Первая ракетка России по настольному теннису рассказала, насколько оправдали ее ожидания Игры БРИКС

Самарская спортсменка возглавила всероссийский рейтинг в настольном теннисе во второй раз подряд.

Читайте также:

«Самарское обозрение» №24-2026 в PDF

В Самаре открыли памятник Николаю II

ВСУ атаковали Самарскую область — один человек погиб, трое ранены, включая ребёнка

Больше

Это стало известно 1 июля, после того как ФНТР (Федерация настольного тенниса России) опубликовала классификацию по окончании сезона-2023/2024.

Важно ли ей быть номером один в России? Чем стали для нее Игры БРИКС? Зачем теннисисты трут стол перед подачей? Довольна ли она своим «французским» сезоном? Об этом в интервью «СО» рассказала первая ракетка России в настольном теннисе и двукратная победительница Игр БРИКС Мария Тайлакова.

— В этом году вы подтвердили статус первой ракетки России. Насколько для вас важно быть номером один?

— Не могу сказать, что для меня важно и принципиально, каким именно номером я иду в рейтинге ФНТР — первым, вторым или 25-м. Я никогда специально за этим не гналась и отношусь к этому как к приятному бонусу на финише сезона. Но с практической точки зрения попадание в первую четверку рейтинга гарантирует тебе в новом сезоне хороший посев на турнирах (посев или сеяние — в предварительном рейтинге соревнований назначение номеров участникам/командам в рамках жеребьевки. Чем выше игрок посеян на турнире, тем легче у него будут соперники. — Прим. ред.).

— Насколько оправдались ваши ожидания от выступления на мультиспортивном мероприятии — Играх БРИКС (BRICS — сокращение от Brazil, Russia, India, China, South Africa — Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР)?

— Ожиданий не было вообще. И в первую очередь это связано с тем, что мы не играем на международных соревнованиях уже больше двух лет (российские спортсмены были отстранены от международных стартов в 2022 году. — Прим. ред.) и это чувство как-то уже немножко подзабылось. Так что в первую очередь мы ехали просто по-играть и получить новый опыт, отличный от российских стартов. По уровню соперников тоже не было каких-то сюрпризов, потому что нам предоставили списки участников еще до начала Игр. И мы изначально понимали, что играть будем не с первыми составами, скажем так. Безусловно, это были не откровенно слабые спортсмены, а играющие, но на их фоне фаворитом, конечно, была российская сборная. Так что мы были готовы заранее и никаких особых чаяний у нас не было.

— Болельщики шутили, что китайцы в пинг-понге восьмой состав привезли.

— Ну что сказать? Китаянки были очень молодые — двоим лет по 20, другим по 16. Несмотря на то, что они не входили в число сильных соперниц, расслабляться с ними не следовало: нужно было держать ухо востро, потому девочки были довольно цепкими. Мы выиграли у них в командном турнире 3:0, но это не стало для нас легкой прогулкой. Финал получился вполне себе эпичным и длился больше четырех часов. Я, например, выиграла свой матч с Хюй И 3:2 в достаточно тяжелой борьбе (по партиям Тайлакова — Хюй И 8:11, 12:10, 11:0, 5:11, 11:8. — Прим. ред.). В «личке» с китаянками я не встречалась по сетке — играла с индуской Поманте Бейшей и Ульяной Мещанской (у обеих Мария выиграла с одинаковым счетом 3:1. — Прим. ред.). Не хочется обижать соперниц, но уровень — средненький, и поэтому я больше настраивалась на своих.

— Внутренние разборки?

— Ну, да. В полуфинале выиграла у Яны Носковой 3:2, в финале у Элизабет Абраамян 3:1.

— Финал сложился по вашему сценарию?

— С Элизабет мы встречались на Играх БРИКС в седьмой раз за год. И я думаю, что просто была хорошо готова к этому матчу именно психологически. На турнире я в принципе играла достаточно неплохо и ощущала, что в хорошей форме. Так что на финал я смогла настроиться как раз в голове. По игре я чувствовала уверенность, даже в те моменты, когда я проигрывала по много очков подряд и была большая разница в счете в пользу Элизабет. Все равно я испытывала какую-то уверенность в своей игре. И в принципе сделала все, что хотела, и получилось именно то, что было надо.

— Два золота на Играх БРИКС — это круто…

— Да, выиграть два из двух — это здорово. Тем более в личном турнире для меня была важна победа — своего рода реванш за поражение в финале на чемпионате России-2024. Тогда у меня остался осадок — хочется все время быть первой. И потому для меня в Казани первое место было важно: проиграв на чемпионате России, на Играх я доказала, что сильнейшая, и закончила сезон на мажорной ноте, в хорошем настроении.

— Есть ли в вашем виде спорта какие-то приемы психологического давления на соперника? Приходится ли вам сталкиваться с подобным?

— Есть. Но лично я этим не пользуюсь — это не моя стихия так себя вести. И еще потому, что меня саму это как-то, скорее всего, выбьет из колеи и я потеряю нужный настрой. Но по отношению ко мне был как-то подобный момент. Мы играли смешанную пару, а наш соперник очень сильно хотел нас заставить нервничать и потому не гнушался колкими словами, выражениями и даже какими-то откровенными провокациями. Но дело в том, что когда я играю, то настолько погружаюсь в процесс, что не обращаю внимания ни на что другое. Я так сконцентрирована на игре, что не слышу ничего из того, что мне могут сказать, чтобы вывести из себя. Так что никакими обзывательствами меня не проймешь.

— Но в качестве некого раздражителя можно не только слова использовать.

— Да. Из чисто тактических соображений некоторые игроки могут просто проводить перед каждой подачей или приемом рукой по столу или барабанить пальцами по его поверхности. Это действительно кого-то может отвлекать или раздражать.

— Вы выступаете за французский Metz TT. Как сложился сезон-2023/2024 в национальном чемпионате Франции и Лиге чемпионов, где вы начали борьбу в ранге вице-чемпионок?

— Он выдался не столь удачным, как прошлый, — мы заняли третье место в женской лиге PRO A и проиграли в четвертьфинале Лиги чемпионов. С учетом того, что предыдущие два года подряд мы становились чемпионками Франции, то надежды у всех, наверное, были как минимум на финал в чемпионате и на четверку в Лиге чемпионов, которую нам вполне по силам было выиграть. Однако у нас в этом году не совсем складывалась игра. Да и команда в целом была в некотором разладе и «раздрайве».

Я думаю, это связано в первую очередь с тем, что 2024 год — олимпийский. Все теннисистки играли очень много соревнований — помимо этих двух турниров еще и отборочные на Олимпиаду. График выступлений настолько плотный, что они приезжали сразу на соревнования и играли матчи, фактически прибыв с корабля на бал. Это очень тяжело, и девочки оказались к этому не совсем готовы.

По сути, мы не были вместе — все по разным местам играли. Все это повлияло на итоговый результат, но такова оказалась цена путевки в Париж.

— Кто-то отобрался из ваших одноклубниц на Олимпиаду?

— Из нашей четверки двое едут на Олимпиаду. У третьей тоже были шансы, но она не попала.

— И это притом, что вы были в топ-пять по количеству побед среди игроков Еврокубка?

— Да, но для меня командный результат намного важнее.

— В следующем сезоне продолжите играть за Metz TT?

— Да.

— За последние три года изменилось отношение болельщиков к клубу? Стало ли их больше на фоне его успехов?

— Честно говоря, я не почувствовала каких-то изменений. Трибуны так же заполняются, болельщики по-прежнему приходят и болеют за команду, поддерживают как могут. Я просто думаю, что они понимают в спорте и в настольном теннисе. Поэтому и нет каких-то резких всплесков по принципу «выигрываешь — любим, проигрываешь — не ходим на твои матчи». Всякое случается, и команда не может каждый матч выигрывать, даже если отдает ему, как мы, все силы.

— А есть какая-то обратная связь — «болельщик — команда»?

— В основном в формате общения после матча: много людей подходит, в основном с детьми, берут автографы, фотографируются, какие-то подарочки небольшие дарят, рисунки. Не прочь поговорить.

— Про что чаще всего спрашивают — про личную жизнь или спортивную?

— Про теннис. Как я пришла в спорт, как стала профессионалом. Очень часто просят футболки. (Улыбается.) Они у нас не как в игровых видах спорта — с номерами, а с фамилиями.

— Именные майки раздаете?

— (Смеется.) Да, если есть такая возможность.

— Вы из-за недопуска российских теннисистов до международных стартов в отборе на Олимпиаду не участвовали. Но график турниров у вас был не менее насыщенным…

— Да, это точно — все было плотно. Потому что в отсутствие международных соревнований Федерация настольного тенниса России старается организовывать много турниров, чтобы спортсмены не застаивались и не теряли форму. Поэтому у нас появились новые турниры, например «Топы» — всероссийские соревнования с участием топовых спортсменов — «Топ-16» или «Топ-32», универсиады по линии студенческого спорта, Игры БРИКС.

— Каждый из этих турниров вы завершили на пьедестале почета?

— Да. 13 медалей за сезон, вполне себе неплохо, согласитесь.

— Ирина Зобнина