Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
В 2025 году экс-глава минтуризма Самарской области сенсационно был назначен на пост министра транспорта и автомобильных дорог региона. К новому посту Абдрашитов двигался несколько необычно — не по горизонтали и не то чтобы по вертикали. Правильнее было бы заметить — по диагонали.
Процесс шел зигзагообразно. Сначала, в декабре 2024 года, глава региона Вячеслав Федорищев сообщил о планах назначить экс-министра туризма руководителем создаваемого единого института развития области. Однако в апреле 2025-го на заседании правительства объявили, что формированием этой новой структуры будет заниматься Корпорация развития Самарской области под руководством Ивана Манаева.
Конечная точка «маршрута» Артура Абдрашитова удивила всех — от экспертов до обывателей: пост главы минтранса. Удивление было понятно: в узкую нишу вошел человек с отсутствием какого-либо опыта работы в сложнейшей отрасли емкостью в сотни миллиардов рублей.
В интервью журналу «ДЕЛО» врио министра транспорта и автомобильных дорог Самарской области Артур Абдрашитов объяснил, как, по его мнению, опыт работы в туризме связан с новой должностью, но отказался комментировать нарушения, выявленные проверкой в подведомственном ему ранее «Туристском информационном центре», и их оценку как результат его работы.
Отвечая на вопросы о прошлом ведомства, которым Артур Абдрашитов руководит сегодня, он уклонился от анализа проблем, приведших к уголовному делу его предшественника Ивана Пивкина, и подтверждения многолетней системы преференций для приближенных подрядчиков.
Вместо этого чиновник заявил «ДЕЛУ» о намерении строить «новую, открытую систему», усиливая контроль над госзакупками, рассказал о планах по внедрению в Самаре выделенных полос и платных парковок, прокомментировал недавний скандал с перевозчиком «Городской экспресс» и поделился видением развития общественного, речного и пешеходного транспорта в регионе на ближайшие годы, а также о новых стратегических приоритетах.
— Многие годы вы с увлечением занимались туристическими проектами, осталось даже немало ваших фотографий в исторических костюмах…
— Вы очень давние архивы нашли…
— Это ваше хобби? Продолжается ли это увлечение? Может быть, посещаете тематические фестивали?
— Сейчас, конечно же, нет, на это просто не хватает времени. Раньше, действительно, историческая реконструкция была моим хобби, но не в плане личного участия, а в части организации.
Я организовал несколько таких проектов, в частности, работая в Татарстане на острове-граде Свияжске, а также фестиваль «Великий Болгар», проходивший несколько лет подряд.
В Татарстане очень хорошее отношение к историческим реконструкциям. Конечно, ездил и на другие российские фестивали. Только определенный уровень насмотренности, будь то туризм, транспорт, дорожное хозяйство, позволяет использовать все возможности, модернизируя удачные решения и, наоборот, отказываясь от плохих.
— В целом что вы считаете основными итогами на посту министра туризма?
— Первое — мне удалось создать министерство туризма. Как бы это громко и гордо ни звучало, но создавал его я. Создание органа власти — это всегда трудоемкий процесс. Так что занесу себе это в «копилку». Второе — мне посчастливилось начать реализацию национального проекта, который в первой итерации назывался «Туризм и индустрия гостеприимства». Самарская область приняла самое активное участие в его реализации, практически в каждом мероприятии.
Сделано было многое. В первую очередь, создавались объекты инфраструктуры — кемпинги, глэмпинги, пункты проката оборудования, новые мобильные приложения, сервисы для туристов. Число таких проектов измеряется десятками и сотнями.
Отдельный блок — работа с особо охраняемыми природными территориями. Их у нас очень много, более двухсот. И это только регионального значения. Три — федерального.
Мы создали концепцию мастер-плана развития туристско-рекреационного кластера «Самарская Лука» и начали разработку плана рекреационной деятельности для национального парка «Самарская Лука».
Как министр транспорта продолжу уделять особое внимание транспортной инфраструктуре и доступности туристических объектов.
— Зная о ваших проектах в Татарстане, многие ждали, что у нас появятся самарский «Свияжск», самарский «Великий Болгар».
— Сначала инфраструктура. Без нее развивать точки притяжения невозможно. Мы просто создадим коллапс.
Могу привести такой не очень позитивный пример. Напомню, что однажды был отменен фестиваль «Жигулевская вишня» в Ширяево. Это произошло после того, как коллапс все-таки случился. Ширяево имеет определенную емкость. Там невозможно провести фестиваль на 50 тысяч человек. На полторы тысячи можно, а на 50 тысяч нельзя. Это еще один момент, связанный с моим текущим направлением работы: транспорту нужно где-то останавливаться.
К тому же любой фестиваль должен иметь свое содержание. Нельзя просто взять и провести в Самарской области то, что проводится на другой территории, имеющей историческую подоплеку конкретно для этого места.
У Самары есть свои уникальные традиции, свои привязки к территории, та же «Жигулевская вишня» или Грушинский фестиваль.
— Из неудавшихся туристических проектов сейчас в информационном поле — яхт-клуб «Ширяево». Что с ним произошло?
— Я этим проектом давно не занимаюсь, так что последние новости и статус прокомментировать не могу.
В период моей работы: инвестор не смог реализовать проект по ряду причин, связанных с земельным участком. Статус особо охраняемой природной территории — важное и сложное обременение для любой площадки, к которому готовы не все.
Затянулось прохождение экспертизы проекта, затем на территории участка была найдена законсервированная ликвидированная скважина, без собственника, но имеющая охранную зону.
Сегодня вопросы с этим проектом находятся в судебной плоскости, результаты заседаний мне неизвестны.
— Инцидент с неоткрытым яхт-клубом скажется на взаимодействиях с бенефициаром Сергеем Фофановым в части работы уже министерства транспорта и автомобильных дорог региона? В частности, при поиске подрядчика на скоростные речные перевозки?
— Надо понимать, что скоростной флот в целом на сегодняшний день не такое массовое явление, как было несколько десятков лет назад. В значительной степени он потерян, суда выбывали из эксплуатации. И только благодаря производству современных судов флот начал возрождаться.
Сейчас в регионе эксплуатируется четыре судна типа «Валдай». Но любая перевозка — это конкурсная основа, объявляется открытая процедура торгов. Если кто-то захочет, то, безусловно, может встать на эту линию, имея скоростной флот, — добро пожаловать.
— Недавно стало известно, что по результатам проверки подведомственного минтуризма ГБУ СО «Туристский информационный центр» за период, когда министерством руководили вы, ревизоры выявили нарушения бюджетного и трудового законодательства, а также законодательства о контрактной системе в сфере закупок. Отчет о проверке был направлен в прокуратуру. Некоторые рассматривают результаты этой проверки как оценку вашей работы. Как вы можете прокомментировать выявленные нарушения и согласны ли вы с такой оценкой?
— Я не знаком с содержанием акта проверки, поэтому не могу комментировать его детали. В целом же любая проверка — рабочий инструмент для наведения порядка. Если контролирующие органы выявляют нарушения, их нужно устранить.
— Многие недоумевают: как человек, чья карьерная траектория годами шла в сфере туризма, оказался на посту министра транспорта и автомобильных дорог?
— Напомню, что после того как я завершил работу министром туризма, мне поручили не менее интересный участок работы в качестве помощника губернатора Самарской области. Я курировал проектный офис «Река». Мы вырабатывали решения для развития речных акваторий. Направление включало широкий спектр задач: и туризм, и транспорт, и экология. Так что с темой транспорта я уже соприкасался.
То же самое касается сферы туризма — он объединяет максимальное количество отраслей экономики, включая транспорт и дорожное хозяйство.
— Как вы сами восприняли свое новое назначение?
— Волей судьбы многим людям может посчастливиться работать в разных отраслях. Это произошло и со мной. Так что могу сказать — точно не жалею о своем согласии возглавить министерство транспорта и автомобильных дорог региона. Это ответственная, социально важная и очень интересная работа. И ее результат видят тысячи, сотни тысяч, миллионы людей.
— Были ли у вас сомнения?
— Сомнений не было. Подумал, может быть, несколько дней, посвятил их изучению документов, практик. И, как я уже сказал, о решении не пожалел.
— Вы уже вошли в курс дел министерства?
— Да, на данный момент я погрузился в абсолютное большинство вопросов.
— Какие из них, на ваш взгляд, требуют проработки в первую очередь?
— Не случайно в названии министерства на первом месте стоит «транспорт». Все формируется вокруг него. Но сейчас мы для себя видим приоритизацию, которой раньше не было. Например, в дорожном строительстве мы долгое время в первую очередь думали об автомобилистах. Однако теперь пришло время поставить во главу угла две другие составляющие: общественный транспорт и, как бы странно это ни звучало, пешеходов.
Передвижение по городу должно быть комфортным и безопасным. Как пример, в зимнее время приоритет очистки от снега ставится на автобусные остановки и тротуары. И, я надеюсь, в будущем мы достигнем эффекта — люди начнут отказываться от собственных автомобилей и пересаживаться на общественный транспорт.
