Владимир Гутенев: «Нас тормозит неторопливость некоторых ректоров»

На государственном уровне 2021 год был объявлен в России Годом науки и технологий, в рамках которого планировалось активно привлекать талантливую молодежь в эту сферу.

Как этот процесс проходит в Самарской области? Насколько потребности промышленного сектора региона в кадрах сегодня обеспечиваются выпускниками технических вузов? Что мешает областным вузам стать точкой притяжения для выпускников школ соседних регионов?

На эти и другие вопросы в интервью «Самарскому Обозрению» ответил глава комитета по промышленности и торговле Госдумы РФ Владимир Гутенев.

— Как вы оцениваете прошлый год? Что он дал промышленному сектору с точки зрения укрепления кадрового потенциала? Видите ли вы увеличение интереса молодежи к техническим специальностям?

— 2021 год, с одной стороны, придал сильный импульс по стимулированию дооснащения лабораторий, выделению серьезных грантов на научные исследования, с другой — обнажил определенные проблемы.

Я вижу два основных риска в существующей связке региональной системы образования и реальной кадровой потребности промышленных предприятий.

Первое, это невысокая зарплата — она ниже, чем в среднем по региону.

Этот фактор уже в момент выбора экзамена по ЕГЭ играет против промышленного сектора, так как ребята выбирают обществознание, а не физику, которая необходима для поступления в технические вузы. Сложно осуждать молодых людей и их родителей, поскольку существующая система заработной платы нуждается в серьезной корректировке.

Особенно это заметно в оборонно-промышленном комплексе. Чтобы быть конкурентоспособными на рынке труда, средняя зарплата на предприятиях должна быть на уровне 110% от средней в субъекте, где размещено производство.

Наш Комитет совместно с отраслевыми Экспертными советами прорабатывает этот вопрос, который неизменно связан с необходимостью регулирования цен на продукцию ГОЗ (гособоронзаказа – Прим. ред.), увеличения рентабельности оборонно-промышленного комплекса, что повлечет за собой повышение заработных плат.

Второе, что, к сожалению, касается и Самарской области, — неторопливость руководителей некоторых учебных заведений.

— Что именно вы имеете в виду?

— Посмотрите на достижения последних лет. Губернатором и его командой проделана большая работа для того, чтобы созданный в 2019 году научно-образовательный центр (НОЦ) «Инженерия будущего» стал одним из лучших в России.

О накопленном опыте и практических навыках по созданию и развитию НОЦ Дмитрий Азаров рассказал в рамках заседания Госсовета под председательством Владимира Путина.

Его предложения были одобрены Президентом Российской Федерации, что немаловажно. Усилия губернатора и правительства позволили региону достичь высоких результатов и в других конкурсах.

Университеты Самарской области попали в программу по опорным вузам, в «Приоритет 2030». Такой успех должен закрепляться эффективной и заинтересованной работой ректоров. Но как мы работаем на местах?

Давайте посмотрим на ситуацию с точки зрения привлечения внимания молодых людей к инженерным специальностям. Повсеместно участие школьников в олимпиадах стимулируется через призму работы университетов.

Но в последние годы по Самарской области наблюдается нисходящий тренд. Например, по итогам участия в крупнейшей многопрофильной инженерной олимпиаде «Звезда», поддержанной Владимиром Путиным, регион плетется в аутсайдерах.

«Звезда» — это школьная олимпиада международного уровня.

Она дает серьезные преференции при поступлении в вузы. Заинтересованные в повышении качества абитуриентов ректоры проявляют максимальную активность в привлечении школьников к таким олимпиадам.

Они, как воронка, затягивают всех квалифицированных ребят из близлежащих регионов. Если Татарстан активно участвует в этом процессе, то мы видим, что школьники из Башкирии, Ульяновска или Оренбурга едут в их вузы.

И они получают выпускников с результатами ЕГЭ не 60-65 баллов, а от 80 баллов.

— Как на этом фоне выглядит Самарская область?

— Еще несколько лет назад олимпиада «Звезда» собирала более 10 000 участников от Самарской области, и мы значительно опережали соседей по Поволжью. В нынешнем году у Ульяновской и Оренбургской областей более 20 000 участников, у нас сократилось до 5-6 тысяч.

Для сравнения, Челябинская область выставила более 90 000 школьников – участников олимпиады «Звезда», Ростовская область – около 70 тысяч.

Самарская область – более зрелый регион с промышленной точки зрения, но в полной мере не использует столь эффективные инструменты.

— Чем это чревато?

— Не проводя селекцию среди школьников, не занимаясь популяризацией образования и науки еще в средних классах, сложно рассчитывать на то, что мы сможем реализовать амбициозные цели и задачи, стоящие перед Самарской областью.

Ведь инвестор, выбирая регион под свой проект, ориентируется не только на преференции от государства — налоговые льготы, подготовленные площадки, технопарки. Важным фактором сегодня становится наличие квалифицированного персонала.

Например, Ульяновск сейчас сталкивается с проблемой трудовых ресурсов. «Авиастар СП» получил большой заказ на производство более 100 самолетов ИЛ-76 до 2030 года, и они уже ощущают недостаток кадров.

С такой проблемой в последние годы сталкиваются и самарские предприятия. При этом нужно четко понимать, что инвестиции будут получать в первую очередь те регионы, в которых есть достаточное количество квалифицированных кадров с высоким уровнем подготовки.

Поэтому необходимо, чтобы эффективная работа, которую демонстрирует губернатор и его команда, поддерживалась схожими по эффективности усилиями на уровне школ, колледжей, университетов и муниципалитетов.

— Как вы вообще оцениваете потенциал самарской научной школы для региональной промышленности?

— По имеющимся у меня данным, в одном из ведущих вузов региона в олимпиаде «Звезда» очно приняли участие всего 54 человека.

Я считаю, что это неправильный подход. Я намеренно не называю, в каком вузе это произошло, но мы будем работать со всем ректорским сообществом региона. Это необходимо для того, чтобы мы не только сегодня были в числе лучших по инвестициям, науке и промышленности, но и сохраняли этот потенциал на долгие годы.

Мы видим, что «Ростех» расширяет производственные мощности Объединенной двигателестроительной корпорации в том числе и на «Кузнецове». Мы видим большой скачок в развитии «Прогресса», «Технодинамики» и ряда других предприятий.

И мы должны в полной мере использовать тот потенциал вузов, который у нас сегодня есть, для решения кадровых проблем.

Я считаю, что самарская научная школа имеет неоспоримые преимущества в Приволжском федеральном округе, нужно только не сбавлять обороты, а напротив — наращивать скорость.

Поэтому будущее Самарской области в значительной степени зависит от того, насколько наши инновационные коллективы, формирующиеся сегодня при вузах и на предприятиях, будут привлекательными для внешних инвесторов.

Насколько это простимулирует развитие существующих предприятий и насколько будет конкурентоспособно наше производство.

— Но по итогам последних лет поток выпускников за пределы региона уменьшился. Вы считаете, ситуация не возобновится? Можно ли обеспечить, наоборот, приток молодежи к нам?

— Действительно, в последнее время мы не видим большого оттока студентов в столичные вузы, а также в Нижний Новгород или Татарстан. Но это не значит, что нужно успокоиться.

Мы вполне можем стать точкой притяжения для близлежащих регионов. У нас хорошо выстроены отношения между крупными предприятиями и вузами в части стажировок, практик, мы даем студентам не оторванные теоретические знания, и у них есть возможность выйти из вуза с более высокой степенью готовности к работе на реальном производстве.

Кроме того, у самарской высшей школы есть опыт международного сотрудничества. В прошлом году в составе делегации от Союза машиностроителей России, Самарский государственный технический университет подписал ряд соглашений государственными и частными вузами Сирийской Арабской Республики.

Мы можем наполнять наши вузы наиболее талантливыми иностранными студентами, которые в перспективе останутся работать на наших предприятиях. Нам необходимо активизировать осознанную работу с молодежью, а начинать ее надо со средней школы – с пятого, шестого, седьмого класса.

Тогда результаты будут более ощутимыми!

— Татьяна Анзонгер