вражеским БпЛА.

На «буханке» Андрей быстро добрался до подбитого минивэна «Баргузин». Двоих «трёхсотых» они нашли довольно быстро, а вот третьего обнаружить не удалось. Вывезя раненых в тыловой район, эвакуационная группа, в которой вместе с «Рублём» были «Винни-Пух» и «Боец», снова отправилась на поиски пропавшего военнослужащего.

Вновь не найдя его (как оказалось, он был спасён и вывезен с передовой располагавшимися в ближайшей лесополосе «союзниками»), группа перегрузила из покалеченного «газона» снаряды и повезла их на позицию. Как бы ни было опасно и страшно, в первую очередь необходимо обеспечивать орудия боекомплектом.

В районах специальной военной операции артиллеристы решают очень серьёзные задачи, подвергаясь смертельному риску. В этой комплексной работе каждый из «богов войны» понимает важность доверенного им ратного дела. А потому каждый из них – и те, кто действует в непосредственной близости от противника на огневых позициях, и те, кто осуществляет подвоз и эвакуацию, – самый настоящий герой.

— Юрий Бородин, военный корреспондент издания «Уральские военные вести»