Как подставка для зонтов подвела судью Ивана Ежова?

Детали громкого коррупционного скандала уже разбираются в Красноглинском райсуде.

Читайте также:

Самарский областной суд огласил приговор организатору и участникам опасной банды

С вандала, разбившего стекло памятника «Копейки» в Тольятти, взыскали 336 тыс

В Самарской области уходят в отставку двое мировых судей

Больше

Судья Автозаводского райсуда Иван Ежов крайне неудачно попил чаю со своим строителем Джамолидином Алиевым, возводившим судье загородный дом в селе Ташла. Под конец чаепития появились сотрудники ФСБ и изъяли в подставке от зонтов в прихожей пачку денег.

Алиев уверяет, что это была взятка за послабление наказания его товарищу Назиму Сеидову, Ежов называет случившееся провокацией.

В перипетиях скандального дела уже разбирается Красноглинский суд Самары: слушания по делу Ежова стартовали в середине июня 2021 года.

Уголовное преследование судьи Автозаводского суда Ивана Ежова во многом носило уникальный характер. До проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении Ежова самарских судей не преследовали долгие 10 лет.

Бывшему судье вменена статья «Получение взятки в крупном размере». Максимальная санкция этой статьи – 12 лет лишения свободы.

57-летний Иван Ежов трудился в суде Автозаводского района с 2002 года, рассматривал административные и уголовные дела.

Как пишет газета «Самарское обозрение», в конце августа 2018 года в Автозаводский суд поступило уголовное дело Назима Сеидова, обвиненного в вымогательстве. Дело распределили Ежову.

Вскоре на горизонте судьи появился его знакомый Джамолидин Алиев, который занимался строительством загородного дома судьи в селе Ташла Ставропольского района. Алиев попросил Ежова «объективно и всесторонне» рассмотреть дело и помочь Сеидову, уголовное дело которого якобы «сфальсифицировано сотрудниками полиции». Взамен Алиев обещал «отблагодарить» судью.

В феврале 2019 года во время прений гособвинитель предложил переквалифицировать обвинение Сеидову на более мягкую статью «Самоуправство». В версии следствия, Иван Ежов «принял решение воспользоваться данным обстоятельством в целях незаконного личного корыстного обогащения».

Он назначил Сеидову максимально мягкое наказание – прекратил его уголовное преследование и назначил выплатить небольшой штраф. Затем на встрече с Алиевым при обсуждении вопроса с «благодарностью» судья написал на бумаге сумму «1 млн рублей». Алиев попросил время, чтобы подумать.

В версии Алиева, когда он просил Ежова о помощи, то «просил помочь в рамках закона», а насчет «благодарности» был уверен, что «речь идет о каком-нибудь символичном подарке: бутылке коньяка или другой мелочи». Когда Алиев и Сеидов обсудили предложение судьи, они решили, что, «возможно, это провокация со стороны сотрудников полиции и месть за то, что у них не получилось его (Сеидова. – Прим.ред.) посадить по сфабрикованному (в их версии. – Прим.ред.) делу».

Пока Алиев и Сеидов решали, что делать, Ежов им несколько раз звонил (опять же с их слов) и якобы «интересовался датой передачи денег».

В итоге Алиев и Сеидов пошли в ФСБ, дали согласие на участие в оперативном эксперименте и получили 550 тыс. рублей, из которых 245 тыс. рублей были муляжом. Купюры были помечены криминалистическим идентификационным препаратом «ТУШЬ-7».

Алиеву выдали негласные средства аудиофиксации, и вечером 13 марта 2019 года он отправился к Ежову в его загородный дом в Ташле.

Судья встретил его на улице – он чистил снег. Поговорили о ремонте дома, затем вошли в тамбур, и судья молча указал на подставку для зонтов, стоявшую в углу. Алиев достал пакет с деньгами и положил его туда. Ежов спросил: «Там все?». Алиев сказал, что принес 550 тыс. рублей. Судья ответил, что «оставшуюся часть ждет до мая». Затем они сели пить чай и обсуждать «тему ремонта автомобиля и здоровье».

Когда Алиев покидал дом судьи, Ежов вышел его проводить и открыл калитку. В этот момент на участок вошли сотрудники ФСБ. Деньги изъяли и пересчитали. Ежов подтвердил факт знакомства с Алиевым, но от получения денег отказался, назвав происходящее «провокацией». Вину судья так и не признал. Однако, на его руках нашли следы криминалистического идентификационного препарата.

На следствии Ежов заявил, что «уголовное преследование в отношении него обусловлено его позицией по уголовному делу в отношении Сеидова, то есть, это месть правоохранительных органов за принятое им по уголовному делу в отношении Сеидова решение, а также за вынесенное им частное постановление в адрес следователя».

От более детальной дачи показаний фигурант отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным статьей 51 Конституции РФ. Теперь бывшему судье предстоит доказать свою правоту в суде.

-Наталия Эльдарова