«ОДК-Кузнецов» простил «Самара-Авиагазу» сотни миллионов

Многолетнее противостояние одного из крупнейших самарских предприятий, «ОДК-Кузнецов», с «Самара-Авиагазом», потерявшим оставленное было ему на ответхранение имущество стоимостью 385 млн рублей, увенчалось мировым соглашением.

Читайте также:

«Самара-Авиагаз» рассчитался с «Т Плюс», чтобы остановить свое банкротство

На самарском «ОДК-Кузнецов» появился новый руководитель

Самарские теплоэнергетики из «Т-Плюс» лишают завод «ОДК-Кузнецов» основной парковки

Больше

Компания Алексея Соболева, по сути дела, простила смежнику долги в обмен на обещание до октября 2025 года изготовить и поставить блок-контейнер для ГПА «Нева-25НК». При сложном финансовом состоянии «Самара-Авиагаза» и его перманентном ухудшении может статься, что исполнять это обещание окажется просто некому.

«ОДК-Кузнецов» — одно из крупнейших самарских предприятий, специализирующееся на производстве авиационных и космических двигателей. Завод входит в состав федерального холдинга «Объединенная двигателестроительная корпорация».

«Самара-Авиагаз» — разработчик и изготовитель оборудования для строительства и реконструкции компрессорных станций и электростанций, а также для реконструкции, модернизации и комплексного капитального ремонта газоперекачивающих агрегатов (ГПА). Предприятие контролируется бизнесменом Дмитрием Саморуковым. «ОДК-Кузнецов» традиционно входил в число ключевых бизнес-партнеров «Самара-Авиагаза».

С лета 2022 года обе компании пребывали в состоянии затяжного конфликта. «ОДК-Кузнецов» требовал от своего контрагента более 385 млн рублей. Такую сумму «Самара-Авиагаз», по мнению «Кузнецова», задолжал вследствие утери материально-технических ресурсов, передававшихся компании по договору ответственного хранения. Если верить содержанию материалов соответствующих процессов в арбитраже, компании Саморукова было доверено хранить оборудование всасывающего и выхлопного тракта газоперекачивающего аппарата (ГПА) «Нева-25НК», блок-контейнер, входное устройство, платформу закатки и обвязку УТО (УТО — утилизационный теплообменник). Оказанное ему доверие «Самара-Авиагаз», похоже, не оправдал.

С иском о взыскании убытков, возникших у «ОДК-Кузнецов» в результате утраты имущества, завод обратился в суд летом 2022 года.

Конфликт с ОДК наложился на нисходящий тренд в бизнесе «Самара-Авиагаза». Финансовое положение компании непростое, последние три года она копит убытки. За период с 2021-го по 2023 год их совокупный размер составил 367 млн рублей. Это сопоставимо со всей выручкой «Самара-Авиагаза» за прошлый год. Более того, судя по информации системы «СПАРК-Интерфакс», краткосрочные обязательства предприятия резко выросли и уже превышают 1,4 млрд рублей. Признание в судебном порядке долгов САГа перед «ОДК-Кузнецов» и взыскание такой суммы практически неизбежно опрокинуло бы компанию Саморукова в банкротство — причем в режиме, полностью контролируемом предприятием, управляемым Алексеем Соболевым и его командой.

Взыскание такой суммы явно было бы не лишним для «ОДК-Кузнецов». Поскольку и эта компания хронически убыточна как минимум с 2018 года. Если верить сведениям «СПАРК-Интерфакс» и отчетности самого предприятия, совокупный размер убытков завода — около 18 млрд рублей, 15 млрд из которых на счету нынешнего руководителя Алексея Соболева (он возглавил «ОДК-Кузнецов» в 2019 году). В балансе «ОДК-Кузнецов» также содержится информация, что непокрытый убыток завода на конец прошлого года превысил отметку в 30 млрд рублей.

Однако менеджмент «ОДК-Кузнецов» предпочел продемонстрировать гуманизм в отношении проблемного контрагента. В апреле 2024 года в базе арбитражного суда раскрылась информация, что «ОДК-Кузнецов» и САГ заключили мировое соглашение. Предприятие Алексея Соболева в полном объеме отказалось от требований о взыскании денежных средств к «Самара-Авиагазу». Стороны признали факт возвращения истцу всего оборудования, передававшегося ответчику на хранение в 2014 году, за исключением комплекта блок-контейнера для ГПА «Нева-25НК» КС «Приводино». Его «Самара-Авиагаз» обязался за свой счет изготовить и передать «ОДК-Кузнецов» до 30 сентября 2025 года. В случае же неисполнения этого обязательства «ОДК-Кузнецов» получит право обратиться в самарский арбитраж с ходатайством о выдаче исполнительного листа на сумму около 154 млн рублей (видимо, во столько и оценена стоимость изготовления блок-контейнера).

Складывается впечатление, что «Самара-Авиагаз» получает от мирового соглашения гораздо больше, чем «ОДК-Кузнецов». «Самара-Авиагаз» сдвигает «вправо» как минимум на полтора года висевший над ним дамоклов меч многомиллионных претензий в обмен лишь на обещание изготовить и поставить «ОДК-Кузнецову» то, что исчезло с его площадки в неизвестном направлении много лет назад. Каковы же гарантии выполнения этих обещаний, кроме текста собственно мирового соглашения? Их следует считать в лучшем случае умозрительными. Более того, в условиях увеличения размера долгов «Самара-Авиагаза» и системно убыточной деятельности в любой момент компания может войти в фазу контролируемого ее бенефициарами банкротства. И никаких рычагов влияния на процесс у предприятия Соболева не останется — оно само от них отказалось. Останется разве что ожидать исполнения обязательств по блок-контейнеру — или, в случае их неисполнения, выписывать исполнительный лист на 154 млн уже в октябре 2025 года. Будет ли к тому времени с кого взыскивать эти деньги? И будет ли на что обращать взыскание? Это загадка, на которую сейчас вряд ли возможно получить ответ — но в любом случае Алексей Соболев останется с утешительным призом в виде мирового соглашения, а возможно, еще и исполнительного листа.

Опрошенные «СО» юристы считают, что такие условия мирового соглашения вряд ли можно считать явным успехом команды Соболева. «Поскольку мировым соглашением как таковым не нарушаются права иных лиц (иначе такое мировое соглашение не может быть утверждено судом), то, скорее всего, и никаких убытков кредиторам оно не может причинить, а соответственно, и никаких последствий в виде ответственности менеджмента САГа за его подписание перед третьими лицами (кредиторами и т.п.) не возникнет. А вот если вдруг окажется, что такой «подарок отсрочки исполнения по времени» причинил вред самому «ОДК-Кузнецов», то его менеджмент теоретически может впоследствии попасть в плоскость проверки на предмет привлечения к ответственности за превышение полномочий или за злоупотребление ими в ущерб интересам своего предприятия», — допускает адвокат Дмитрий Натариус.

ДМИТРИЙ НАТАРИУС, адвокат

Возможно, таким мировым соглашением «ОДК-Кузнецов» дает возможность САГу существовать и работать дальше, не предъявляя со своей стороны исполнительного листа и не заявляя о банкротстве САГа. Но и тем самым не обнуляя само обязательство. Таким образом, и у менеджмента САГа исчезает обязанность в силу законодательства подать заявление в арбитраж о собственном банкротстве. Ведь если при наличии признаков банкротства (невозможность исполнения обязательств перед кредиторами в полном объеме) менеджмент должника не подает на собственное банкротство, то к нему впоследствии, как правило, предъявят требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Мировое соглашение САГа и «ОДК-Кузнецов» такую обязанность исключает.

— Отдел экономики