Антон Красовский: «Призыв к санкциям — измена Родине»

Открытый призыв к западным руководителям наносить открытый вред российской экономике – это работа против России и, соответственно, это государственная измена.

Читайте также:

При поддержке «Самаранефтегаза» обновилась старейшая детская школа искусств Самарской области

В Самарской области пассажирский автобус въехал в Lada Vesta

Житель Самарской области осужден на 10 лет за работу на украинские спецслужбы

Больше

От того, что имеются в виду санкции против «Норильского Никеля» или «Роснефти», жить будут хуже все в этой стране. Поверьте мне, Сечин Игорь Иванович или кто там управляет «Норильским Никелем», Потанин, он хуже глобально жить не будет. У него столько денег, что он этого не заметит. А вот рабочий, который на домне работает, в плавильном цеху, или какая-нибудь баба, которая тренершей работает в норильском бассейне, который еще Миша Прохоров построил, и получает свои 35 000 рублей и будет вынуждена уволиться, вот она будет хуже жить-то. Это, конечно, санкции против русского народа. И я считаю, что люди, которые требует ввести санкции против русского народа, даже если они лицемерно выдают их за санкции против каких-то представителей власти, то, конечно, я считаю, что это государственная измена. И не вижу в этом ничего плохого.

Санкции против Ротенберга, Сечина и Потанина – это санкции против «Норильского Никеля», «Роснефти», «Росавтостроя» и чего-то такого. Это, в конечном итоге, санкции против этих сотрудников, потому что все это обернется сокращением заработных плат и сокращением рабочих мест. И это уже обернулось. И все эти так называемые персональные санкции обернулись санкциями против индустрий российских.

Персональных санкций не бывает. Персональные санкции всегда заканчиваются санкциями против какого-нибудь «Северного потока», в результате которого и русская газовая промышленность, сотни тысяч людей останутся без зарплаты, и весь германский север останется без отопления.

А хорошо будет только жирным упырям в Соединенных Штатах, которые сидят и на своей нефтянке, и на своем сжиженном газе, будут зарабатывать деньги. А кто считает иначе – тот дурак, на самом деле. Потому что вы считаете, что сейчас будут какие-нибудь персональные санкции против министра Мурашко. Министр Мурашко почему-то записан в эти персональные санкции. И вместо министра Мурашко у вас кто придет-то? Я не понимаю. Псаки? Какой-то хороший человек придет против министра Мурашко, когда ему объявят персональные санкции? Чем повредят лично министру Мурашко персональные санкции? У него что там, счета миллиардные в Bank of America?

Можно ли призыв к санкциям против России рассматривать как госизмену?

Согласен ли я с тем, что они (люди, которые призывают к санкциям против Росиии) – государственные изменники Родине? Согласен. Согласен. Любой человек, который открыто призывает… Или закрыто призывает, тайно призывает… Приходит в посольство какой-нибудь Великобритании и говорит: «Пожалуйста, введите санкции против Мурашко», — я считаю, это изменник Родины, и это очевидно. Но поскольку… К вопросу о том, что мы живем в травоядном, как вы говорите, государстве, говорит о том, что вы свободно мне этот вопрос задаете, я свободно вам на него отвечаю, и вам за него ничего не будет. А потом все ваши сотрудники престарелые обсудят, какая мразь. И публично обсудят. И им за это тоже ничего не будет. А вот моя корреспондентка, например, Алена Березовская, задала мой вопрос, который я сформулировал, для Медведчука сейчас в Киеве: «Не лучше было бы Украине войти в состав России?». Она – журналист. Задала вопрос. На нее тут же, в этот же день, СБУ возбудило уголовно дело. Она тайно, фактически, пересекала границу с Российской Федерацией. Ночью я звонил начальству, чтобы ее пустили сквозь карантинную зону.