Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
Тема борьбы с безнадзорными животными расколола Самарскую губернскую думу и стала причиной публичного демарша депутата-единоросса Михаила Смирнова вразрез с позицией своей фракции.
Парламентарий, являющийся по совместительству директором компаний «Газпром межрегионгаз Самара» и «Газпром газораспределение Самара», раскритиковал думское решение. Причем сделал это не во время обсуждения принимавшегося нормативного акта, а после этого, через соцсети. Означает ли это попытку расширить границы принятых во фракции правил игры и формирование площадок для консолидации позиций зоозащитников-активистов?
В повестке 37-го пленарного заседания Самарской губернской думы вопрос об обращении с безнадзорными животными и принятии поправок в отдельные региональные законодательные акты значился под №15, но стал, по сути, самым резонансным и обсуждаемым. Суть проблемы: сохранить ли действовавший с 2018 года принцип обращения с безнадзорными животными «отлов — стерилизация — вакцинация — возврат» (ОСВВ), который исключал истребление особей, или все-таки допустить эвтаназию больных и агрессивных собак в особых случаях. Всего за поправки, предусматривающие усыпление животных в исключительных случаях, проголосовали 30 депутатов, шестеро были против, один воздержался. Публично против высказались представители ЛДПР и СР. А вот единоросс Михаил Смирнов, вроде бы голосовавший за, впоследствии объявил о том, что сделал это, исключительно руководствуясь партийной дисциплиной.
Более того, свое несогласие с «линией партии» депутат сразу после парламентской сессии обнародовал в собственном телеграмм-канале и разместив обширный пост в соцсети «ВКонтакте». По его признанию, он официально поддержал поправки, но (цитата): «по законопроекту голосовал в соответствии с решением фракции и требованиями устава партии. Комментировать содержание внутренних обсуждений не стану, дабы ненароком не нарушить другие пункты устава». Отказавшись «комментировать содержание внутренних обсуждении», Смирнов незамедлительно подверг критике саму законодательную инициативу.
Мол, автор де-юре «закамуфлирован» и все подано, как коллективное творчество «обычно не самого активного комитета по местному само-управлению». Первая шпилька очевидно адресована председателю комитета Геннадию Говоркову. Дальше изложены претензии к процедуре: «В якобы досконально отработанный законопроект за два часа до заседания думы вносится… фундаментальная поправка: все-таки исключается умерщвление животных, не востребованных в течение 30 дней из пунктов временного содержания. Комитет по местному самоуправлению рассматривает ее за 10 минут до пленарного заседания думы». Дальше парламентарий подчеркивает: «Почему столь чувствительный закон принимался так скоро, сразу в двух чтениях, фактически без возможности внесения каких-либо корректировок — объяснить не могу даже сам себе».
Между тем в доступе к трибуне для обсуждения законопроекта на думском заседании никто никого не ограничивал. Свои возражения и намерения голосовать против без проблем высказали представители сис-темной оппозиции: Александр Степанов (ЛДПР) и Михаил Маряхин («Справедливая Россия»). В тот момент Михаил Смирнов безмолвствовал. Зато уже после голосования поспешил сомнения в принятом при его непосредственном участии решении доверить интернету. «С учетом того, на какую «успешную» базу работы с безнадзорными животными надстраивается принятый сегодня «проработанный» законопроект, — очень хочу по прошествии времени ошибиться в своем мнении, что реального улучшения ситуации на практике этот закон не вызовет», — резюмировал депутат.
Зачем понадобился этот демарш Смирнову — загадка. Тем более что на том же думском заседании он попросил коллег вывести его из комитета по сельскому хозяйству и включить в состав комитета по регламенту, который специализируется на вопросах депутатской этики. Председатель комитета Владимир Бокк полагает, что речь может идти о личном пиаре Смирнова. «Это этический вопрос и личная позиция депутата. Он голосует за закон, значит, осознает умом, что закон нужен. Тем более что после внесенных поправок он стал абсолютно гуманным. А то, что потом на публике депутат высказывает абсолютно другую точку зрения, это уже называется публичным выступлением и личным пиаром. Как-то иначе эти вещи мне расценивать сложно. Тем более что думская трибуна предоставляется всем. Он мог выступить.
Более того, по данному закону прошли публичные слушания, обширные обсуждения на комитетах. Так что площадки никто не закрывал. Было достаточно времени высказаться. Кто хотел — воспользовался предоставленными возможностями. Что он <Смирнов> делает на других площадках в свободное время, я не знаю. Может быть, он высказывается уже не как депутат, а как обычный гражданин? Со Смирновым мы пока эту тему не обсуждали. Но я с ним обязательно побеседую», — пояснил «СО» Владимир Бокк. Ряд других источников, знакомых с внутренними правилами игры в губернской думе, выражают недоумение по поводу происходящего. «В принципе, не очень приветствуется говорить о том, что ты проголосовал так или иначе исключительно потому, что «фракция так велела», а ты с этим не согласен. Если настолько не согласен, что не можешь держать это в себе, воздержись или найди уважительную причину не принимать участия в голосовании», — говорит один из депутатов. «А голосовать за, а потом подвергать сомнению собственное решение — как минимум странно», — резюмирует он. Другой депутат отмечает, что, по его информации, вопросы, связанные с нетривиальной публичной активностью Смирнова по «собачьей теме», ему задавались.
Так или наче, но депутат-газовик сумел привлечь внимание довольно радикально настроенных зоозащитников, судя по комментариям к своим постам. При этом число противников принятого документа меньше его сторонников — такой вывод можно сделать, в частности, из итогов голосования, организованного в сети «ВКонтакте» коллегой Смирнова, Романом Балтером (47% опрошенных одобрили принятое решение, 33% высказались против). Еще одно бросающееся в глаза отличие — Балтер пишет о дискуссии, развернувшейся на фракции «Единой России», но подчеркивает ее конструктивный и плодотворный характер. Благодаря обмену мнениями удалось улучшить документ перед окончательным принятием, и эти изменения стали «компромиссом, позволяющим в дальнейшем справиться с проблематикой», — констатирует Балтер.
Запрос в адрес Михаила Смирнова от редакции «СО» с предложением пояснить причины занятой им позиции на момент сдачи номера остался без ответа. Поэтому пока сложно судить о том, означает ли эта ситуация стремление расширить пределы внутрипартийной дискуссии и демократизировать думские процедуры.
АЛЕКСАНДР СТЕПАНОВ, заместитель председателя Самарской губернской думы, руководитель фракции ЛДПР
Я не знаю, как можно жить с такими двойными стандартами. Лучше спросить у самого Михаила Смирнова. Лично я горжусь тем, что внутри партии ЛДПР есть разные позиции по этому вопросу. Если «Единая Россия» не может допускать такие вещи, я готов пригласить Михаила Андреевича к нам. Мы ему дадим возможность голосовать по совести.
Что же касается закона – то он принят сразу в двух чтениях, что теперь дискутировать? Теперь надо подзаконными актами его регулировать. И, наконец, если ты не согласен, но по каким-то причинам голосовал за, никто не мешает пойти в суд. И оспорить принятие этих поправок.
— Роман Лямшин
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены