Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
Властные и контрольные органы обнаружили огромный разрыв между реальными доходами и неподтвержденными расходами директора Приволжского психоневрологического интерната и председателя собрания представителей Приволжья Елены Удовенко.
В результате Удовенко была уволена со всех постов, а по решению суда она также лишилась квартиры в самарском ЖК «На Вилоновской» и 4,3 млн рублей на счетах. Установить денежные транзакции фигурантки в условиях цифровизации банковской сферы оказалось совсем несложно — и похоже, что именно такой алгоритм теперь станет массово применяться к чиновникам, живущим явно не по средствам.
54-летняя Елена Удовенко долгое время работала в социальной сфере Приволжского района Самарской области. С 2002-го по 2011 год она руководила ГКУ СО «Социально-реабилитационный центр для несовершеннолетних «Солнечный лучик» (Приволжский район, село Спасское). Затем «Солнечный лучик» возглавила Ольга Харламова, а Удовенко перешла на аналогичную должность в ГБУ СО «Приволжский молодежный пансионат для инвалидов (психоневрологический интернат)» (учреждение несколько раз меняло название, сейчас это ГБУ СО «Дом социального обслуживания «Приволжский»). Она руководила пансионатом с 2011-го по 2025 год. Кроме того, в 2018-2025 годах Удовенко была председателем собрания представителей сельского поселения Приволжье.
Проблемы у Елены Удовенко начались в 2024-м, после того как она сдала декларацию о доходах и имуществе за 2021-2023 годы. В областном минсоцдемографии провели проверку полученных от Удовенко сведений, по результатам контроля общий размер неподтвержденных поступлений на счета Удовенко в 2022-2023 годах превысил 20,245 млн рублей.
В отношении Удовенко назначили еще одну проверку — на основании распоряжения губернатора Самарской области от 4 декабря 2024 года №476-р. По итогам второй проверки размер неподтвержденных доходов вырос до 21,791 млн. В феврале 2025 года директора пансионата уволили в связи с утратой доверия, материалы на нее направили в прокуратуру. Имя Елены Удовенко внесли в федеральный реестр коррупционеров под номером 5023. «Дом социального обслуживания «Приволжский» возглавила Ольга Харламова. Кресло председателя собрания представителей сельского поселения Приволжье в мае 2025 года занял Андрей Штыков.
Сама Удовенко крайне эмоционально реагировала на происходящее на своей странице в соцсети «ВКонтакте»: «Меня кинули под танк… Сломали крылья… Работодатели забыли вмиг все мои старания… и заслуги».
Что же именно установили ведомственные проверки и проверки силовиков? В 2021 году на 10 банковских счетов Удовенко поступило 10,713 млн рублей, что значительно больше ее дохода за предыдущие три года (6,21 млн). Доказательств законности получения 2,307 млн рублей из этой суммы Удовенко представить не смогла.
Интересный факт: в августе 2021 года Елена Удовенко получила перевод на 2300 рублей от Сидухиной М.Г. Была ли это будущий сенатор от Самарской области Марина Сидухина — на момент сдачи номера «СО» установить не удалось.
В 2022 году у Удовенко было уже 16 счетов в двух банках, через них прошли 105,998 млн рублей. Доход директора пансионата в 2020-2022 годах составил 6,881 млн. Из этих транзакций Удовенко не подтвердила законность получения лишь 838,3 тыс. рублей.
В 2023 году у фигурантки было уже 18 счетов, через них прошло 81,593 млн рублей (при доходе Удовенко в 2021-2023 годах 8,308 млн). Здесь ей не удалось доказать законность получения 1,5 млн рублей. Общая же сумма неподтвержденного дохода составила 4,645 млн рублей.
В версии фигурантки, перечисление денег якобы осуществлялось покупателями за товары, реализуемые в магазине «Престиж», принадлежащем ее сыну — ИП Удовенко В.В. Телефон директора пансионата был указан на листке бумаги, прикрепленном на кассе магазина, и по этому номеру будто бы делались перечисления. Кроме того, в версии Елены Удовенко, переводы на ее карту шли после смерти ее матери в качестве материальной поддержки от друзей и коллег. Чтобы подтвердить свою версию, Удовенко даже собрала расписки лиц, которые переводили ей деньги.
Проверяющие к версии о переводах за покупки в магазине «Престиж» отнеслись скептически. Согласно ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», индивидуальные предприниматели не имеют права принимать оплату за товары и услуги на личную карту или карту иного лица. Елена Удовенко не состояла в трудовых отношениях с ИП Удовенко В.В., следовательно, получение денег от предпринимательской деятельности было неправомерным, а сами деньги — незаконно полученными.
Весной 2025 года расходы и доходы экс-директора пансионата за 2024 год решило проверить областное министерство по вопросам правопорядка и противодействия коррупции. Вскоре к проверке подключилась прокуратура Самарской области. Было установлено, что в марте 2024 года Елена Удовенко приобрела квартиру площадью 83,6 кв. метра в самарском ЖК «На Вилоновской» (улица Садовая, 176). Цена сделки составила 21 млн рублей, что опять-таки существенно превышало доходы фигурантки в 2021-2023 годах. В версии самой Удовенко, квартира якобы была куплена на наследство, оставшееся после смерти ее матери Татьяны Арзамаскиной. Но с наследством тоже не все было до конца ясно (подробнее об этом — в тексте «Чудесная находка»). Кроме того, проверки установили значительные суммы внесенной на счета Удовенко наличности: в 2021-2023 годах она зачислила 33,107 млн рублей. Удовенко пояснила, что якобы это были суммы от продажи квартиры, собственные накопления и деньги, занятые у сына. Но квартира в Можайском переулке Самары продана Удовенко за 2,905 млн рублей, а сын перевел матери всего 775,1 тыс. рублей — намного меньше, чем она ему (9,551 млн рублей). В итоге подтвердить законность внесения на счета Удовенко 15,818 млн рублей не удалось. А следовательно, не доказана легальность источников средств, за счет которых приобреталась спорная квартира.
По закону, подобное сомнительное имущество, приобретенное государственным или муниципальным служащим на нетрудовые доходы, подлежит конфискации в бюджет государства. Прокуроры подали иск в суд об изъятии квартиры Удовенко и взыскании с нее «неподтвержденных» 4,645 млн рублей. Суд эти требования удовлетворил, наложив арест на недвижимость экс-спикера собрания представителей Приволжья и ее транспорт (включая две Audi Q7). Не исключено, что отработанный на Удовенко алгоритм «обезжиривания» будет теперь применяться ко всем живущим не по средствам чиновникам — благо банковская цифровизация вполне это позволяет.
Резонансная моя история с увольнением получила логическое продолжение. Как оказалось, все совершенно не случайно. Закрутили вокруг меня такие канаты, чтоб я уж окончательно задохнулась и никогда больше не оправилась. Жестко! Очень! Честно скажу, мне непросто. Когда не верят тебе не потому, что ты говоришь неправду или ты неубедительна, а потому что не разрешено мне верить. Ни тому, что нашему семейному бизнесу 30 лет, ни тому, что он приносит доход, ни тому, что мы имеем все финансовые доказательства. И кто не помнит меня с палаткой на площади? Или матушку мою, которая до последних дней своей жизни была с каждым покупателем приветлива и разговорчива? И удивительно, что прокуратуре кажется невероятным, что я просто очень хорошо умею делать свое дело, независимо от того, что мы живем в обычном селе. И пансионат у нас был одним из лучших, и ребята в нем счастливые, и бизнес семейный процветающий. Кому же я перешла дорогу? Казалось бы, как такое может быть, а оказалось, может… Благодарна от души каждому, кто писал расписки по переводам в магазине «Престиж» или мне лично, кто откликался на звонки и сообщения. Тема закрыта! С расписками больше приставать не буду! Очень жаль, что все наши труды с вами оказались напрасными, прокуратура не поверила в искренность наших слов, причем даже в тех случаях, когда переводы были на похороны моей матушки от друзей или на день рождения от родственников… Становится грустно и страшно от такой реальности….. И теперь я очень надеюсь, что 4,3 миллиона денежных средств от нашего семейного бизнеса попадут в бюджет и хоть на шаг, но приблизят нашу ПОБЕДУ. Но я не намерена останавливаться, вся борьба за правду еще впереди!!! Очень рассчитываю на вашу поддержку.
Источник: Елена Удовенко, личная страница в соцсети «ВКонтакте»
Елена Удовенко пыталась легализовать свои сомнительные доходы, как только могла. Одной из ее фантастических версий стала попытка через суд обозначить сомнительные 16 млн рублей как наследство от покойной матери. Материалы этой тяжбы можно найти в ГАС «Правосудие».
Еще до своего увольнения, в январе 2025 года, Удовенко обратилась в суд Приволжского района с иском к администрации сельского поселения Приволжье и администрации муниципального района Приволжский о включении имущества в наследственную массу и признании права собственности в порядке наследования. Суду была рассказана совершенно фантастическая история о 16 млн рублей, найденных в доме покойной матери Удовенко Татьяны Арзамаскиной после ее смерти.
Елена Удовенко была единственной наследницей своей матери. В рамках наследственного производства ей достался автомобиль Audi Q7 2018 года выпуска, деньги на банковских счетах, земельный участок и часть жилого дома. Обнаруженные в котельной дома покойной матери 16 млн рублей в наследственную массу не входили. Свидетелями чудесной находки стали сын Удовенко и муж ее покойной матери, а также еще двое лиц — подруга истицы и соседка.
Суд Приволжского района исковые требования Елены Удовенко удовлетворил и включил 16 млн рублей в наследственную массу. Против этого выступила прокуратура, направившая в Самарский областной суд апелляционное представление. Надзорное ведомство потребовало отказать в удовлетворении иска на том основании, что Удовенко «использует судебный механизм легализации денежных средств с целью уклонения от надлежащего исполнения запретов и ограничений, установленных в целях противодействия коррупции».
Действительно, как ранее установили проверки, доказательств наличия денежных средств во владении матери Удовенко Татьяны Арзамаскиной на момент ее смерти не получено. Арзамаскина работала в качестве индивидуального предпринимателя в 2003-2015 годах (доход — 3,024 млн рублей) и в 2017-2019 годах (доход — 504,2 тыс. рублей). Следовательно, не очень понятно, как она могла накопить 16 млн рублей. Сама Удовенко по поводу этой суммы давала противоречивые объяснения. Сначала она попыталась задекларировать «наследство» при сдаче данных о доходах и имуществе за 2023 год. Согласно этой версии, деньги якобы были найдены в конце зимы 2023 года. Когда начались проверки, Удовенко поменяла легенду и заявила, что 16 млн рублей нашлись сразу после смерти матери в январе 2022 года. Эта противоречивость добавила еще больше сомнений ревизорам касательно законности получения этой суммы.
Самарский областной суд тоже пришел к выводу, что оспариваемое решение суда требованиям закона не соответствует, поскольку стороной истца не представлено достаточных и достоверных доказательств того, что спорные 16 млн рублей являлись личной собственностью наследодателя. То, что деньги хранились в доме покойной матери, доказательством не является — туда имели доступ многие лица, включая саму Елену Удовенко. О найденных деньгах нотариусу она не сообщила и в наследственную массу в установленном порядке их не включила. Не указана эта сумма и в декларации Удовенко за 2022 год. А поскольку, согласно объяснениям истицы, на спорные деньги ею уже была куплена квартира, то и сам предмет спора на момент судебных разбирательств уже отсутствовал. В итоге в августе 2025 года Самарский областной суд принял сторону прокуратуры и отказал Елене Удовенко в исковых требованиях.
Еще до вынесения решения по делу Елены Удовенко прокуратура выиграла иск к семье муниципальной служащей из Тольятти, которая тоже накопила больше, чем заработала. В январе 2025 года прокуратура Самарской области сообщила о том, что объектами проверки соблюдения законодательства о противодействии коррупции стали бывшая тольяттинская чиновница и ее муж. Данные фигурантки не разглашались, но была указана должность, в которой она прежде трудилась, — ведущий специалист отдела организации физкультурно-спортивных мероприятий управления физической культуры и спорта администрации Тольятти.
В ходе проверок выяснилось, что сумма, поступившая на банковские счета супругов в 2022 году, превысила их совокупный доход за предшествующие три года более чем на 2,5 млн рублей. «При этом законность полученных доходов не подтверждена», — сообщила прокуратура Самарской области.
Надзорное ведомство направило иск в суд об обращении сомнительных денежных средств в доход Российской Федерации. Суд первой инстанции удовлетворил требования прокуроров. Ответчики обжаловали это решение в порядке апелляции. Пересмотр дела состоялся в Самарском областном суде в январе 2026 года.
«Судебной коллегией по гражданским делам Самарского областного суда рассмотрено гражданское дело по исковому заявлению прокурора Центрального района городского округа Тольятти в интересах Российской Федерации к А.Ю. и И.О. об обращении взыскания в доход государства денежных средств, законность получения которых не подтверждена», — сообщила пресс-служба Самарского областного суда.
По результатам апелляционного рассмотрения дела было оставлено без изменения решение Центрального районного суда Тольятти, удовлетворившего исковые требования прокурора. Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции о наличии оснований в соответствии с положениями закона «О противодействии коррупции» для солидарного взыскания с ответчиков суммы доходов, законность получения которых не была подтверждена.
«Будучи муниципальным служащим, И.О. в рамках декларационной кампании предоставила недостоверные сведения о доходах своего супруга А.Ю., фактический размер которых более чем в десять раз превысил совокупный задекларированный доход супругов за предшествующие три года. При этом в последующем в рамках прокурорской проверки и в ходе рассмотрения дела судом А.Ю. не подтвердил источник получения всех фактически полученных им денежных средств», — сообщило ведомство.
Идентифицировать ответчиков в ГАС «Правосудие» несложно. Это Алешкова И.О. и Алешков А.Ю., решение по делу которых вынесено областным судом 15 января 2026 года. Третьими лицами по делу выступали мэрия Тольятти, ООО «МВА», ООО «АртФорм», ООО «Новотек» (фирма «Новейшие технологии», директором которой является Алешков Александр Юрьевич).
Упоминания о муниципальной служащей Ирине Алешковой можно встретить в СМИ Тольятти. В декабре 2023 года портал «Городские ведомости» писал о номинантах на получение Всероссийской муниципальной премии «Служение». По номинации «Практики муниципалитета — решения для страны» подано 3 заявки, среди номинантов засветилась и Алешкова Ирина Олеговна, ведущий специалист отдела организации физкультурно-спортивных мероприятий управления физической культуры и спорта администрации городского округа Тольятти. Выиграла ли Алешкова премию — на момент сдачи номера «СО» установить не удалось.
АНТОН АТЯСКИН, адвокат АБ «Яблоков и партнеры»
Конституционное право иметь имущество в собственности (статья 35) может быть прекращено судом по основаниям, предусмотренным законом.
Принудительное изъятие у собственника имущества допускается в том числе в случае обращения по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.
Согласно части 2 статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» при выявлении в ходе осуществления контроля за расходами лиц, замещающих определенные должности, в том числе руководителей государственных учреждений, а также за расходами их супругов и несовершеннолетних детей обстоятельств, свидетельствующих о несоответствии расходов их общему доходу, прокурор в порядке гражданского судопроизводства обращается в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы.
Соответствующие нормы введены в российское законодательство в 2012 году, и на сегодня сформирована устойчивая судебная практика обращения по искам прокуроров в доход государства имущества чиновников, которые не смогли обосновать легальность его происхождения.
В то же время по такой категории дел важно принимать во внимание позицию Шестого кассационного, а также Верховного суда РФ по некоторым правовым аспектам, которые могут быть использованы при обжаловании решения суда в вышестоящих инстанциях.
Прежде всего нужно учитывать, что, оценивая законность происхождения того или иного имущества чиновников, прокуроры, как правило, принимают во внимание лишь те доходы, которые получены в течение трех лет, предшествующих его приобретению, ограничиваясь при этом сведениями, отраженными в соответствующей декларации.
В этой связи для правильного разрешения дела принципиально важно выяснить размер легальных доходов соответствующего чиновника, полученных им ранее этого трехгодичного срока. Суд должен проверить и дать оценку всем версиям ответчика: доходы по предыдущему месту работы, старые накопления, наследство, кредиты, предпринимательская деятельность супруга, подарки родителей.
Неотражение в декларации легальных доходов может повлечь для чиновника неблагоприятные последствия, вплоть до увольнения, однако это не является основанием для изъятия в госсобственность приобретенного на них имущества.
Кроме того, по данной категории дел важно соблюдение принципа состязательности и равноправия сторон. Ответчик, в отличие от прокурора, обладает меньшими возможностями по сбору (истребованию) доказательств. Поэтому непринятие судом документов ответчика, необоснованный отказ в истребовании сведений, имеющих значение для дела, ошибки в определении круга лиц, подлежащих привлечению к процессу, в некоторых случаях могут повлечь отмену судебного акта по формальным основаниям.
СЕРГЕЙ МИРЗОЯН, управляющий партнер АБ «Мирзоян, Селиванова и партнеры»
Иски надзорного органа об обращении в доход государства имущества декларантов, которые не могут подтвердить законность источников происхождения денежных средств, уже давно не экзотичны.
Существует федеральный закон о контроле расходов и доходов государственных и муниципальных чиновников, который призван, с одной стороны, возвращать в собственность государства незаконно приобретенное имущество, а с другой стороны, профилактировать коррупцию среди указанных лиц. Зачем рисковать и прятать что-то, если потом все равно отдавать государству. До тех пор, пока выявляемость подобных случаев не подойдет к 60-70%, профилактика не будет работать сполна. Поэтому тут необходимо наращивать активность надзорных органов. Вместе с тем здравый смысл тоже необходимо сохранять и не доходить до абсурдных решений. Нельзя не учитывать множество факторов и особенностей, нельзя проявлять формализм, который способен исказить идею законодателя и привести к несправедливым последствиям. Тут требуются максимально индивидуальный подход и тщательная оценка обстоятельств, где репутация и давление истца должны быть системно исключены.
ЕВГЕНИЙ ЛАПИЦКИЙ, адвокат АБ «Лапицкий и партнеры»
Все подобные истории регулирует Федеральный закон «О противодействии коррупции», который возлагает на должностных лиц обязанность ежегодно подавать сведения о своих доходах и расходах.
В свою очередь, если такое лицо по тем или иным причинам не смогло подтвердить, откуда у него в достаточной мере денежные средства на приобретение дорогостоящего имущества, то такое имущество может быть по решению суда обращено в пользу государства, по причине необоснованного обогащения.
Более того, к должностному лицу, допустившему такие нарушения, могут быть применены и иные правовые санкции, например увольнение.
Необходимо отметить, что подобного рода судебная практика пока что не сильно распространена, что дает определенную свободу для выбора стратегии защиты. Действующее гражданское законодательство предлагает достаточно широкий выбор инструментов для формирования как самой позиции по делу, так и для доказательственной базы.
Принимая во внимание небольшую сумму разницы доходов и расходов, допускается обосновывать ее путем предоставления копий договоров розничной купли-продажи движимого дорогостоящего имущества — драгоценностей, бытовой техники.
Наиболее распространенным способом в данном случае выступает документальное подтверждение в суде наличия заемных денежных средств, полученных от третьего лица, что в данном случае подходит изумительным образом, так как не требует указания данных сумм в качестве полученного дохода.
В исключительном же случае предоставляется возможность пойти по пути внесения соответствующих корректировок в саму справку о доходах и расходах, что имеет под собой некоторые риски, поэтому и идти по этому пути стоит только в самой крайней ситуации.
ЮРИЙ ЛАЗАРЕВ, адвокат (старший партнер), руководитель практики по общеуголовным преступлениям АБ «Земчихин и партнеры»
Прокуратура во всех подобных делах руководствуется антикоррупционным законодательством. Прежде всего, это Федеральный закон №273-ФЗ «О противодействии коррупции», который устанавливает обязанность должностных лиц и руководителей государственных учреждений подтверждать законность своих доходов и расходов, а также предоставляет органам прокуратуры право проводить соответствующие проверки. Следующим правовым механизмом является Федеральный закон №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», согласно которому, если установлено, что расходы превышают официальные доходы и законный источник средств не подтвержден, прокурор вправе обратиться в суд с требованием обратить такое имущество и деньги в доход государства (статья 17).
Правовой основой для самого изъятия служат нормы Гражданского кодекса о неосновательном обогащении, а процессуально такие дела рассматриваются по правилам Гражданского процессуального кодекса РФ, поскольку речь идет не об уголовном преследовании, а о гражданском иске прокурора.
Обжаловать подобное решение суда формально возможно, но на практике это крайне сложно. Реальные шансы появляются только в том случае, если ответчик может представить документы, подтверждающие законное происхождение средств, например договоры дарения, сведения о наследстве, продаже имущества, займах или иных легальных источниках дохода, либо если будут выявлены серьезные процессуальные нарушения при проверке или рассмотрении дела. Если же доказательств законности происхождения денег нет и превышение расходов над доходами очевидно, суды, как правило, поддерживают позицию прокуратуры, поскольку по таким делам бремя доказывания возлагается именно на ответчика. В результате без документального подтверждения источников средств вероятность успешного обжалования решения минимальна.
— Наталья Эльдарова
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены