В отличие от других кикшерингов для Whoosh итоги первого их сезона в Самаре превзошли ожидания. Чем компания объясняет такой результат? Почему ей пришлось неоднократно то расширять, то сокращать зону своей деятельности? Что поменяется в ее работе в 2022 году и как развивается диалог бизнесменов с властями? На эти и другие вопросы в интервью «Самарскому Обозрению» ответил генеральный директор ООО «ВУШ», основатель кикшеринг-сервиса Whoosh Дмитрий Чуйко.
— В октябре самокаты Whoosh ездили, как и прежде, по улицам Самары, тогда как другие кикшеринги свою деятельность сворачивают или уже свернули. Долго еще планируете работать?
— До установления стабильных отрицательных температур либо снежного покрова.
— Как оцениваете свой первый сезон в Самаре? Оправдал город ваши ожидания или, наоборот, в чем-то пришлось умерить амбиции?
— Мы запускались в Самаре с обычными ожиданиями от города-миллионника, а на самом деле самарская история у нас пошла очень хорошо, очень активно. Сработали сильно лучше, чем ожидалось.
В середине сезона мы даже увеличивали свой флот (участники кикшерингового рынка именно так предпочитают называть парк своей техники. — Прим. ред.), потому что его стало не хватать. Самара действительно оказалась городом, где электросамокаты используют по назначению — как транспорт.
— Увеличение флота — сложное мероприятие?
— Конечно. Самокат надо забронировать у производителя, произвести, поставить…
— То есть их везли в Самару не из других городов?
— Нет-нет. В Самару мы привозили только новые самокаты. В начале сезона поставили тысячу с небольшим, потом увеличили, насколько я помню, более чем до полутора тысяч. И планируем увеличиваться и в следующем году.
— С чем связываете такие результаты?
— Я был в Самаре лет 15 назад и в этом году. Мне кажется, город сильно изменился за это время, стал современным, здесь прекрасная набережная… И много активного мобильного населения — как раз наша целевая аудитория. И инфраструктуру Самары я бы оценил как очень хорошую для регионального центра.
Некоторые ребята у нас говорят: да нет, обычный город. Но мне он очень сильно понравился. И я думаю, что на полученный результат сработала совокупность факторов.
Это и мобильность населения, о которой я сказал, и то, что нам удалось обеспечить хорошее покрытие самокатами. Мы правильно спланировали зону и парковки и смогли объяснить пользователям, как правильно использовать этот сервис.
— Такой результат получили, однако, не все кикшеринговые компании. Кто-то вовсе ушел с рынка. Кто-то уже завершил сезон. Как думаете, почему?
— Многое зависит от работы операционной команды. В Самаре мы сформировали достаточно большую команду, которая правильно запускает все сервисные процессы.
Во всех городах мы работаем не по франшизе. Везде формируем собственный филиал, нанимаем сервисный персонал, обучаем его и очень внимательно следим за показателями города, что происходит с точки зрения расстановки и использования самокатов, количества парковок. Так что наш результат — это работа всей команды.
— Руководитель Whoosh в Самаре прежде занимался автомобилями…
— Совершенно точно. В Самаре у нас руководитель Алексей Куваев.
Мы часто берем на должность операционных управляющих в городах людей, которые вышли из сервисов, близких к технике, и понимают, как это нужно обслуживать, как соблюдать регламенты, потому что мы относим самокаты к технике.
— Много ли самокатов было испорчено вследствие износа, некорректного использования или вандализма? У многих, например, уже стерты рукоятки и сломаны держатели телефонов.
— Если говорить о тотальной гибели самоката, полном выбытии его из сервиса, то таких случаев, наверное, десятки на весь состав более чем в 1500 единиц. Есть и некий процент вандализма, но небольшой.
В основном этим занимаются несознательные граждане, которые пытаются запустить что-то такое очень популярное в сети, чтобы набрать лайков. Таких пользователей мы выявляем и не позволяем им дальше пользоваться сервисом. Но в противовес им есть достаточно много сознательных людей.
А стертые рукоятки — грипсы — это проблема неправильно выбранного материала. Выяснилось, что ультрафиолет очень плохо влияет на него.
Грипсы ежедневно чистят и протирают, в том числе специальным составом в рамках антиковидных мероприятий, и на солнце они становятся немного вязкими, липкими. Мы сейчас сделали новую конструкцию, и на всех самокатах такие грипсы заменят.
Что касается держателей для телефонов, то здесь есть конструктивный дефект. Это пластик, который легко ломается. Его тоже заменят. И вообще весь флот перед началом следующего сезона пройдет полное глубокое техобслуживание.
— Может ли что-то к началу следующего сезона измениться в отношениях с местными властями?
— Мы надеемся выстроить такой диалог и механизм взаимодействия с властью, чтобы стало понятно, насколько этот сервис может быть полезен для города, и чтобы в городах с ним был порядок, чтобы с нами взаимодействовали и по выделению парковочных мест, нанесению разметки под них.
С рядом городов мы уже договорились о такой разметке и готовы сами ее делать. Мы видим подтверждения того, что при наличии такой разметки самокаты ставятся более аккуратно и меньше мешают людям.
— Конечно, не надо догадываться, где на асфальте та точка геолокации, что указана как парковка в приложении…
— Совершенно верно! Понятно, где конкретно ставить самокат.
Надеемся, что распространение в других городах получит и практика Москвы по нанесению разметки под велодорожки на существующую улично-дорожную сеть. Это недорого, не требует нового строительства. И в то же время способствует развитию микромобильности и существенно снижает аварийность, повышает безопасность, так как потоки разделены.
Многие города в Европе пошли по этому пути. Париж за неделю разрисовали новой разметкой!
— Как вы оцениваете перспективы следующего сезона в Самаре? Будете ли расширять зону работы самокатов? Планируете заходить в другие города региона?
— Про другие города пока не готов сказать — мы еще оцениваем их потенциал. Что касается Самары, то здесь наш флот точно будет увеличен. Не очень сильно — размер города этого не позволяет, а только на 30-35%.
Все-таки наша задача заключается не в том, чтобы весь город был завален электросамокатами и они просто так стояли бы на улицах. Наша задача — поставить такое количество, чтобы обеспечить должный уровень использования. А мы видим, что дефицит есть.
— Недостаток техники — основная причина, по которой Whoosh не дошел до границ Самары и то увеличивал, то сокращал зону работы?
— Было такое. В какой-то момент мы поняли, что флота маловато, а зона слишком большая. А нам очень важно обеспечивать плотность покрытия.
Сервис должен быть доступен максимум в 200-300 метрах от пользователя. Человек не пойдет к самокату за полкилометра или километр. Когда мы поняли, что немного перебрали с размером зоны, сократили ее. А потом опять увеличивали, когда добавили флот.
— Whoosh оказался в Самаре единственным кикшерингом, который ввел в большом количестве «медленные зоны», где скорость, как правило, ограничена 15 км/ч. Не стало ли это приводить к отказу пользователей от сервиса в пользу тех компаний, где таких ограничений нет или их значительно меньше?
— Где-то мы получаем негатив от пользователей. Но понимаете, какой момент… Мы ведь играем вдолгую.
Для нас важно, чтобы был баланс. Чтобы ездить было безопасно и удобно для всех — и для пользователей сервиса, и для других жителей города.
Поэтому мы приняли глобальное решение: все парки и рекреационные зоны выделяем в зоны ограничения скорости в обязательном порядке. В большинстве городов люди начинают использовать электросамокаты как рекреацию — то есть просто прокатиться. И делают это зачастую в парках, на набережных и т.п.
А там всегда очень много людей. И нам кажется, поскольку мы делаем транспорт, что парки и набережные — совершенно неподходящие места для обучения и первой поездки.
— В то же время и начинать учиться все-таки лучше как раз на скорости не больше 15 км/ч…
— Да. Поэтому мы сделали в этом году в Санкт-Петербурге пилотный проект школы вождения, а со следующего года запускаем ее в каждом городе. Рассчитана она на тех, кто сомневается, не знает, как начать. Это не какой-то курс.
Просто на площадке рядом с самокатами будут стоять наши инструкторы, которые все расскажут и покажут, научат, как пользоваться самокатами.
— То есть вы в некотором смысле формируете своего пользователя?
— Мы формируем культуру использования. На наш взгляд, основная проблематика сейчас связана с тем, что есть негатив из-за того, как используют самокаты. Мы хотим, чтобы люди использовали наш сервис так, как это задумывалось.
Хотим, чтобы люди ездили на самокатах на короткие расстояния. Мы понимаем, что когда человек берет самокат и пытается проехать на нем 20 км, это не совсем удобно, не совсем эффективно, и он мало удовольствия от этого получает. Для долгой поездки подходит, скорее, общественный транспорт, но точно не подходит самокат.
Наша задача — довести такой паттерн поведения до людей, для чего эта штука, где на ней стоит ездить, какие ценности для пользователя она в себе несет. Когда нам удается это донести, то все у нас получается достаточно гармонично.
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены
