Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
Незадачливые девелоперы Дмитрий Купянский и Вячеслав Шарков, планировавшие возвести микрорайон на 25 жилых многоквартирных домов под Тольятти, получили обвинительный приговор.
Ущерб от действий тандема, согласно приговору, составил 130 млн рублей, завершить строительство хотя бы одного дома так и не удалось. Но Автозаводский районный суд Тольятти пришел к выводу о возможности исправления без реального отбывания наказания в местах лишения свободы и назначил полтора года принудительных работ.
Купянского и Шаркова признали виновными в злоупотреблении полномочиями, повлекшем тяжкие последствия (ч. 2 ст. 201 УК РФ), легализации денежных средств, приобретенных в результате совершения ими преступления, в особо крупном размере (ч. 4 п. «б» ст. 174.1 УК РФ), а также в мошенничестве в крупном размере (ч. 3 ст. 159 УК РФ).
Тандем «прославился» провальным проектом строительства нового микрорайона — «Зеленый квартал». Под реализацию идеи выкупили земельный участок площадью 17 га в селе Тимофеевка, ближайшем пригороде Тольятти. На нем планировалось возвести 25 жилых домов, детский сад и школу. Будущим жильцам в рекламных роликах обещали чистовую отделку, высокий уровень благоустройства (спортивные и детские площадки, зеленые газоны, живые изгороди), магазины, кафе, отделения почты и банка. В год предполагалось строить от трех до пяти домов.
Разрешение на строительство получили в декабре 2015 года. Первый этап — три трехэтажных дома, общее количество квартир — 383. Строительные работы начались в апреле 2016 года, но закончить хотя бы один дом так и не удалось. Строительство приостановили — и навсегда — в сентябре 2017 года.
На объект выезжал ведущий специалист министерства строительства Самарской области. Он зафиксировал, что по одному из трех объектов установлено только свайное поле, на месте второго — «недострой в полтора этажа», а лучше всего обстояла ситуация с третьим объектом — «установлена коробка с остеклением».
Судя по всему, шансы завершить строительство этих домов все равно практически отсутствовали, так как даже не были решены вопросы с подключением к коммунальной инфраструктуре (см. допматериал «Дома готовы были строить с выгребными ямами»). Специалист, который проводил экспертизу для следствия, подчеркнул: «Завершить строительство отдельно трех позиций от всего комплекса было невозможно, поскольку не хватало денежных средств для подключения к сетям».
Из свидетельских показаний следует, что Купянский и Шарков бесконтрольно «перебрасывали» деньги с одного строительного объекта на другой: собрав средства с пайщиков либо дольщиков на одном строительном объекте, закупали материалы и оплачивали работы на другом. Свидетели и потерпевшие говорили об изначальной обреченности проекта, так как Купянский и Шарков жили на широкую ногу. У партнеров было «много затрат, не связанных со строительством: аренда больших офисов, большой и неоправданный штат сотрудников». Они «очень расточительно вели бизнес, в том числе арендовали необоснованно большой офис». Подрядчик, который вел строительство домов, считает, что «было бы лучше построить и сдать хотя бы один дом».
Согласно данным сайта министерства строительства Самарской области, в общей сложности Купянскому и Шаркову удалось продать 129 квартир. Эксперт следствия оценил общий размер реальных поступлений от пайщиков в 114 млн рублей, а стоимость фактически выполненных работ в сметных нормативах 2015 года — в 52 млн: около 2 млн на свайное поле, около 9 млн на недострой в полтора этажа и 41 млн — на застекленную коробку.
Куда делось все остальное? В основном — досталось Купянскому и Шаркову. Они смогли вывести около 30 млн рублей, которые переводились между подконтрольными им компаниями на аренду земельных участков под строительство трех домов и парковки. Эксперт следствия также отметил, что стоимость аренды была явно выше рыночной.
Еще около 7 млн рублей Купянский и Шарков получили за возврат паевых взносов, которые они якобы внесли строительными материалами и оборудованием. Но в ходе финансово-аналитической судебной экспертизы подтвердить реальность первоначального взноса первичными учетными документами не удалось.
Кроме того, Купянский и Шарков «незаконно и необоснованно распорядились денежными средствами» на сумму около 13 млн рублей, в том числе на закупку материалов и аренду офисов под другие проекты партнеров, а также на «накладные расходы с признаками нецелевого использования».
На суде Купянский признался в злоупотреблении полномочиями, но заявил, что «от его действий тяжкие последствия не наступили» и «умысла на нанесение вреда другим лицам у него не было».
Шарков ни в чем признаваться не стал: по его словам, он исполнял формальную роль.
В итоге суд считает, что «в результате умышленных преступных и согласованных действий Купянского и Шаркова строительство многоквартирных жилых домов не завершено ввиду отсутствия денежных средств и иных источников финансирования; объект не сдан в установленный срок и до настоящего времени не введен в эксплуатацию».
Общий итог — по полтора года каждому принудительных работ с удержанием 10% из заработной платы в доход государства (см. допматериал «Потрудятся с правом на отпуск»). Суд пришел к выводу о «возможности исправления каждого подсудимого без реального отбывания наказания в местах лишения свободы». Купянский должен выплатить штраф в размере 900 тыс. рублей, Шарков — 1 млн рублей.
«Санкции рассматриваемых составов преступлений довольно строги. Так, ч. 3 ст. 169 УК РФ в качестве максимального наказания предусматривает лишение свободы на срок до 6 лет, ч. 4 ст. 174.1 УК РФ — до 7 лет, а ч. 2 ст. 201 УК РФ — до 10 лет. Говоря о практике назначения судами наказаний за такие преступления, необходимо отметить, что число лиц, осужденных в России в первом полугодии прошлого года по ч. 3 ст. 159 УК РФ, исчисляется тысячами (2418), тогда как по ч. 4 ст. 174.1 и ч. 2 ст. 201 УК РФ — десятками (13 и 21 соответственно), если мы говорим о делах, по которым соответствующая статья является наиболее тяжкой из нескольких инкриминируемых», — говорит Антон Атяскин, старший партнер Адвокатского бюро «Яблоков и партнеры».
«К реальному лишению свободы приговорены около половины из числа осужденных за легализацию (6 из 13) и злоупотребления (14 из 21) и лишь каждый пятый — за мошенничество (501 из 2418). Чаще всего по ч. 3 ст. 159 УК РФ приговаривают к условному лишению свободы (982). Наказание в виде принудительных работ по таким делам назначается довольно редко: по делам о мошенничестве — примерно в 7% случаев (161 из 2418), а по делам о легализации и злоупотреблении такие примеры единичны», — отмечает Атяскин.
Суд при вынесении приговора учел, что Купянский и Шарков «предоставили органам следствия информацию и подтверждающую документацию, имеющую значение для раскрытия каждого преступления и расследования уголовного дела».
Основным наказанием, видимо, будет возмещение ущерба. Так, согласно приговору, Купянский и Шарков должны выплатить около 21 млн рублей пострадавшим от их действий.
«Задолженность, образовавшаяся за счет ущерба, причиненного преступлением, как правило, сохраняется пожизненно, так как не списывается даже при банкротстве физического лица», — утверждает Атяскин. По его словам, «исполнение приговора в части взысканных с осужденных по гражданским искам денежных средств осуществляется судебными приставами в рамках исполнительного производства».
Также Купянского и Шаркова ждет гражданский суд по регрессным искам от Фонда развития территорий и министерства строительства Самарской области, выплативших около 100 млн рублей обманутым дольщикам. Но вероятность выплаты со стороны подельников близка к нулю: за обоими предпринимателями не прослеживается понятных активов (см. допматериал «И не осталось ничего»).
«Зеленый квартал» начали возводить без понимания, как подключаться к инженерной инфраструктуре.
В 2015 году застройщик мог строить, не имея полного комплекта проектной документации, если высота многоквартирных домов не превышала трех этажей. Так и оказалось в случае с «Зеленым кварталом».
При этом застройщик не просчитал подключения к централизованным инженерным системам, в т.ч. водоснабжению и канализации. В итоге уже на этапе строительства начались поиски инженерного решения, в т.ч. обсуждались варианты обустройства домов септической выгребной ямой, газоснабжения от газгольдера и водоснабжения через свою скважину.
Из показаний специалиста, готовившего проектное решение, вытекает, что в дальнейшем Купянский и Шарков планировали повысить этажность домов до пяти. Для строительства пятиэтажек планировалась уже экспертиза, основным препятствием стало «отсутствие предусмотренных нормативно-техническими требованиями централизованных сетей инженерно-технического обеспечения». Часть вопросов (электроснабжение, газоснабжение и водоснабжение) удалось решить, но «по системе ливневой и бытовой канализации решения найдены не были в связи с большими материальными затратами».
На суде проектировщик заявил, что приходилось менять «технические решения касаемо инженерно-технических и конструктивных решений в ранее запроектированных трехэтажных зданиях» и «они фактически подгоняли проектную документацию под их продажную (рекламную) документацию».
Согласно Уголовно-исполнительному кодексу РФ, отбывают принудительные работы в исправительных центрах, где следует «проживать в специально предназначенных для осужденных общежитиях, не покидать их в ночное и нерабочее время, выходные и праздничные дни без разрешения администрации исправительного центра». Осужденные могут подвергаться обыску, а их вещи — подлежать досмотру. Есть и бонусы — при отбытии не менее одной трети срока наказания без нарушений правил внутреннего распорядка разрешается проживание с семьей в пределах одного муниципального образования с исправительным центром. Допускается и выезд за пределы исправительного центра на период ежегодного оплачиваемого отпуска.
В Тольятти на принудительные работы направляли, например, на АвтоВАЗ.
Взыскать с Шаркова и Купянского что-либо представляется задачей из области невозможного.
Купянский был директором, совладельцем или совмещал обе эти роли, согласно «СПАРК-Интерфаксу», как минимум в 11 компаниях.
Он остается руководителем в потребительском обществе «Инвест-Капитал» и ЖСК «Свое жилье», на стадии банкротства потребительское общество развития социально-экономических программ «Свое жилье». Остальные компании уже перестали работать: ООО «Арбайт», ООО «Вектор», ООО «Зеленый квартал», ООО «СК «К-3», ООО «СК «К-4», ООО «АПК «К-5», ООО «Тета-Сфера», ООО «Трансформия». ООО «Зеленый квартал» обанкротилось, в ходе процедуры Купянского безуспешно пытались привлечь к субсидиарной ответственности.
Шарков в 2021-2024 годах прошел через процедуру банкротства, которая была завершена в связи с отсутствием имущества и средств.
— Отдел криминала
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены