В зоне СВО бок о бок с военнослужащими России выполняет боевые задачи батальон Максима Кривоноса. Подразделение составлено из бывших военнослужащих ВСУ, попавших в плен и решивших противостоять киевскому режиму. Нам удалось пообщаться с тремя из них.
Первый из них – «Еврей». На вопрос о том, связано ли происхождение позывного с этническими корнями, мужчина, смеясь, отвечает:
– Нет, просто образ жизни такой. Получение прибыли приносит мне удовольствие. До СВО я был владельцем собственного предприятия, успешно действовал, получал солидный доход, в том числе и сотрудничая с представителями еврейской общины.
Родом «Еврей» из Черкасской области. Долгое время он категорически отказывался как-либо соприкасаться с армией, будь то контракт или призыв, стремился максимально дистанцироваться от военной среды. Но после начала СВО вступил в территориальную оборону.
На тот момент у «Еврея» и его окружения преобладали негативные оценки России. Люди тогда видели лишь одну сторону медали. Позже узнали и вторую. Что касается событий на Донбассе, то до СВО жители центральных областей и даже приграничных, вроде Запорожской, особо не интересовались происходящим. Люди просто жили своей жизнью, их это не касалось. Самого «Еврея» тоже это почти не затрагивало.
Попав на контракт, «Еврей» служил в ПВО, затем перешёл в штурмовики, а после – в пехоту. Сдаться в плен вынудили обстоятельства. Выбора не оставалось: группу отправили на задание, сказав, что до линии соприкосновения 2 – 3 километра. А на деле оказалось, что до неё всего 150 метров, и живую силу просто бросили в бой, дав всего четыре магазина, гранаты и ещё что-то. Думали, этого хватит, но, как выяснилось, этого было недостаточно.
В тот момент «Еврею» было страшно, он больше всего думал о семье и ребёнке. И перед тем, как сдаться в плен, единственной мыслью было: лишь бы с ребёнком всё было хорошо.
Ещё в рядах ВСУ «Еврей» слышал о батальоне Кривоноса. Тогда он был отрядом, но информация уже проскакивала. Так что кое-что знать доводилось. А когда попал на российскую сторону, получил объяснения реального положения дел, посмотрел видео с жителями освобождённых территорий, пообщался с ними вживую, принял решение вступить в это подразделение.
Руководство у батальона, по словам «Еврея», отличное, в плане отношения к подчинённым никаких претензий нет.
«Еврей» участвовал в эвакуациях, работал «на ногах», то есть таскал боеприпасы и продовольствие, а в последнее время стал инженером БпЛА. «Ножная» работа в нынешних условиях, под обстрелами и дронами, по тяжести сопоставима со штурмовой. Если несёшь что-то на пункт временного размещения, то можно взять груз побольше, а ближе к передовой много не унесёшь. Ещё тяжелее, признаётся, видеть в прицел беспилотника своих бывших соотечественников или сослуживцев. Впрочем, признаётся он, когда шёл на задачу с той стороны, чувство было то же самое – ведь перед тобой живые люди.
Верит он и в нормализацию российско-украинских отношений. До 2014 года, да и после его одноклассники ездили в Россию на заработки и возвращались с адекватным мнением. Даже сейчас у многих есть родственники в России, а у многих – на Украине, и люди ищут обходные пути через границу, чтобы просто увидеться с близкими.
Конечно, осадок у людей останется в любом случае, ведь у кого-то погиб сын, у кого-то брат или отец. Но, надеется «Еврей», со временем всё утихнет, и жизнь вернётся в прежнее русло, когда война закончится и все политические споры утрясутся, через пару лет всё станет нормально, как и было.
«Колпак» в бытность военнослужащим ВСУ имел другой позывной – «Форсаж». В мирное время он работал в полиграфической сфере, в типографии. Начинал простым грузчиком, а перед самой мобилизацией уже был бригадиром на печатной станции. Жил недалеко от Киева, примерно в 70 километрах. Но судьба распорядилась так, что его в 2024-м призвали на службу.
Курс молодого бойца «Колпак» прошёл, но толком его и товарищей ничему не научили. Единственное, что втолковали – как держать автомат. Потом в бригаде «Колпака» определили на кухню, был поваром, готовил еду для ребят.
Затем его определили в боевое подразделение. У «Колпака» и нескольких его сослуживцев отобрали телефоны и документы и буквально через сутки группой отправили в сторону Горняка.
Именно там «Колпак» и попал в плен. У него была группа из четырёх человек. Задача была простой: нужно было наблюдать и докладывать о любых перемещениях – будь то мирные жители или военные, свои или чужие. Первые три дня всё было спокойно. Но на четвёртый день позицию начали штурмовать. Дом буквально разнесли.
В этот момент группа начала отходить. В результате артиллерийского огня и ударов FPV-дронов в живых остался только он один. «Колпак» спрятался в подвале и просидел там три дня.
На четвёртый день его нашли российские солдаты. «Колпак» находился в закрытой комнате. Услышал, как они спустились, и пошёл на контакт. Сначала спрашивали, украинцы ли здесь. «Колпак» отвечал по-русски, они – по-украински. Они сказали: «Выходи, мы не обидим, всё будет нормально». Было очень страшно.
Общались минут десять через закрытую дверь. «Колпак» собрался с духом, приоткрыл её и сначала просто передал им автомат, а затем снова закрылся. Спросил:
– Вы точно не убьёте меня?
– Нет, выходи, всё хорошо.
«Колпак» вышел к ним с поднятыми руками.
Пленного доставили на «точку», накормили, дали возможность позвонить близким. «Колпак» сразу набрал маму и сказал ей:
– Мам, я навоевался, попал в плен, но я жив-здоров.
В итоге он оказался в Донецке, где и узнал о подразделении Кривоноса. Было время подумать, но он решился. И не жалеет.
Сейчас «Колпак» оператор БпЛА. Всё, что умеет сейчас, он освоил уже здесь. Работает и FPV-дронами, и сбросами, сейчас уже сам обучает ребят: как функционируют дроны, как настраивать оборудование и правильно им управлять. За короткий срок многому научился. Работает в основном по тяжёлой технике, когда же приходится – по пехоте… Говорит, что лучше бы это, конечно, не бывшие соотечественники, а иностранные наёмники, и акцент именно на них, но в камеру не поймёшь, наёмник это или нет.
Сложно говорить о счастье на войне, но «Колпак» доволен своей нынешней жизнью, с товарищами и батальоном. Это его вторая семья. Что касается Российской армии – она, по сути, подарила ему второй день рождения. Те ребята, что нашли «Колпака» при зачистке Горняка, накормили, помогли связаться с родными, и он им благодарен.
«Колпак» с содроганием вспоминает об украинской действительности последних лет, в частности, о ТЦК и «бусификациях». Сейчас становится только жёстче. Граждане бегают от «людоловов» по всей стране. Кажется, их цель – просто поймать кого-то, чтобы самим не пойти на фронт. Если они не выполнят план по мобилизации, то пойдут вместо тех, кого не поймали. В этом их мотивация.
Дроновод всю жизнь прожил в преимущественно русскоязычной среде, как и «Еврей», понимает русский и украинский, а думает на суржике. Он очень надеется на совместное будущее России и Украины. Главное – чтобы война прекратилась. Она бы закончилась раньше, если бы Запад перестал снабжать националистов и отправлять людей на убой. Если бы не это вмешательство, народы бы нашли решение. А сейчас Запад только подливает масла в огонь.
Поэтому, итожит «Колпак»:
– Чтобы война закончилась, нужно устранить первопричину – сменить нынешнюю киевскую власть.
Пока режим в Киеве под влиянием Запада не сменится, война не прекратится. «Колпак» ведь и сам за Зеленского голосовал когда-то. Он шёл с лозунгами о мире и уважении ко всем языкам, культурам и регионам страны, а на деле – за столько лет не сделал ничего, чтобы остановить конфликт. И сколько людей погибло – никогда не назовут точную цифру. Это очень печально.
Руслан (позывной «Тигр») родом из Львовской области. Когда-то он учился на повара-кондитера и после учёбы работал в пекарне.
В начале 2024 года его мобилизовали. Он тогда просто вышел из магазина, и на выходе к нему подъехали ТЦКшники.
«Тигра» отправили сначала в учебный центр в Ровенской области. Там формировалась новая 150-я отдельная механизированная бригада. Потом он попал на обучение в Польшу, где прошёл базовую подготовку с иностранными инструкторами.
После учёбы новобранцев посадили в эшелон, который прибыл в Харьковскую область. Им сказали, что они меняют бригаду, которая выходит на восполнение. У той бригады было много потерь, и сменщикам сказали, что позиции готовы, нужно просто занять их.
Пробыть там пришлось около пяти дней. Дело было под Торецком. Руслан и его товарищ по несчастью сидели без воды и еды, связи с внешним миром не было.
А потом появились российские солдаты. Напарники решили в бой не вступать, а сдаться.
Ещё в ВСУ «Тигр» видел видео о том, что украинские военнопленные вступают в отряд имени Максима Кривоноса. Когда сам попал в плен, начал вдвойне интересоваться этой информацией, задавать вопросы. Ему было интересно, существует ли такой отряд на самом деле и чем он занимается.
Руслан раньше особо не углублялся в историю и конкретно в биографию человека, в честь которого названо его подразделение, но само направление работы батальона было ему близко.
«Тигр» признаётся, что не понимает этой войны, которая нужна только для обогащения украинских политиков, которые ждут очередных траншей. Многим приходит мысль, что этой войны не должно было быть. Всё могло решиться мирно, ведь Россия была готова к переговорам, учитывая выбор народа. Но украинские власти решили иначе, преследуя экономические интересы. Харьков, Донецк, Крым – это экономически важные регионы, и киевский режим не хочет их отдавать.
Сейчас Руслан перешёл в роту БпЛА. Раньше был обычным пехотинцем: занимался патрулированием и закреплением позиций. Теперь прошёл обучение на оператора дронов и работает по целям. Дроноводы сотрудничают с другими такими же подразделениями.. Они обмениваются координатами целей, бьют по живой силе, технике или блиндажам.
«Тигру» нравится Донбасс, говорит, что здесь красиво. Раньше он не бывал на востоке бывшей Украины, для него это были два разных мира. Но Руслан уверен, что народ один. Сейчас он, как и «Еврей» с «Колпаком», понимает, что всё сделал правильно.
— Станислав Смагин, военный корреспондент издания «Военный вестник Юга России»










