Команду оппозиционного депутата Госдумы погнали из коридоров власти

Депутат Госдумы Михаил Матвеев и Самарская губернская дума вступили в открытый конфликт из-за нахождения его помощников в стенах СГД.

Больше

Ситуация казусная, так как большинство из них одновременно являются депутатами губдумы либо их собственными помощниками. Матвеев убежден, что эта история связана с попытками «понизить его статус», и это убеждение, судя по всему, только подпитывает противостояние.

Для властного большинства Михаил Матвеев не был желанным депутатом в федеральном парламенте. В сентябре прошлого года он выиграл выборы в Промышленном одномандатном округе №162, став вторым представителем КПРФ от Самарской области в Госдуме. Его победу даже не сразу признал облизбирком. А на одной из пленарок губдумы даже попытались не дать выступать Матвееву, который, впрочем, не стал ждать милости от бывших коллег (депутатом СГД до этого он был три созыва подряд) и взял слово сам, высказав с трибуны все, что думает по поводу происходящего. На какое-то время, казалось, эти мелкие трения между думой и новоиспеченным парламентарием РФ себя исчерпали.

Однако в 2022 году Матвеев предъявил три иска губернской думе. Поводом для тяжб стало право помощников Михаила Матвеева работать в стенах СГД, пользуясь имеющимися там средствами связи, возможностями отправления и получения почтовых и телеграфных сообщений через канцелярию губдумы. Определенные гарантии такого рода предоставляет ФЗ «О статусе сенатора и депутата Госдумы».

ЭФФЕКТИВНАЯ РЕКЛАМА НА OBOZ.INFO

Михаил Матвеев свою версию этого конфликта излагает так: «Мои просьбы были очень умеренными. Я не просил отдельное помещение в губернской думе для своих помощников, потому что оно уже есть у них как у депутатов. Мои помощники Максим Федоров, Владимир Зимаров и Михаил Усов избраны в СГД, при этом Максим Федоров остается моим помощником на постоянной основе. Другие по совместительству стали помощниками депутатов губдумы от КПРФ — Федорова, Фоменко и др. Но как мои помощники, выходит, они сидят в губернской думе на птичьих правах».

Матвеев попросил разрешить ему официально использовать эти же помещения как рабочее место своих помощников. Дополнительно нужно было только добавить оргтехники, разрешить использовать телефонную линию и дать им возможность пользоваться канцелярией губернской думы для получения и отправки корреспонденции. Все эти расходы — и по помещению, и по связи — компенсирует федеральный бюджет.

По словам депутата, сначала практически все это было ему обещано. Однако «потом вдруг как будто что-то щелкнуло — контакт исчез». Матвеев направил депутатский запрос с полным текстом соответствующей нормы ФЗ, но получил отказ. Среди причин называлось то отсутствие помещений, то механизма компенсации. Депутат с этой аргументацией не согласен, он приводит в пример покойного депутата Госдумы от КПРФ Валентина Романова, у которого с 2011 года вплоть до его смерти в 2018-м на первом этаже губернской думы располагалась приемная, ему предоставлялась возможность отправлять и получать почту. «Телефоны, компьютеры — все было», — говорит депутат.

Есть также ответ областного прокурора с указанием на необоснованность отказа в предоставлении помещения в СГД и предложением парламенту пересмотреть свое решение. Информация об этом содержится в решении Ленинского районного суда, который иск Матвеева удовлетворил.
Однако областной суд вернул дело на новое рассмотрение. «В этот момент губернская дума подала асимметричный иск — о признании недействительными трудовых договоров моих помощников в той части, где у них прописан ее адрес — ул. Молодогвардейская, 187. Из-за этого рассмотрение моего иска приостановлено», — поясняет Михаил Матвеев.

В праве же пользоваться средствами связи СГД Матвееву и его помощникам отказали и Ленинский, и районный суды. Но депутат заявляет готовность обжаловать эти решения вплоть до Верховного суда, называя происходящее «интересным прецедентом»: «Фактически — правовой сепаратизм, когда на территории региона отменяются федеральные нормы».

В Самарской губернской думе предпочли пока воздержаться от любых комментариев по этому поводу.

Эксперты с трудом понимают суть происходящего. Областной парламентарий от ЛДПР Александр Степанов, который сам был помощником депутата Госдумы, происходящее называет «бессмысленной войной». По его словам, Матвееву и так не препятствовали в использовании возможностей думы, и неясно, зачем потребовалось все это легализовать. В то же время не понимает г-н Степанов и того, что мешало думе оформить все официально.

Политолог Дмитрий Журавлев вообще не смог припомнить ситуации, когда конфликты из-за размещения помощников депутатов Госдумы доходили бы до суда. «Были вопросы в связи с криминальным прошлым некоторых помощников и нежеланием других депутатов сидеть с ними в одном доме, — говорит эксперт. — Но эти конфликты носили психологический и эмоциональный характер».

В то же время Дмитрий Журавлев не исключает, что в происходящем и в самом деле кроется определенная подоплека. В конце концов от того, где находятся депутат и его команда, и в самом деле зависит, как его воспринимают избиратели. «Формально ущемления прав этого депутата нет, а фактически — есть. Потому что как обыватель будет думать? Были нормальные депутаты, и были у них приемные. Появился этот — его выгоняют. Значит, этот депутат, как царь в фильме «Иван Васильевич меняет профессию», — ненастоящий».

ДМИТРИЙ ЖУРАВЛЕВ, научный руководитель Института региональных проблем (Москва)

Я знаю случаи, когда приемные депутата находятся в одном здании с аппаратом главного федерального инспектора либо в отделении партии «Единая Россия». Но не знаю, чтобы такие приемные находились в торгово-офисных центрах. В любом случае встает вопрос – а что сейчас в кабинете, который занимал депутат из прошлого созыва? Ведь число депутатов от Самарской области не изменилось. Изменились только фамилии. Куда делось это помещение? Оно же недвижимость, само исчезнуть не может. И даже если кто-то из предыдущего созыва не воспользовался правом разместить приемную со своими помощниками в зданиях органов власти, помещение все равно должно быть.

АЛЕКСАНДР СТЕПАНОВ, депутат Самарской губернской думы от ЛДПР

Честно говоря, я не понимаю природу этого конфликта как с одной стороны, так и с другой. Удостоверение помощника депутата губернской думы открывает многие двери. С ним можно проходить в любое административное здание Самарской области. И кабинеты есть у ребят Михаила Николаевича. А если нужно еще кого-то принять, я готов разместить в своей приемной. Он ко мне не обращался, кстати, с подобной просьбой. С другой стороны, почему бы губернской думе не разрешить находиться там помощникам Михаила Николаевича?

МИХАИЛ МАТВЕЕВ, депутат Государствен-ной думы

В течение всего этого времени, пока шла «бодяга» с губдумой, я просил выделить мне кабинет в «белом доме» с возможностью пользоваться его канцелярией. Такая опция есть у депутата Госдумы Александра Хинштейна — кабинет на третьем этаже и своя ячейка в канцелярии, притом что его приемная с помощниками находится на ул. Красноармейской. В «белом доме» отвечали, что помещений нет. В губернской думе тоже говорили: нет свободных помещений. Но при этом выделили кабинет молодежному парламенту и Ковальскому как первому председателю думы на первом этаже. Кабинет в «белом доме» был и у Шаманова, хотя он не был даже одномандатником. (Бывший ульяновский губернатор и командующий ВДВ Владимир Шаманов избирался в Госдуму от межрегионального списка «Единой России». — Прим. ред.)

В конце концов мне предложили офисный центр «Бэл плаза». До этого отправляли в торгово-офисный центр то на ул. Водников, то на ул. Братьев Коростелевых. А то и просто предлагали, чтобы я сам снял помещение, а им выставлял счет. «Нет, — говорю, — давайте мне помещение в здании органа власти, потому что мне положена правительственная связь. А как вы мне ее проведете в торгово-офисный центр?»

Они еще уперлись, что закрытое отделение связи 443006, которое обслуживает «белый дом», в нем же находясь, не может предоставлять услуги депутатам. И предложили почту на Полевой. Это издевательство, потому что тогда на моих письмах стоял бы обратный адрес типа «443100, а/я 2030» — как у какой-нибудь фирмы-однодневки.

Смысл всего этого — принизить мой статус. Показать: в здании органа власти Матвеев не сидит, он не власть. Он сидит где-то в торговом или офисном центре. Так что будет интересно дойти со всем этим до Верховного суда.

— Людмила Николаева