Недавно в португальском Одивелаше завершился турнир Гран-при по дзюдо.
У сборной России в активе восемь медалей. Из них одна на счету у представительницы Самарской области — первого номера в национальной сборной по дзюдо в весовой категории до 57 кг, чемпионки Европы. Насколько реальна для нее путевка в Париж? Влияет ли антропометрия на ход поединка? Сколько дней в году она проводит с семьей? Об этом в интервью «СО» рассказала участница токийской Олимпиады Дарья Курбонмамадова.
— Каковы ощущения после первого международного турнира в новом году?
— В общем и целом я довольна результатом. Дело в том, что на последнем сборе у нас было много ОФП (общефизическая подготовка. — Прим. ред.), и выходить из этого режима тяжело. Поэтому я в принципе изначально глобальных задач на этот турнир себе не ставила. Для меня важно было побороться за медали. И поскольку эту часть плана я выполнила, то результатом удовлетворена. (Улыбается.)
— Насколько все прошло по плану?
— Вместе с поединком на предварительном этапе я провела пять схваток: с полячкой Юлией Ковальчик, турчанкой Йылдиз Озлем, израильтянкой Нельсон Леви, француженкой Офелией Велоцци и в финале — с кореянкой Мими Хух. Все девочки, кроме финалистки, были мне знакомы. И поскольку я ранее с ними уже боролась, то у меня было понимание, как вести схватки и что делать. С кореянкой же мы сошлись впервые. Мими Хух — победительница турниров Мировой серии и в рейтинге находится выше меня (на момент сдачи номера «СО» Мими Хух занимала 4-е место в мировом рейтинге, Курбонмамадова — 18-е. — Прим. ред.). Поэтому финал получился не таким, как планировался: я пропустила результативный контрвыпад, который завершился для меня «осаекоми» (удержания в дзюдо — фиксирование противника, лежащего на спине. — Прим. ред.). Но, повторюсь, моя задача-минимум на турнир выполнена и рейтинговые 500 очков получены. А что касается соперницы, то я ее прощупала, проанализировала и теперь знаю, как попортить кровь ей в следующий раз.
— А вообще — есть различие между европейской и азиатской школами дзюдо?
— Здесь правильней будет сказать, что дзюдо делится на два основных вида, которые развиваются параллельно, — спортивное и традиционное. По спортивному дзюдо проводятся соревнования на международном уровне, они включены в программу Олимпиад. А традиционное дзюдо — это японская школа кодокан, а также другие школы. Например, грузинская, к которой подключается еще национальная борьба чидаоба (грузинское национальное единоборство в одежде, возникшее, согласно легендам, из мифической схватки прародителя народа с диким зверем и входившее в прошлом в обязательный комплекс подготовки воинов-аристократов. — Прим. ред.).
— Есть ли в вашем единоборстве какое-то определенное число приемов и бросков?
— И опять тут уместней будет сказать, не «приемы и броски», а их «техника исполнения». Есть число приемов «нагэ вадза» (техника бросков. — Прим. ред.) и «катамэ вадза» (техника удержаний. — Прим. ред.). Например, кодокан дзюдо насчитывает 67 приемов «нагэ вадза» и 29 приемов «катамэ вадза». И вот на этой основе строится безграничное число различных техник. Это огромный технический арсенал бросков. Чтобы было понятней, напомню, что у нас есть стандартные пояса — желтый, зеленый, оранжевый, коричневый. И на каждый из этих поясов имеется очень большой набор техники, которую необходимо знать. Сейчас в детском дзюдо проводятся различные соревнования по возрастам, где результаты позволяют детям сдать «ката» (форменные комплексы технических действий дзюдо, имеющие строгий порядок и правила выполнения. — Прим. ред.), а качество их демонстрации определяет уровень мастерства, который отражается на цвете поясов.
— Ваш рост 153 см. Это проблема для ваших соперников или их преимущество? Влияет ли антропометрия на ход поединка, его исход?
— Ни то ни другое. Неважно, правша или левша соперник, выше он вас на три головы или ниже, короткие у него ноги или длинные руки. Это вообще здесь ни при чем. Важно лишь одно — каким техническим арсеналом ты владеешь и какой у тебя стиль борьбы, а также насколько ты успешно выберешь тактику боя, учитывая технику соперника.
— Как быстро вы определяете, какую именно тактику применить к сопернице?
— В эпоху интернета вообще можно исключить случаи, когда выходишь на ковер и понятия не имеешь, что за соперница перед тобой, а понимание этого приходит по ходу поединка. Сейчас информация, видео в открытом доступе, и я просто всегда изучаю все доступные материалы по соперницам. Так что ситуация «вышла на схватку и вообще не знаю, что с ней делать» исключена. Я изначально понимаю, какой она стойки, какая техника на вооружении и т.д., и т.п.
— А бывает, что ваши ожидания не оправдываются?
— Вообще как таковых ожиданий нет. Обычно если ты что-то упустил или пропустил, то, значит, ты этого не ждал. Потому что если бы ты этого ожидал, то и не допустил бы, чтобы тебя обманули или обыграли.
— А вы часто хитрите на ковре?
— (Смеется.) Вот слово «хитрить» какое-то… не спортивное.
— Синоним «обманывать».
— Философия дзюдо — поддаться, чтобы победить. Я думаю, здесь все понятно.
— Вам приходилось бороться с мужчинами?
— Только в тренировочном процессе, и то довольно редко.
— Отличаются ли стили борьбы мужской и женской?
— Конечно, борьба у нас разная. Они по физиологии сильнее, поэтому даже с учетом того, что технический арсенал у нас одинаков, его использование отличается.
— В вашей весовой категории серьезная конкуренция за место в олимпийской сборной?
— Если мы говорим про Самару, то сейчас — нет. (Ранее в весовой категории 57 кг за место в сборной соперничала еще одна воспитанница Сергея Герасимова — Ирина Заблудина. — Прим. ред.) А вот на уровне сборной есть достаточно серьезная конкурентка — Ксения Галицкая, чемпионка мира по юниорам.
— На момент нашего интервью вы были 18-й в мировой рейтинге и выше всех среди россиянок. Что вам нужно сделать, чтобы попасть в топ-10?
— Тут я уточню, что есть мировой рейтинг, а есть олимпийский рейтинг — и я в нем чуть повыше. Моя цель — попасть в первую восьмерку, чтобы при жеребьевке летом 2024 года получить сетку полегче. А для этого мне нужно на каждом турнире Мировой серии, Большого шлема или другом каком-то официальном старте «заходить» в призы.
— Я напомню вашу цитату из прошлогоднего интервью нашей газете: «Мои спортивные планы простираются до Парижа. И пока я не выиграю Олимпиаду — я не закончу со спортом. Моя цель такая — хочу стать абсолютной чемпионкой. И поскольку награды чемпионатов Европы и мира у меня уже есть, олимпийская медаль для меня принципиальна». Итак, насколько реально участие в Играх в Париже в существующих условиях?
— Для начала я хочу напомнить очень важную вещь: дзюдоисты — одни из немногих российских спортсменов, которых еще в прошлом году допустили до международных стартов. В марте 2023 года Международная федерация дзюдо (International Judo Federation — IJF. — Прим.ред.) выпустила релиз, в котором объяснила, почему считает наш «бан» неоправданным, и тогда же предложила нам выступать под флагом IJF. После чего нам сразу предоставили нейтральный статус и оставили допуск на соревнования под эгидой IJF. И через три с половиной месяца мы вернулись в мировое дзюдо. Сначала мы выиграли неофициальный общекомандный зачет на международном турнире Большого шлема в Улан-Баторе, который входит в список квалификационных соревнований к Олимпиаде-2024. И уже тогда мы начали набирать рейтинговые очки к Играм. Но наш камбэк по-настоящему состоялся в Катаре, на чемпионате мира. Поэтому я считаю, что свет в конце тоннеля появился даже в существующих реалиях. Кстати, вот буквально несколько недель назад наши спортсмены выступили в Париже на турнире Большого шлема.
— До старта Олимпиады — 26 июля — осталось 5 месяцев.
— Да, время есть. Лично я считаю, что очертания Парижа стали четкими и он вполне реален. Недавно, пару недель назад, президент Федерации дзюдо России Сергей Соловейчик сказал, что преждевременно пока что-либо говорить о нашем нейтральном статусе на Олимпиаде, а также о выполнении каких-либо других необходимых условий для участия. Поэтому основная цель сейчас для нас (российских дзюдоистов) и меня лично — набрать очки, чтобы попасть в отбор. Наша задача — не думать ни о чем другом, а просто тренироваться, собирать медали на рейтинговых турнирах и быть максимально готовыми к олимпийским стартам.
— Сколько турниров запланировано в вашем графике?
— Если вам нужна точная цифра, то таковой нет. Вот я выступила в Португалии, а сейчас нахожусь на сборах в Сочи. Если тренерский штаб посчитает нужным, то включит меня в состав сборной для участия в Ташкентском турнире Большого шлема, который пройдет в Узбекистане в марте. Это из ближайших моих возможных турниров.
— Когда появится понимание — отобрались вы в Париж или нет?
— По словам Сергея Соловейчика, участники Олимпиады станут известны только в конце мая. После того как Международная федерация дзюдо (IJF) утвердит окончательные результаты отбора.
— У вас плотный график сборов и соревнований. Вы дома, в Самаре, появляетесь?
— Да. На пять дней каждый месяц обязательно на побывку приезжаю. (Смеется.) Я выступала в Токио на Играх-2020 как Межецкая (уступила в 1/16 финала китаянке Лу Тунцзюань. — Прим. ред.). Сейчас у меня есть неплохие шансы поехать на свою вторую Олимпиаду уже как Курбонмамадова. И больше всего мне не хочется быть в Париже просто туристом. Я мечтаю реализовать свои спортивные амбиции и со спокойной душой начать задумываться о завершении карьеры.
— Ирина Зобнина
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены
