Увели миллиард

Размер недостачи в нем превысил отметку 1,3 млрд рублей, что побило печальный рекорд Волго-Камского банка. Основная часть фиктивных сделок банка Валерия Кучканова приходилась на кредиты физлицам. Причем, по оценкам специалистов АСВ, объем реальных займов гражданам составлял лишь 25% от размера розничного кредитного портфеля банка.

Агентство по страхованию вкладов (АСВ) на прошлой неделе впервые обнародовало итоги инвентаризации имущества Волжского социального банка (ВСБ), обанкротившегося в конце прошлого года. Масштаб дыры в балансе банка превысил самые пессимистичные прогнозы. ВСБ, как и его рухнувший коллега Волго-Камский банк (ВККБ), продемонстрировал пропасть между реальным состоянием дел в кредитной организации на момент банкротства и данными официального бухгалтерского учета. Так, по информации АСВ, по данным бухгалтерского учета объем имущества Волжского социального банка составлял 4,79 млрд рублей, однако по факту в банке удалось обнаружить активов на сумму только в 3,46 млрд. Таким образом, объем недостачи в ВСБ составил 1,334 млрд рублей. По масштабам дыры банк Валерия Кучканова намного превзошел аналогичные показатели Волжско-Камского банка. Как уже сообщало «СО», агентство по итогам инвентаризации в Волго-Камском банке не досчиталось 1,1 млрд рублей. Заявленный объем активов банка Владимира Чекмарева тогда составлял 6,24 млрд рублей, в то время как АСВ насчитало только 5,28 млрд. Согласно данным агентства, кредиты физическим и юридическим лицам — по большому счету, все, чем владел ВСБ. В отличие от ВККБ, у которого в собственности было почти два десятка объектов недвижимости, у ВСБ на балансе числится только пять объектов. Отличается и структура самой недостачи в двух банках-банкротах. В ВККБ фиктивные займы были сравнительно сбалансированы между физическими и юридическими лицами. Волжский социальный банк предпочел «работать» почти исключительно с физическими лицами. Именно на розничный кредитный портфель пришлась основная часть ссудных сделок, которые сейчас конкурсный управляющий счел не заслуживающими доверия. По данным бухгалтерского отчета банка, объем портфеля кредитов физическим лицам ВСБ составлял 1,64 млрд рублей. «Фактическое наличие» займов конкурсный управляющий признал только для 426 млн рублей. Таким образом, реальные кредиты составляли лишь около четверти розничного кредитного портфеля банка. Как поясняют специалисты АСВ в своем отчете, недостача возникла «в результате отсутствия документального подтверждения выдачи кредитов физическим лицам». Что касается числа таких кредитов, то всего в банке числилось 545 займов. Из них документы оказались в наличии только по 126-ти кредитным договорам. Каким образом и на каком основании выдавались еще более 400 кредитов, не совсем понятно. Средняя сумма неподтвержденных займов в Волжском социальном банке составляет от 1 до 3 млн рублей. Наиболее крупными заемщиками — физическими лицами, чью реальность Агентство по страхованию вкладов не смогло подтвердить, стали Анастасия Беляева (4 млн рублей), Роман Лимонников (14 млн), Сергей Кучкин (11,9 млн), Игорь Капитанов (4,7 млн), Ирина Крюкова (5 млн), Алексей Николаев (4,3 млн), Оксана Жуйкова (4,45 млн), Ольга Думина (4 млн), Татьяна Чернышева (8,6 млн), Жанна Эксузян (5,7 млн), О.А. Задворецкая (5,2 млн), Сергей Журавлев (5 млн), Михаил Догадаев (5 млн), Любовь Ильина (4,76 млн), Рафаэль Зулькарьняев (8,3 млн), Ольга Соловых (4,9 млн), Любовь Трифонова (7,377 млн), Роман Хациев (6,979 млн), Василий Банников (11,83 млн), Елена Царькова-Шляховская (4,5 млн). Среди заемщиков-фантомов ВСБ оказались и достаточно известные в регионе лица. В частности, в этом списке числятся кредиты, выданные полным тезкам заместителя председателя правления банка «Волга-Кредит» Ильи Гутковича (15,2 млн рублей) и бенефициара группы «Междуречье» Владимира Плигина (6 млн).