Родные опального экс-директора «Самарской Луки» вернулись с боем

Жигулевский городской суд поставил крест на попытках директора «Самарской Луки» Евгения Березкина изгнать из нацпарка дух своего предшественника Александра Губернаторова – суд восстановил в должностях жену и дочь бывшего руководителя, уволенных Березкиным.

Читайте также:

Жигулевский заповедник перешел на летний режим работы, и к людям уже потянулись лисы

Проекты развития Лысой горы в Жигулях рассмотрят на фестивале «ЭкоБерег»

В национальном парке «Самарская Лука» исчезли волки

Больше

Жена и дочь Александра Губернаторова, который возглавлял национальный парк «Самарская Лука» в 2008-2019 гг., были уволены осенью 2020 года. Жена, Ирина Губернаторова, трудилась в «Самарской Луке» с 2008 года, возглавляла отдел экологического просвещения, а также выступала пресс-секретарем нацпарка и не раз от своего имени давала комментарии в СМИ. Ее уволили с мотивировкой о неоднократных нарушениях трудовой дисциплины.

Дочь, Ольга Губернаторова, с 2012 года работала специалистом по связям с общественностью в административном отделе нацпарка, занималась в том числе администрированием сайта «Самарской Луки», составлением рекламных текстов, написанием сценариев для мероприятий, разработкой и дизайном буклетов, билбордов, календарей, а также была выпускающим редактором журнала «Вестник». Ольга Губернаторова работала удаленно и в штате не числилась — с ней был заключен гражданско-правовой договор.

В конце 2020 года дамы обратились в Жигулевский городской суд с исками о признании увольнений незаконными и восстановлении на работе. Оба заявления весной 2021 года суд удовлетворил. На данный момент судебное решение было опубликовано только по одному иску – Ольги Губернаторовой.

Как выяснилось, дочь экс-главы нацпарка была уволена за прогул, после того как не смогла оперативно явиться в отдел кадров по требованию нового директора Евгения Березкина.

Березкин, когда его назначили руководителем, стал разбираться в штатном расписании и обнаружил, что Ольга Губернаторова по дополнительному соглашению к трудовому договору работает в дистанционном формате. Он счел, что как директор должен видеть ее работу, поэтому решил перевести ее с удаленки на стационарное рабочее место.

Губернаторова в свою очередь пояснила, что не явилась в отдел кадров потому, что находилась в это время во Вьетнаме (где находится и сейчас) и не могла вернуться в Россию из-за отсутствия авиасообщения между странами в разгар пандемии коронавируса. Со своим увольнением она не согласна, поскольку всегда добросовестно выполняла обязанности, никогда не привлекалась к дисциплинарным взысканиям, не прогуливала работу, а получала только благодарности и поощрения от работодателя.

Губернаторова также указала, что дистанционный характер работы никогда не мешал ей качественно выполнять свои обязанности. В ответ Евгений Березкин заявил, что у Губернаторовой не было повода для отъезда за границу, она не спрашивала разрешения, не уходила в отпуск. Кроме того, в «Самарской Луке» убеждены, что сотрудник, который покидает пределы РФ без разрешения руководства, не находясь в стране, не может исполнять свои должностные обязанности.

В «Самарской Луке» убеждены, что сотрудник, который покидает пределы РФ без разрешения руководства, не находясь в стране, не может исполнять свои должностные обязанности

В итоге Жигулевский городской суд пришел к выводу, что Ольга Губернаторова отсутствовала в отделе кадров по объективным причинам, признав ее увольнение за прогул необоснованным. Суд не согласился с позицией представителей «Самарской Луки» в части запрета на нахождение Губернаторовой за пределами РФ во время исполнения ею трудовых обязанностей, «поскольку одной из ключевых особенностей трудовых правоотношений, связанных с дистанционным (удаленным) трудом, является исключение территориальной подчиненности работника работодателю».

«Эта особенность предопределяет формальное отсутствие закрепленного за работником рабочего места», — указано в решении суда. Согласно ему, Ольга Губернаторова должна быть восстановлена в должности и получить более 75 тыс. рублей, из них 70,4 тыс. — средний заработок за время вынужденного прогула и 5 тыс. — компенсация морального вреда.

— Кирилл Биджанов