Боец самарской 15-й бригады эвакуировал десять раненых под обстрелом ВСУ

Дмитрий Лисин с позывным «Тихоня» — военнослужащий Александрийского соединения. Сегодня он на СВО сражается с неонацистами, как когда-то дрался с фашистами его дед, прошедший Великую Отечественную войну с первых дней и до самой Победы.

Читайте также:

Должность и личность

Люди с передовой

«Реальный опыт не заменить»

Больше

Фронтовик ушёл из жизни, когда Диме было всего три года. Никто из семьи не думал, что когда-то внук пойдёт по стопам деда, в том числе он сам. Но сегодня за его плечами уже несколько боевых задач, а на груди — медали «За Отвагу» и «За храбрость».

— Расскажи, как ты оказался в армии?

— Мне пришла повестка ещё в период проведения мобилизации. Я пришёл в военкомат, прошёл комиссию, но меня отправили домой, сказали ожидать вызова. Так прошло полтора года. Всё это время думал о том, чтобы подписать контракт. В апреле 2024 года я наконец сделал это и отправился в зону специальной военной операции.

— Как на твоё решение отреагировали родные?

— Я рассказал им о нём только за пару дней до отправки на СВО. Можно сказать, что поставил перед фактом. Конечно, они волновались, но я принял решение и менять его не собирался.

— Расскажи о своей первой боевой задаче.

— Она была в мае 2024 года. Шли бои, были миномётные и артиллерийские обстрелы. Но не было осознания того, что есть реальная опасность для жизни, что меня могут ранить или убить. Я выполнял поставленные задачи, действовал так, как нас обучали наши инструктора, за что им сильно благодарен.

— В чём заключалась твоя задача?

— По началу мы «закреплялись» на взятых штурмовиками опорных пунктах. После я был в группе эвакуации и выносил раненых бойцов. Наш маршрут был протяжённостью более пяти километров. За один день мы проходили в одну и другую сторону по три-четыре раза.

В то время у противника не было такого количества FPV-дронов, как сейчас, поэтому передвижение по открытой местности было более безопасным. Вражеские беспилотники старались атаковать нашу технику и артиллерию, а несколько человек для них было не столь приоритетной целью.

— Сколько военнослужащих удалось эвакуировать?

— Мы с товарищем вынесли десять бойцов. Смогли бы и больше, но по нам отработал беспилотник, и осколок попал мне в лёгкое. Я попал в госпиталь. После того, как восстановился, вернулся обратно в строй.

— Какие задачи ты выполнял после возвращения?

— После меня перевели в разведку и поставили на должность наводчика бронетранспортёра. Наш экипаж действовал как прикрытие во время работы танка. Нам была поставлена задача уничтожать вражескую технику, которая появлялась в поле зрения. Но противник не пытался контратаковать. Вместо этого он выезжал, отстреливал боекомплект и уезжал обратно.

— В чём заключалась твоя задача как наводчика?

— Не допустить того, чтобы во время работы нашего танка по нему не «отработала» техника противника или вражеская пехота с ПТУР, АГС. Против дронов у нас хорошо работал РЭБ.

Самым сложным была разведка для оборудования новых позиций. Мы проводили её в пешем порядке. Велись постоянные миномётные и артиллерийские обстрелы, было большое количество FPV-дронов. Мы работали в непосредственной близости от противника. Также нужно было заранее оборудовать как основные, так и запасные позиции, чтобы техника была максимально замаскирована и не обнаружена противником.

— Сколько длилась эта задача и чем она закончилась?

— Девять дней. Когда нам докладывали о появлении вражеской техники, мы выезжали на свои позиции и работали по ней. Наши подразделения продвигались вперёд.

После очередного выезда мы вернулись на свои позиции, замаскировали технику и направились в ангар. В этот момент начался миномётный обстрел. Одна из мин взорвалась недалеко от меня, и я получил осколочное ранение, мне дали приказ на «откат». Но сейчас после лечения и реабилитации я снова вернулся в своё родное подразделение и готов дальше выполнять поставленные задачи.

— Константин Каменский, военный корреспондент издания Краснознаменного Центрального военного округа «Уральские военные вести»