Сейчас мы активно обновляем подвижной состав. В 2025 году суммарно поступили более 300 автобусов, троллейбусов и трамваев. Этот процесс продолжится. Напомню, по национальному проекту «Инфраструктура для жизни» к 2030 году не менее 85% транспортного парка должно находиться в нормативном возрасте — не более семи лет. Смело могу заявить, что мы достигнем его раньше. Продолжится развитие дорожного хозяйства.
В 2025 году мы завершили работу по формированию стратегии развития транспортной системы Самарской области, сейчас идут последние доработки. Уже в начале следующего года проведем презентацию и приступим к работе.
— Когда жители региона, самарцы увидят изменения?
— Уже в 2026 году. Реализация начнется с «быстрых побед». Это, например, внедрение выделенных полос для общественного транспорта и такси. В автопотоке они должны двигаться быстрее. Такова практика при приоритизации общественного транспорта. Сейчас у нас, к сожалению, один из самых маленьких показателей по километражу выделенных полос — всего лишь около 10 км. Так что мы будем его наращивать.
Конечно, автобусные полосы появятся не везде, речь идет об основных магистралях с не менее чем тремя полосами движения в каждом направлении. Еще один фактор — наличие или отсутствие трамвайных линий на магистрали, идет ли он по выделенной полосе, по центру улицы без выделенного движения.
Сейчас идет расчет потоков транспорта, идут обсуждения с Госавтоинспекцией: важный момент в реализации этого проекта — контроль, в том числе с помощью камер фото- и видеофиксации. Но подчеркну: выделенные полосы — это не избавление города от пробок или погружение в них. Это возможность более свободно передвигаться на общественном транспорте и такси. После пандемии это общий тренд, пассажиропоток падал из года в год. Наша задача — вернуть его к положительному курсу, сделать так, чтобы люди ему доверяли. Я, например, доверяю.
Я регулярно, от двух до четырех раз в неделю, езжу на общественном транспорте. Во-первых, это позволяет увидеть ситуацию изнутри, по аналогии с практикой «тайного гостя». Обычно после таких поездок у меня появляется список замечаний, они передаются на отработку. В том числе принимаются кадровые решения. Но есть не только замечания, позитивные моменты я также фиксирую. То же самое делают сотрудники министерства, курирующие транспортный блок. Иначе понять проблематику направления невозможно.
Особые планы у нас на трамвай. Во-первых, это выделенный ход, меры по ускорению их движения. Трамваи сейчас — достаточно комфортный способ передвижения. Когда в час пик определенные магистрали стоят, трамваи идут без пробок и задержек, это очень удобно.
Позитивный момент: в Самаре есть муниципальное предприятие, Трамвайно-троллейбусное управление, с давней историей и традициями. База для поддержки и развития этого вида транспорта есть. Так что стоит задача по восстановлению, замене путей, модернизации контактной сети, ведется работа с перекрестками, где из-за автомобильного движения износ самый высокий, именно там происходит большинство сходов трамваев с рельсов. В 2025 году обновлено уже пять перекрестков, в 2026 году рассчитываем как минимум удвоить эту цифру, а также обновить трамвайное полотно совокупно на порядка 5 километрах пути.
Также совместно с городскими властями Самары будет запущен большой проект по внедрению платных парковочных пространств. Они появятся в городе уже в следующем году. К этому приходят многие крупные города, и задача здесь не в сборе средств, как многие считают. Эта мера поможет разгрузить исторический центр, правильно организовать передвижение потоков не только у конкретных объектов, но и в определенных зонах. Да, придется пройти определенное расстояние пешком, но люди пойдут по удобным тротуарам, улично-дорожной сети, которую мы создадим вместе с муниципалитетом.
Есть долгосрочные планы по речному транспорту. Он должен стать полноценным общественным транспортом, позволяющим с удобством добраться до места назначения — для отдыха, к дачам, для многих других целей. Например, для Рождествено речные перевозки — единственный способ добраться до Самары.
В планах также глобальный пересмотр маршрутной сети для общественного транспорта. Сейчас она не оптимизирована, давно не корректировалась. В результате некоторые маршруты «задваиваются», другие направления, напротив, не охвачены. Также есть маршруты, которые не просто годы — более десятка лет не используются. Они остаются в реестре, но они не востребованы — ни перевозчиками, ни пассажирами.
И, конечно же, продолжится развитие дорожной инфраструктуры. Это и ремонт, и капремонт, и строительство новых объектов, в том числе с удобными развязками, которые помогут быстрее проходить наиболее сложные участки.
Все это планы не только на ближайшие несколько лет, а часть из них — уже на 2026 год. И все это заложено в стратегию.
— Для разработки стратегии транспортной системы региона привлечено ГБУ «МосТрансПроект». Как распределялись задачи в этом процессе между ним и минтрансом Самарской области?
— По сути, мы выступали заказчиками, и в рамках соглашения с правительством Москвы ГБУ «МосТрансПроект» как подведомственное учреждение департамента транспорта города Москвы выполняло для нас эту работу. Мы, безусловно, находились в постоянном контакте, проводили консультации, даже на завершающем этапе. Результатом стали 300 страниц анализа, предложений и расчетов. Большая часть мероприятий рассчитана до 2030 года, часть — до 2036-го, когда Самара будет праздновать 450-летний юбилей со дня основания.
Для реализации стратегии, ее внедрения мы создали автономную некоммерческую организацию с говорящим названием «Самара. Транспорт, удобный для жизни». Также она принимала непосредственное участие в разработке самой стратегии.
— Кто будет финансировать работу АНО «Самара. Транспорт, удобный для жизни»?
— Есть государственная программа развития транспортной системы Самарской области, этот документ определяет не только плановые показатели, но и финансы. Стратегия будет реализовываться через эту программу. Бюджет организации на 2026 год уже определен, конкретные цифры указаны в законе о бюджете региона.
— Появлялась информация о том, что якобы главе АНО «Самара. Транспорт, удобный для жизни» назначена зарплата в 500 тысяч рублей. Это правда?
— Нет, неправда.
— Больше или меньше?
— Говорить о зарплате конкретного человека — не совсем правильно.
— СМИ обращали внимание, что свою работу в качестве министра транспорта и автодорог Самарской области вы начали на фоне публичного скандала, не сумев оперативно разобраться с приостановкой обслуживания нескольких межмуниципальных маршрутов автобусным перевозчиком «Городской экспресс». Как вы можете это прокомментировать?
— «Городской экспресс» — перевозчик, который подвел не только министерство, но и большое число жителей региона. Он работал на шести маршрутах, на седьмом — компания, связанная с ним через бенефициаров.
Перевозчик уведомил министерство, что прекращает обслуживать эти маршруты по причине нерентабельности. Но, как потом выяснилось, это произошло из-за уголовного дела в его отношении и изъятия транспорта в рамках производства.
Мы воспользовались правом ускоренного определения нового перевозчика на 180 дней. Им стал ИП Трубачев. Сейчас он работает на семи маршрутах «Городского экспресса». По некоторым предстоит добавить несколько единиц подвижного состава. Часть из них он получит буквально в эти дни (на конец декабря 2025 года. — Прим. ред.), зарегистрирует их и начнет работу. Тем не менее уже на 9 декабря перевозки были восстановлены. Ситуация была очень сложная, но нам удалось с ней справиться.
— Недавно группа активистов из Новосемейкино начала борьбу с коллапсом из-за комплекса Wildberries неподалеку. В курсе ли вы этой проблемы и что планируется предпринять?
— Что касается Wildberries, то не могу сказать, что это только зона ответственности минтранса. Возникает вопрос, как строился такой большой логистический центр без должного количества парковочных мест для его сотрудников и грузовых машин? На него мы не можем ответить.
Как и в случае с любым торговым или логистическим центром, инвестор должен позаботиться и о сотрудниках, и о клиентах. В данном случае клиенты — транспортные компании.
Решением мы видим строительство парковочных площадок, чтобы разгрузить пространство, о котором нам пишут люди. Также сейчас мы тестируем и в ближайшее время запустим мобильный передвижной комплекс фото- и видеофиксации, чтобы наказывать тех водителей, которые стоят в зоне действия знака «остановка запрещена».
— Ваш предшественник Иван Пивкин после множества скандалов сегодня находится в местах лишения свободы. Какие проблемы, сложившиеся в прошлой системе управления минтрансом, вы считаете наиболее острыми и требующими исправления?
— Моя задача — не давать оценки прежним решениям, а выстраивать новую, открытую и эффективную систему работы. Сейчас мы проводим аудит процессов и усиливаем контроль, в том числе в сфере госзакупок, чтобы каждый бюджетный рубль приносил реальную пользу жителям области.
— Согласны ли вы с тем, что в минтрансе многие годы существовала система приближенных к власти подрядчиков, получавших преференции?
— Я не могу комментировать то, что могло происходить в прошлом. На сегодняшний день все закупки в министерстве проводятся на основе честной конкуренции, открытости и строгого соблюдения закона. И я намерен лично контролировать соблюдение этих принципов.
— Надежда Галимуллина
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены