Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
Международные образовательные центры Самарской области на фоне беспрецедентного давления Запада столкнулись с массовым отказом иностранных партнеров от своих обязательств, в том числе финансовых, трудностями с переводом денег за рубеж, а также визовыми проблемами.
Тем не менее им удалось сохранить в своих портфелях большинство зарубежных образовательных программ и набрать учеников на новый учебный год.
Но как долго продлится приостановка международного сотрудничества с Россией, никто не знает, поэтому самарские центры вошли в режим ожидания.
После начала спецоперации по защите мирного населения Донбасса США и страны Европы одна за другой стали отказываться от сотрудничества с Россией в области науки и образования.
Санкционное давление Запада ощутили на себе не только государственные научные и образовательные учреждения, но и коммерческие организации, которые позиционируют себя как международные, работают по интернациональным лицензиям и с иностранными преподавателями.
Многие страны прекратили финансирование любых совместных научных и образовательных проектов, причем не только на институциональном уровне, но и по линии частных организаций.
А этот источник финансирования — например, в виде грантов — зачастую был основным. В итоге под вопросом оказались не просто совместные образовательные программы, но и стажировки, и учеба по обмену.
Одной из первых все международные связи с Россией приостановила Германия. Именно приостановила, потому что в большинстве случаев речи о полном разрыве отношений не идет.
Еще в конце февраля министерство образования и науки Германии объявило о немедленной заморозке любого взаимодействия с российскими организациями в научной и образовательной сферах.
Следом к бойкоту присоединились Альянс немецких научных организаций и Германская служба академических обменов (DAAD). DAAD многие годы финансировала на средства бюджета Германии научно-образовательные связи с российскими партнерами, выдавала стипендии студентам, аспирантам и ученым для обучения и стажировок: российским — в ФРГ, немецким — в России.
Теперь же DAAD прекратила прием новых заявок на стипендию от российских студентов, а уже одобренные заявки были отменены.
«Некоторые наши партнеры сообщили о санкционном замораживании наших контактов на неопределенное время, — подтверждает заведующий кафедрой немецкой филологии Самарского университета им. академика С.П. Королева Сергей Дубинин. — Например, кафедра немецкого языкознания университета Вюрцбурга. Но личные связи и переписка, участие в онлайн-мероприятиях, а также консультации и оповещение работают».
Между тем г-н Дубинин утверждает, что Германская служба академических обменов как главный регулятор партнерства кафедры официально не информировала о приостановке программ для студентов-германистов и конкурсных процедур.
«Это касается и программ крупных вузов для гуманитариев, например, Свободного университета Берлина», — говорит Сергей Дубинин.
Как бы то ни было, в Самарском университете воздержались от предложений партнеров проводить онлайн-курсы в прошлом семестре и не планируют до конца 2022 года приглашать германских лекторов по программе обмена.
Вслед за Германией международные контакты с Россией резко ограничили США, Канада, Великобритания, Дания, Норвегия, Финляндия, Нидерланды, Италия, Чехия, Словения, Франция, Австрия, Швейцария и Польша (последняя вдобавок отменила соглашения о взаимном признании дипломов).
Профильные министерства этих стран рекомендовали «воздерживаться от любого сотрудничества с российскими организациями». В Министерстве науки и высшего образования РФ в свою очередь выразили сожаление по поводу «категорической позиции» некоторых зарубежных коллег разорвать все связи с Россией.
«У нас возникли проблемы с теми вузами, которые не только де-факто прекратили с нами сотрудничать, но и де-юре. Вот Америка, например, полностью отказалась от сотрудничества с нами», — сетует генеральный директор международного образовательного центра «ОПТИМА СТАДИ» Павел Антипов.
Центр Антипова аккредитован агентством ICEF, что и дает ему право называться «международным», а не просто «частным».
Президент АНО «Поволжский институт итальянской культуры» Татьяна Буробина, возглавляющая также Современную гуманитарную бизнес-академию в Тольятти, отмечает, что партнерские отношения с Обществом Данте Алигьери как в России, так и в Италии практически не изменились, хотя некоторые проблемы все-таки возникли.
«Временно приостановлена работа программы П.Р.И.Я. (программа по распространению итальянского языка в России. — Прим. ред.), но это связано с общей политикой итальянского государства», — говорит г-жа Буробина.
В свою очередь исполнительный директор британско-российского агентства зарубежного образования Smapse Education (имеет отделение и в Самаре) Ангелина Воротная предпочитает не драматизировать ситуацию.
«Санкции не сильно затронули сферу образования: студенческие визы выдаются в стандартном режиме, большинство зарубежных учебных заведений (особенно частных) охотно принимают заявки от российских студентов, — уверяет она. — Большинство наших партнеров (а их у нас порядка трех тысяч) присылают нам письма и видеообращения со словами поддержки, в которых высказывают свою позицию о сохранении нейтралитета и заверяют, что сделают со своей стороны все возможное, чтобы дети не стали заложниками ситуации».
По словам г-жи Воротной, действительно есть учебные заведения, которые приостановили набор российских студентов, но это скорее исключение, чем стандартная ситуация.
Тем не менее есть и другие проблемы. Прежде всего финансовые — сложности с переводом валютных средств, невозможность использования российских банковских карт после отключения банков РФ от SWIFT.
«Банк, через который мы оплачиваем счета, находится под санкциями», — сокрушается в беседе с «СО» представитель одной из международных школ Самары.
«У нас возникли проблемы с платежами, которые в принципе оказались решаемы», — говорит и Татьяна Буробина. При этом она указывает, что гранты ее организации «как получали, так и получают».
«Что касается оплат, то курс на данный момент стабилизировался, а семьям, у которых возникают сложности с переводом денег за рубеж, наша компания всегда готова помочь», — отмечает Ангелина Воротная.
Но несмотря на сложности, все опрошенные «СО» представители самарских международных центров сообщили, что их учреждения будут работать в полном объеме. Во всех из них провели набор новых классов и групп в обычном режиме.
«Большинство зарубежных образовательных программ так же доступны, как и раньше. Университеты, школы и даже краткосрочные лагеря приняли заявки от наших студентов и ждут с ними встречи в начале нового учебного года», — уверяет Ангелина Воротная.
«Зарубежные образовательные программы работают, как и работали. У нас по-прежнему изучается итальянский язык, мы по-прежнему сотрудничаем со школами и университетами. Единственное — больше программ ушло в дистанционный формат», — отмечает и Татьяна Буробина.
При Самарском университете им. академика С.П. Королева работает также Центр немецкого языка, партнером которого выступает Институт Гете.
Курсы немецкого языка, семинары для преподавателей немецкого, выставки, кинопоказы, концерты — вот чем занимался Гете-Институт в России. Также при нем действует обширная библиотека немецкой литературы и периодики.
Сейчас институт по-прежнему работает, но с серьезными ограничениями.
«На данный момент мы не проводим никакие публичные мероприятия. Но наши курсы и экзамены продолжаются, а библиотека открыта. Мы, как и все, надеемся на мир», — говорится в сообщении Института Гете на его официальном русскоязычном сайте.
Непростая ситуация сейчас и у студентов, стажеров и других участников зарубежных образовательных программ, которые планировали учиться за границей.
Директор международного образовательного центра «Гринвич» (также аккредитован агентством ICEF) Евгений Игнатьев заявил «СО» о росте цен на обучение за рубежом.
«Сейчас предуниверситетская подготовка стоит минимум 2 млн рублей в год. Следовательно, и цены на обучение в Самаре взлетают. Раньше один академический час стоил 850 рублей для курса General English, сейчас его стоимость все увеличивается», — констатирует г-н Игнатьев.
Поэтому в отдельных международных образовательных учреждениях опасаются строить долгосрочные планы, поскольку неясно, какой процент родителей сможет оплачивать частный центр.
Есть проблемы и с визами: некоторые страны ЕС отказались их выдавать россиянам. Кроме того, отправиться за рубеж не получится прежде всего из-за закрытого авиасообщения и закрытых же визовых центров.
«С выездом за рубеж большие проблемы, отсюда все вытекающие: нельзя сделать визу, да и студенты порой просто не хотят рисковать и учиться», — говорит Евгений Игнатьев.
«Прямые перелеты сейчас недоступны, но добраться до нужной страны всегда можно с пересадкой через Турцию, ОАЭ, Грузию и т.д.», — не теряет оптимизма исполнительный директор Smapse Education Ангелина Воротная.
И добавляет: «Ситуация с выездом наших детей за рубеж в образовательных целях стабильная».
Кроме того, стало сложнее сдать языковой экзамен. Лицензированные пункты сдачи международных экзаменов по английскому языку IELTS и TOEFL приостановили работу в России, а без них подать документы для обучения за рубежом часто просто невозможно.
В социальных сетях уже появились отдельные группы, посвященные сдаче экзаменов в соседних с Россией странах — в Беларуси, Армении, Казахстане и Турции.
СЕРГЕЙ ДУБИНИН, заведующий кафедрой немецкой филологии Самарского университета им. академика С.П. Королева:
— Как санкции повлияли на ваши отношения с западными партнерами?
— Некоторые наши партнеры сообщили о санкционном замораживании наших контактов на неопределенное время.
Например, кафедра немецкого языкознания университета Вюрцбурга (ФРГ). Но личные связи и переписка, участие в онлайн-мероприятиях, а также консультации и оповещение работают. Наш главный регулятор партнерства — Германская служба академических обменов (DAAD) — не информировал официально о приостановке программ для студентов-германистов и конкурсных процедур.
Это касается и программ крупных вузов для гуманитариев, например, Свободного университета Берлина. Поэтому наступил некий режим ожидания.
— Работают ли сейчас зарубежные образовательные программы? Или они приостановлены?
— Интегрированных образовательных программ, например сценария двойных дипломов, у нас нет. Это могло бы вызвать проблемы для обучающихся с введением санкций.
Формально стипендиальные студенческие программы вузов ФРГ и упомянутой DAAD не отменены. Ясности в отношении программ научно-исследовательских работ для сотрудников вузов сейчас нет.
— Как теперь студенты идут учиться по этим программам — так же, как до спецоперации, или уже менее охотно?
— Включенной учебы по программам у нас не было в плане. Поэтому это не проблема для нашей специальности — германистика. Но мотивация студентов в дальнейшем может пострадать. Ослабнет внеучебное сотрудничество.
— Каких последствий от санкций вы ждете в дальнейшем?
— Прямых и резко негативных последствий мы пока не видим. Но мы воздержались, например, от предложений коллег-партнеров проводить онлайн-курсы в прошлом семестре.
Не планируем приглашать до конца 2022 года и германских лекторов по программе обмена. Надо аналитически осмыслить ситуацию и предложить новую тактику сотрудничества.
По крайней мере, на 2022-2023 годы. Но стратегия нашей многолетней работы остается неизменной, как и апробированные ее форматы.
ТАТЬЯНА БУРОБИНА, генеральный директор НОУ «Современная гуманитарная бизнес-академия (с углубленным изучением иностранных языков)», президент АНО «Поволжский институт итальянской культуры»:
— Ощутили ли вы на себе влияние западных санкций?
— Да, конечно, как и любой человек, любая организация, мы, конечно же, тоже это ощутили.
— Возникли ли у вас проблемы с зарубежными партнерами?
— Некоторые проблемы возникли. Мы работаем с Италией, представляем итальянское Общество Данте Алигьери в России.
В отношениях с нашими прямыми партнерами — Данте Алигьери в России и Данте Алигьери в Италии — у нас практически ничего не изменилось, мы активно взаимодействуем.
Единственное — у нас возникли проблемы с платежами, которые в принципе тоже оказались решаемы. Временно приостановлена работа программы П.Р.И.Я. (программа по распространению итальянского языка в России). Это программа генерального консульства Италии, но это связано с общей политикой итальянского государства.
— Что сейчас происходит с зарубежными образовательными программами в вашей академии?
— Зарубежные образовательные программы работают. У нас по-прежнему изучается итальянский язык, мы сотрудничаем со школами и университетами.
Единственное — больше программ ушло в дистанционный формат. Хотя у нас есть студенты, которые выезжают в Италию, которая не закрыла границ и не отменила визы на обучение. Так что программы работают.
— До всех событий вы получали гранты, реализовывали обмен учащимися, проводили совместные научные, культурные и просветительные мероприятия. А что сейчас?
— Мы гранты как получали, так и получаем. Фактический обмен учащимися сейчас приостановлен — так скажем, физически, но мы всегда на связи, у нас очень много онлайн-мероприятий, и мы работаем на дистанте.
— Стало ли меньше желающих изучать итальянский язык?
— В плане обучения итальянскому языку мы на данный момент не ощутили на себе какого-то дефицита студентов. Даже наоборот — участились обращения со всей России на изучение итальянского языка.
Сейчас наметилась тенденция путешествовать, поэтому более активно стали изучать итальянский язык.
— Каких последствий от санкций вы ждете в дальнейшем?
— Я не думаю, что санкции будут как-то сильно влиять на наши совместные образовательные программы. Какое-то влияние, конечно, будет, возможно, даже не прямое, а косвенное. Но я думаю, все это преодолимо.
Главное, что есть желание с обеих сторон — и с итальянской, и с российской — продолжать работать. Италия очень дорожит и ценит русскую культуру.
Мы очень активно отзываемся на все культурные мероприятия и события в Италии, поэтому, я думаю, наше будущее будет ясным и безоблачным, и никакие санкции нам не страшны.
АНГЕЛИНА ВОРОТНАЯ, исполнительный директор Smapse Education:
Ежедневно мы получаем большое количество запросов от клиентов касательно зачисления в зарубежные учебные заведения на сентябрь 2022 года.
Со многими из них мы уже прошли путь от выбора зарубежного учебного заведения до получения офферов, а сейчас ждем одобренных виз и надеемся, что все дети начнут свой путь обучения за рубежом этой осенью.
Безусловно, есть родители, которые опасаются сейчас отправлять детей учиться за границу. В таких случаях мы всегда готовы дать им контакты родителей, чьи дети в данный момент уже учатся за рубежом и лично столкнулись с последствиями политической ситуации (точнее, не столкнулись и не чувствуют негативного влияния), чтобы можно было убедиться в безопасности этой идеи.
ПАВЕЛ АНТИПОВ, генеральный директор международного образовательного центра «ОПТИМА СТАДИ»:
Проблемы, конечно, возникли. По большей части они связаны с визами и с теми вузами, которые не только де-факто прекратили с нами сотрудничать, но и де-юре.
Вот Америка, например, полностью отказалась от сотрудничества с нами. Но остаются всегда азиатские направления, на которые пока что не так охотно идут (что вызывает некоторые финансовые затруднения), но та же Турция вызывает большой интерес у наших самарских студентов.
Тут еще важно понимать наше стратегическое отличие от государственных вузов: мы коммерческая организация, а значит, отмена Болонской системы пока что нас не сильно потревожила в финансовом плане.
— Кирилл Биджанов, Максим Заикин
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены