Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
Аналитический центр JPMorganChase, аффилированный с одним из крупнейших финансовых институтов мира, опубликовал масштабный стратегический доклад, в котором корректирует свой базовый сценарий завершения конфликта на Украине. Новая уверенная доминанта — «финский сценарий».
Если в 2025 году аналитики колебались между примерно равными по своим шансам на реализацию прогнозами, в которых с вероятностью 35% несколько преобладал «грузинский» вариант (постепенное возвращение страны в орбиту влияния Москвы при сворачивании западной поддержки), то теперь наиболее вероятным признан «финский» исход c прогнозом сразу 50%.
В Центре геополитики JPMorgan произвели трезвый пересчет сил. Авторы 22-страничного доклада констатируют: стратегический военный тупик ВСУ на линии фронта, финансовое истощение Киева и меняющаяся динамика поддержки со стороны Запада делают практически неизбежным урегулирование на условиях, которые ранее считались неприемлемыми для Украины.
В докладе все возможные исходы конфликта систематизированы через отсылки к историческим прецедентам — моделям поведения стран, оказавшихся между Западом и Россией. Это аналитическая рамка, позволяющая оценить диапазон вероятностей.
1. «Южная Корея» — наилучший для Украины, но маловероятный
Этот сценарий предполагает, что Украина получает железобетонные гарантии безопасности по образцу американо-южнокорейского альянса. А именно: членство в НАТО или двусторонний договор с США, размещение на украинской территории европейских «сигнальных войск» (tripwire force), постоянные поставки вооружений и разведывательная поддержка.
При таком развитии событий подконтрольная Киеву часть страны (около 80% территории до 2014 года) могла бы стать процветающей, демократической и военизированной экономикой, подобно Южной Корее, которая существует в условиях замороженного конфликта с северным соседом, обладающим ядерным оружием.
С точки зрения России, реализация этого сценария означала бы прямое вступление НАТО в конфликт на украинской территории — пусть и постфактум. Это «красная линия», которая делала бы всю специальную военную операцию бессмысленной. Авторы нового доклада оценивают вероятность этого исхода как крайне низкую — всего 5% (в прошлом году было 30%) — поскольку для него потребовалось бы кардинальное изменение политической воли Запада, которого сейчас не наблюдается.
2. «Израиль» — государство-крепость без иностранных войск
В этом варианте Украина получает долгосрочную военную и экономическую поддержку США, но без размещения иностранных войск на своей территории. Киев самостоятельно выстраивает мощную, высокотехнологичную армию, способную сдерживать Россию собственными силами — по образу Израиля, который десятилетиями существует в окружении противников, опираясь на американскую помощь, но без присутствия американских солдат.
Условием для такого сценария стали бы существенные уступки Москве: Украина принимает ограничения на вооружения, отказывается от членства в НАТО, а Россия, в свою очередь, получает ощутимые экономические выгоды (снятие санкций, доступ к рынкам). В докладе подчёркивается, что Путин мог бы согласиться на «израильский» вариант, если увидит достаточные дивиденды.
Для России этот сценарий двойственен. С одной стороны, он предполагает сохранение сильной, враждебно настроенной армии у границ. С другой — официальный нейтралитет и отсутствие натовских баз. Вероятность оценивается как низкая — всего 10%, в то время как в прошлом году оценка составляла 30%.
3. «Финляндия» — новый базовый сценарий (около 50% вероятности)
Это центральный вариант доклада. Финляндия в 1944 году уступила СССР около 10% своей территории, включая Выборг, и подписала Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи, который фактически ограничивал её суверенитет в военной сфере. При этом Хельсинки сохранили рыночную экономику, демократические институты и, что важно, начали постепенную экономическую интеграцию с Западом (вступив в ЕС в 1995 году), но воздерживались от вступления в НАТО вплоть до 2023 года.
В применении к Украине этот сценарий означает:
— Территориальные потери. Под контролем России остаются Крым, Донбасс и около 20% украинской земли.
— Формальный нейтралитет. Украина отказывается от членства в НАТО. Никаких иностранных войск на её территории.
— Ограничения на армию. Сокращение численности ВСУ, запрет на дальнобойные ракетные системы.
— Экономическая западная интеграция. Киев получает доступ к европейским рынкам, кредитам и инвестициям в восстановление, но без военного зонтика НАТО.
С точки зрения России, считают аналитики JPMorgan, этот сценарий закрепляет результаты СВО, ликвидирует угрозу вступления Украины в НАТО и создаёт буферную зону.
При этом Москва не несёт ответственности за восстановление украинской экономики — этим займётся Европа. Недостаток: у границ сохраняется формально независимое государство с прозападной ориентацией, но с ограниченными военными возможностями. В целом — прагматичный компромисс.
4. «Грузия» — прежний базовый сценарий, отодвинутый на второй план
В докладе поясняется, что год назад этот вариант доминировал с вероятностью 35%. Он не снят с повестки, но его вероятность не сколько понижена — до 30%. Суть «грузинского сценария» — дрейф страны обратно в орбиту Москвы после сворачивания западной поддержки. После 2008 года Грузия потеряла Абхазию и Южную Осетию, её армия была разбита, а перспективы членства в НАТО стали призрачными. Западная помощь не прекратилась полностью, но снизилась до уровня, недостаточного для реального сдерживания России. В результате Тбилиси был вынужден выстраивать прагматичные отношения с Москвой, отказавшись от реваншистской риторики.
Для Украины этот сценарий означал бы более медленное угасание: формальное сохранение контроля над большей частью территории, но без реальных перспектив интеграции в ЕС, без надёжных гарантий безопасности и с постепенно затухающей западной помощью. Со временем Киев начал бы «дрейфовать» обратно в зону влияния Москвы — не через военное поражение, а через экономическое удушение и политическую изоляцию.
Почему JPMorgan отказался от этого варианта в пользу «финского»? Авторы указывают, что Европа за последний год сделала достаточно много (увеличив помощь на 59–67%), чтобы предотвратить полный дрейф Украины в российскую орбиту. Но не настолько много, чтобы обеспечить ей «южнокорейские» гарантии.
Финляндия — это «золотая середина» между полной сдачей и полноценным альянсом.
Для России «грузинский» вариант был бы тоже приемлем, но он потребовал бы больше времени и создавал бы зону перманентной нестабильности вместо чётко зафиксированных правил игры.
5. «Беларусь» — худший сценарий для Украины и Запада
Этот вариант предполагает полную капитуляцию Украины, смену власти в Киеве на пророссийское правительство и превращение страны в государство-сателлит по образу современной Беларуси. Авторы доклада и в прошлом году и в этом рассматривают его как наименее вероятный — 5%, — но не исключают полностью при определённых условиях: если США полностью фактически бросят Украину, а Европа окажется неспособной компенсировать этот уход.
В этом сценарии Россия добивается всех максималистских целей: демилитаризация, денацификация, запрет на любую западную интеграцию, размещение российских военных баз на украинской территории. Однако цена такого исхода, по оценке JPMorgan, была бы крайне высока — как для Москвы (необходимость финансировать восстановление разрушенной страны и подавлять возможное сопротивление), так и для Запада (полный крах послевоенного миропорядка).
С точки зрения России, этот сценарий теоретически желателен, но практически труднодостижим без неприемлемых издержек. Поэтому в Кремле, как думают аналитики JPMorgan, вероятно, рассматривают его как «асимптотическую цель», но не как ближайший практический ориентир.
Почему JPMorgan выбрал сценарий «Финляндия»Авторы доклада поясняют логику смены базового сценария. За последний год произошло два ключевых события:
Первое. Европа реально увеличила помощь Украине, а не только декларировала это. США сократили военные поставки на 99%, но ЕС нарастил финансирование на десятки процентов. Этого оказалось достаточно, чтобы предотвратить «грузинский дрейф», но недостаточно для «южнокорейских» гарантий.
Второе. Начали прорисовываться контуры западных гарантий безопасности. Киев получил пакет двусторонних соглашений со странами G7, а также принципиальное согласие «коалиции желающих» (26 стран, исключая США) на постконфликтное присутствие — в формате обучения и ремонта техники, но не боевых операций.
Эта комбинация — европейские деньги плюс ограниченные, но реальные обязательства — создала «финскую» конфигурацию: Украина интегрируется с Западом экономически, но не получает полноценной военной защиты.
«Мы согласны, что Путин считает время на своей стороне, но мы также ожидаем, что сделка по «финскому образцу» станет достаточным стимулом для Путина, чтобы разыграть свои карты.
Что заключение сделки дало бы Москве
Реальную победу по территории:
Получение контроля над Донбассом обеспечивает Путину ощутимую победу — получение ценных минеральных ресурсов, плодородных сельскохозяйственных земель и доступа к Черному морю через Мариуполь. Донбасс — это не только экономический приз, но и символический центр нарратива «Русский мир», который Путин использует для оправдания войны.
Оптическую победу по нейтралитету:
Поскольку НАТО не может достичь консенсуса по членству Украины, надежная форма вооруженного нейтралитета могла бы позволить Украине укрепить свою безопасность, предоставив при этом Путину возможность заявить о символической и стратегической победе в вопросе нейтралитета — вероятно, лучшем, чего он может достичь без масштабной эскалации войны и риска внутренней нестабильности.
Ослабление санкций:
Россия сейчас сталкивается с высокой инфляцией, нехваткой рабочей силы, ослабевающим потребительским спросом, снижением цен на международных рынках на ее нефть и сильной зависимостью от оборонного сектора после многих лет разрушительных западных санкций.
Возможность восстановить арсенал:
Россия истощила свои вооруженные силы людьми и техникой. Окончание войны позволило бы сосредоточиться на перевооружении и модернизации российской армии.
Возможно, самое главное, Путин, вероятно, предпочел бы заключить сделку, пока нынешняя администрация США у власти. Путин, вероятно, рассматривает текущий подход США как свою лучшую возможность добиться выгодной сделки, учитывая его нежелание поддерживать членство Украины в НАТО, усиление напряженности в трансатлантических отношениях и готовность оказывать давление на Киев, чтобы он принял трудные уступки. Путин захочет завершить соглашение до потенциального сдвига в американском руководстве».
С точки зрения долгосрочных интересов России, переход от «грузинского» к «финскому» прогнозу — это двойной сигнал.
С одной стороны, это признание того, что Запад не оставит Украину полностью, как это произошло с Грузией после 2008 года. Европа готова вкладываться в украинскую экономику и даже предоставлять ограниченную военную помощь на долгосрочной основе. Это означает, что Москве не удастся просто «переждать», пока Киев сам упадёт в её орбиту.
С другой стороны, «финский» сценарий означает окончательный отказ Запада от наиболее опасных для России вариантов — членства Украины в НАТО и размещения на её территории иностранных войск. Это прямая фиксация «красных линий», которые Москва обозначила ещё до начала СВО.
В переговорном смысле «финский» вариант — это компромисс, при котором каждая сторона получает часть желаемого.
Россия — территорию и нейтралитет. Украина — выживание и европейскую перспективу без НАТО, но с надеждой когда-то — при геополитических колебаниях — все же попасть в альянс. Запад — возможность объявить о «спасении демократии» и прекратить бесконечное финансирование затяжной «войны».
Авторы доклада предупреждают, что даже базовый сценарий может быть сорван. Основные риски:
— Боеприпасы. Конфликт США и Израиля с Ираном уже привёл к тому, что Patriot и ATACMS расходуются на Ближнем Востоке быстрее, чем их успевают производить. Если иранская эскалация продолжится, украинский фронт может остаться без снарядов в любой момент.
— Политическая нестабильность в Европе. Смена власти в Венгрии (приход Петера Мадьяра вместо Виктора Орбана) пока сняла блокировку с кредитов, но в целом европейские элиты устают от украинского конфликта.
— Позиция США. Если Вашингтон окончательно потеряет интерес к урегулированию или, напротив, решит ужесточить санкции и нарастить поставки, баланс может сместиться в любую сторону.
Надо понимать, что доклад JPMorganChase — это попытка сделать холодный системный анализ с точки зрения интересов мирового капитала, а не написать политическую декларацию. Неопределенный базовый сценарий прошлого года изменился с «дрейфа в российскую орбиту» на уверенный прогноз — «финский нейтралитет с территориальными уступками». И вероятность этого исхода теперь оценивается сразу в 50%.
Это принципиальное изменение картины.
Для России это означает, что западные аналитики признают невозможность военного поражения нашей страны и начинают просчитывать варианты устойчивого компромисса.
«Финский» вариант не даёт Москве всего желаемого, но закрепляет ключевые результаты: контроль над территориями, нейтральный статус Украины и постепенное ослабление санкций.
Финляндия в своё время показала, что потеря территорий и формальный нейтралитет не мешают стране десятилетиями оставаться процветающей и независимой. Повторение этой модели в украинском исполнении — прагматичный компромисс, который, судя по докладу JPMorgan, начинает обретать конкретные очертания.
— Алексей Петренко
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены