Иван Манаев: «Что для одних кризис, для других — время возможностей»

Работа по привлечению инвесторов на территорию Самарской области и обеспечению инвестпроектам режима наибольшего благоприятствования стала одним из приоритетов в деятельности регионального правительства.

Читайте также:

В Самаре на Вилоновской ограничат движение до 26 октября

В Самаре закрылось азиатское бистро «Харизма» группы Milimon Team

Новую Общественную палату Самарской области сформировали на две трети

Больше

Как она выстроена сейчас, что позволяет обеспечивать инвестиционный рост даже в условиях макроэкономической турбулентности?  Что нужно от чиновников инвесторам, кто и как снимает их вопросы? Какие отрасли региональной экономики притягивают к себе инвестиционные потоки и проекты прежде всего?  На эти и другие вопросы в интервью «СО» отвечает генеральный директор Корпорации развития Самарской области, исполнительный директор Агентства по привлечению инвестиций Иван Манаев.

— Как вы оцениваете текущую инвестиционную активность в Самарской области в целом? Какие меры предпринимаются для ее поддержания в условиях объективной экономической стагнации?

— Экономическая ситуация непростая, но тем не менее правительство Самарской области и система институтов поддержки предпринимательства и бизнеса активно работают над тем, чтобы привлекать новые инвестиционные проекты, поддерживать инвесторов, уже присутствующих на территории региона. Проблемы и сложности, с которыми они сталкиваются, решаются объединенными усилиями с привлечением профильных ведомств по различным направлениям. Не было у нас безвыходных ситуаций, когда бы мы просто поднимали руки вверх и говорили: «Знаете что, ребята, мы не справляемся, идите куда-нибудь в другое место». Не наш подход. Стараемся везде идти навстречу и снимать вопросы, находить какие-то нетривиальные решения, — естественно, оставаясь в рамках закона.

— Какие ключевые факторы делают сейчас регион привлекательным для инвесторов?

— Самарская область — регион с отлично развитой промышленной базой, с большим числом крупных предприятий и мощным сектором малого и среднего предпринимательства (в нем задействовано 137 тысяч субъектов). Это открывает возможности широкой кооперации. Второй фактор — развитая сеть индустриальных площадок, существующих на территории губернии. Это и Особая экономическая зона «Тольятти», признанная одной из самых эффективных в стране по методике Министерства экономического развития РФ, и вся наша сеть государственных, индустриальных и логистических парков, — на сегодняшний момент там работает более 80 компаний, демонстрирующих приличный рост, в том числе по налогооблагаемой базе. Наконец, есть и сеть частных индустриальных парков, с которыми мы сотрудничаем и которые мы всегда имеем в виду, когда к нам кто-то приходит и ищет площадку. Конечно же, все это не имеет никакого значения, если нет кадров, если промышленность и инвестпроекты не обеспечить рабочими руками и инженерным персоналом. И как раз здесь — еще один козырь Самарской области, 23 успешно работающих на ее территории вуза. Они всегда на связи с нами в части определения и решения кадровых потребностей работающего в регионе бизнеса.

— Какие меры вы планируете предпринять для улучшения инвестиционного климата в регионе на перспективу? Что зависит от области и от вас?

— Мы к этому подходим максимально комплексно. Это и развитие наших индустриальных площадок, преференциальных зон, меры поддержки. У нас достаточно развитая система стимулирования инвестиционной активности, даже с учетом сложных экономических условий, с которыми сейчас сталкиваются наша страна и регион. Обеспечиваем максимальную открытость, максимальную готовность в любой момент подставить плечо инвестору, у всех, с кем мы работаем, есть мой мобильный телефон, с какой бы проблемой кто бы ни столкнулся, он всегда может обратиться ко мне лично, независимо от того, на какой площадке работает.

— То есть у вас выстроилась практика оперативного решения всех вопросов инвесторов, когда они возникают с кем бы то ни было — с правоохранительными, с надзорными органами, с монополистами, с подключениями коммуникаций?

— Именно так. Мы всегда действуем проактивно. Если какой-то вопрос возникает или очевидно может возникнуть, не ждем, пока мы или инвестор получит отказ или проблему. Максимально быстро стараемся всех коллег из ресурсоснабжающих организаций, из надзорных и контролирующих ведомств поставить в курс дела и максимально открыто найти выход из проблемной ситуации.

— Можете привести конкретные примеры того, как крупному инвестору благодаря вашему участию удалось «расшить» свои проблемы?

— Да, у нас есть крупные инвесторы, и мы помогаем им «расшивать» проблемные места. Приведу конкретный пример. Компания «Арсенал Атлета» обратилась к нам за содействием в получении дополнительной электрической мощности. Мы организовали переговоры с Россетями. В результате компания получила мощность для технологического присоединения после непростого процесса перераспределения и оптимизации подстанционных мощностей.

В настоящий момент мы занимаемся поддержкой крупного инвестиционного проекта в Ставропольском районе, где компания «Уральская марка» строит большой гостиничный комплекс круглогодичного пребывания со спа-центром. Там есть вопросы, в том числе связанные с логистической доступностью будущего объекта, поэтому синхронизируем действия коллег из г.о. Самара и Ставропольского района и прорабатываем перспективы ремонта дороги.

— Эта площадка не попадает в зону подтопления и затопления? Хозяйственное освоение таких площадок из-за поправок в Водном кодексе с августа 2026 года затруднено?

— Попадает, но в связи с тем, что коллеги успели получить разрешение на строительство, на текущий ход строительных работ это не оказывает влияния. До ввода в эксплуатацию еще есть время, и мы рассчитываем, что этот вопрос решится. Но в целом, конечно, поправки в Водный кодекс застали врасплох многих — и даже ряд наших инвесторов, в том числе из «Промпарков». Знаем, что правительство Самарской области на связи с федеральными коллегами и уже работает в данном направлении, так как проблема комплексная и затронула не только наш регион.

— Какие цели и задачи перед корпорацией стоят на ближайший год?

— У корпорации как акционерного общества есть два сложных проекта. Первый — Сергиевская птицефабрика, о которой, без преувеличения, говорят все. Второй — создание животноводческого комплекса «Покровское». В «Покровском» дела идут нормально: это прибыльная организация, занимающаяся растениеводством. Но изначально проект задумывался иначе — там должен появиться животноводческий комплекс. Поэтому мы продолжаем поиск частного инвестора.

По Сергиевской птицефабрике ситуация гораздо сложнее. В свое время туда был направлен очень большой объем средств — только бюджетные инвестиции составили 2,8 млрд рублей. По факту мы получили недострой, расположенный на территории общей площадью 1600 га. Наша задача, к которой мы постепенно движемся, — реализовать этот актив путем продажи с торгов 100% доли корпорации в дочернем обществе, но с инвестиционными обязательствами. Мы не просто хотим избавиться от недостроенной птицефабрики. Цель — чтобы покупатель реализовал проект в ранее заложенных параметрах.

Действуя максимально открыто, мы прошли несколько торговых процедур. Сначала оценили 100% доли в дочернем обществе и начали тестировать рыночный спрос через торги на повышение — был проведен английский аукцион на площадке «Сбербанк-АСТ» с начальной ценой 3,673 млрд рублей. Ожидаемо покупателей не нашли, но этот этап нужно было пройти. Затем перешли к торгам на понижение. На площадке «Сбербанк-АСТ» проведены два голландских аукциона. Первый: начальная цена 3,762 млрд рублей, цена отсечения 3,289 млрд руб.; второй: начальная цена 3,289 млрд руб., цена отсечения 2,801 млрд руб., оба также не состоялись по причине отсутствия заявок. Теперь предстоит определить дальнейший маршрут. Мы обсудим его с коллегами из профильных ведомств.

— Чтобы достроить и запустить птицефабрику, очевидно, нужно не только выкупить актив, но и дополнительно вложить в него миллиарды?

— Мы это прекрасно понимаем. Сейчас не готов раскрывать все детали. Мы ведем переговоры с несколькими компаниями о возможном приобретении ими птицефабрики. С рядом из них заключены NDA (соглашения о неразглашении. —  Прим. ред.). Есть компании, которые проявляют интерес, оценивают наши объекты и задают вопросы; мы стараемся отвечать на них максимально оперативно и полно. Да, реализация проекта потребует колоссальных инвестиций. По нашим предварительным оценкам — 20 млрд рублей. Именно столько необходимо на достройку птицефабрики в тех параметрах, которые изначально закладывались.

— Базовые параметры — это аксиома или здесь возможны варианты?

— Решение будет принимать покупатель, который войдет в достройку и реализацию проекта. Вопросов действительно много. Если раньше в птицефабрику закладывалось использование европейского технологического оборудования, то сегодня мы понимаем всю проблематичность попыток обеспечить его поставку из Европы.

— Как-то оценивались потенциальные доходы бюджета в виде НДФЛ, налога на прибыль и прочих взносов в случае завершения и запуска этого проекта? Они ведь должны с лихвой компенсировать бюджетные вложения в размере 2,8 млрд?

— По нашим оценкам, эти вложения должны окупиться. И сохраняющийся у крупных компаний интерес к птицефабрике свидетельствует о том, что проект может быть вполне рентабельным для бизнеса и в любом случае как минимум в среднесрочной перспективе принесет свою отдачу и для области, и для тех муниципальных образований, на территории которых будет работать.

— Завершено ли формирование Единого института развития на базе корпорации? Как вообще изменились структура и система принятия решений в вашем контуре?

— Мы считаем ту задачу, которую мы перед собой поставили, в целом выполненной, но это не говорит о том, что мы не будем донастраивать систему. В нашем периметре сосредоточены в первую очередь вопросы привлечения инвестиций, поэтому здесь первую скрипку и роль единого окна играет, конечно же, Агентство по привлечению инвестиций Самарской области. Поэтому, получая запрос того или иного инвестора, мы в первую очередь отрабатываем его в агентстве и дальше смотрим, что можем ему предложить из тех мер поддержки организаций, входящих в периметр ЕИР. Все, как правило, начинается с подбора земельного участка, если в отношении такового инвестор еще не определился. Дальше мы работаем с нашими партнерами из особой экономической зоны и из управляющей компании промышленных парков. Если находим что-то на их территории, сразу же предлагаем. Я и там, и там вхожу в совет директоров, поэтому с коллегами у нас очень плотная отлаженная коммуникация. Естественно, делаем все в рамках комплексного взаимодействия с возглавляемым Финком Павлом Петровичем министерством экономического развития. Мне кажется, если раньше все строилось больше через министерство, то мы теперь очень многие вопросы снимаем именно на своем уровне в рамках взаимодействия институтов поддержки бизнеса и предлагаем ведомству финальное, полностью подготовленное и выверенное решение.

— Какие виды поддержки со стороны региональных властей востребованы инвесторами прежде всего?

— В первую очередь, конечно же, всех, кто приходит в регион реализовывать инвестиционные проекты, интересует подбор земельного участка и получение его в аренду без торгов. Для этого в Самарской области существует довольно современная нормативная обвязка. Мы понимаем, как это делать качественно. Естественно, оцениваем инвестиционные проекты, проводим через все необходимые этапы, оценивая бизнес-план, финансовую модель, отраслевую принадлежность, бюджетную эффективность. Без этого ни один проект у нас не проходит верификацию на уровне правительства.

Еще одно направление, которым интересуются инвесторы, — налоговые льготы, сопряженные с локализацией предприятий на территории особой экономической зоны. Также довольно популярны среди предпринимателей механизмы финансовой поддержки по линии ГФРП (Государственный фонд развития промышленности. — Прим. ред.). Традиционно получаем запросы на сопровождение инвестпроектов в части подключения их к энергоресурсам, предоставления мер господдержки на федеральном уровне — таких как СПИК и СЗПК.

— Какие отрасли вы считаете наиболее перспективными для инвестиций в Самарской области?

— Туризм и рекреация на территории региона — суперперспективно. Когда я сюда приехал, был поражен тем, насколько здесь красиво. Поэтому неудивительно, что у нас очень много обращений и инвесторов в сфере туризма — от сравнительно небольшой турбазы до крупных проектов наподобие реализуемой «Уральской марки». Кстати, на последнем инвестсовете были рассмотрены еще 2 проекта в сфере туризма, один из которых логично встраивается в задачу по развитию автомобильного туризма.  Туризмом, естественно, все не ограничивается. Очень перспективны сферы, связанные с беспилотными летательными аппаратами, робототехникой, с глубокой переработкой сельскохозяйственного сырья и пищепромом в целом. Видим, как мощно развивается в губернии и фармацевтическая промышленность.

Ну и не стоит сбрасывать со счетов возможности развития в традиционных для региона отраслях — таких как машиностроение, станкостроение, химия, нефтепереработка, в чем Самарская область всегда была сильна.

— Можете назвать параметры новых крупных инвестпроектов, реализуемых сейчас при вашей поддержке?

— Что касается параметров новых крупных инвестиционных проектов, реализуемых при нашей поддержке, то здесь можно выделить несколько ключевых инициатив.

Если говорить про крупные проекты, то их можно увидеть в перечне стратегических. Одним из таких является масштабный проект расширения производства карбамида на «Тольяттиазоте», который, вероятно, станет крупнейшим за последние годы. Его стоимость оценивается более чем в 100 млрд рублей.

Совсем недавно мы посетили площадку завода «Волгацеммаш», где новые владельцы реализуют значимый инвестиционный проект объемом 12,5 млрд рублей. Это еще одна инициатива, которую мы поддерживаем, обеспечивая подключение производства к энергетической инфраструктуре.

Также сопровождаем большой проект в сфере животноводства компании «Северная Нива Самара», который находится в активной стадии строительства животноводческого комплекса в Клявлинском районе на 3500 голов.

— Ранее у корпорации была дочерняя структура «СПК-Арена», на балансе которой находилась земля в районе большого футбольного стадиона. В августе 2026 года «СПК-Арену» ликвидировали. Чем обусловлено это решение и куда перешла недвижимость с баланса компании?

— Изначально компания «СПК-Арена» создавалась для реализации проекта, и отправной точкой стало приобретение земельного участка. В ходе торгов, организованных «Дом.РФ», компания приобрела 9,3 га напротив футбольного стадиона. Финансирование покупки осуществлялось за счет займа от корпорации, а затем в погашение этого заимствования «СПК-Арена» передала сам участок. Таким образом, земля вернулась в собственность Корпорации развития Самарской области.

— И что корпорация планирует делать с этой землей? Именно здесь должна была разворачивать свою строительную активность группа «Эталон»?

— У нас было заключено инвестиционное соглашение, до сих пор действующее, с дочерней компанией «Эталона». В его рамках здесь должны были появиться гостиница, офисные помещения и апартаменты.

— Не жилье?

— Нет. По крайней мере, когда заключали соглашение с «Эталоном», жилье именно тут строить не планировали. Предупреждая ваш следующий вопрос по поводу перспектив выполнения этого соглашения — они пока довольно туманны ввиду сложной макроэкономической ситуации. Компания декларирует, что, скорее всего, пересмотрит свои планы развития на этом земельном участке. Дождемся их официальной позиции, после чего будем определяться, продолжим ли мы с ними сотрудничество, или нет — и станем искать другого интересанта.

— Эта история связана с тем, что происходило в прошлом году в той же локации, когда ГК «Эталон» подавала заявку на реализацию масштабного инвестиционного проекта жилой застройки «Самара Арены» и получила отказ?

— То, о чем вы говорите, — заход «Эталона» на более масштабный проект жилой застройки большой территории на региональной земле. А история с «СПК-Арена» — это 9,3 га, принадлежащих корпорации. Смысл концепции был в том, чтобы на участке появились отель и коммерческая недвижимость, позволяющие спортсменам, приезжающим на матчи в Самару, или гостям города размещаться непосредственно около стадиона.

— Разве не были прописаны сроки реализации этих проектов в ваших соглашениях с «Эталоном»?

— Конечно, сроки в соглашении прописываются.

— Они не сдвинулись уже сильно «вправо»?

— Комментировать внутренние параметры соглашения я не могу. Единственное — могу лишь повторить, что мы с учетом позиции компании, скорее всего, пересмотрим в будущем параметры нашего сотрудничества.

— Сравнительно недавно публично говорилось о необходимости комплексно развивать такой кластер, как маломерное судостроение. Как, на ваш взгляд, он должен выглядеть?

— Да, по поручению губернатора Вячеслава Андреевича Федорищева и под кураторством председателя правительства Виталия Алексеевича Шабалатова мы приступили к комплексному решению задачи по развитию кластера маломерного судостроения. Здесь участвуют профильные органы исполнительной власти, Корпорация развития Самарской области и АО «Промпарки». Наша цель — выбрать площадку, на которой можно было бы консолидировать производственные мощности участников отрасли.

Мы получили большой отклик со стороны производителей и значительно продвинулись в подборе локации для будущего кластера. Была максимально полно оценена потребность в инфраструктуре и коммунальных ресурсах. Однако, когда мы уже определились с местом, обеспечивающим в том числе удобный выход к воде — то, чего сегодня остро не хватает многим участникам отрасли в Самарской области, — возникли серьезные препятствия из-за поправок в Водный кодекс.

Столкнувшись с этими объективными сложностями, мы понимаем, что проделанную работу, видимо, придется начинать заново: искать альтернативный земельный участок или локацию, которая не попадала бы в зону подтопления.

— Есть сроки, в течение которых следует найти эту площадку? Условно говоря, «вчера»?

— У нас все сроки обычно и «вчера», и протокольно закрепляются. Думаю, в течение месяца мы дадим какие-то предложения вместе с коллегами по альтернативным локациям.

— До приезда в Самару вы работали в Корпорации развития Тульской области. Какие подходы из тульского опыта вы считаете успешными и применимыми в Самарской области, какие нет и почему?

— Для меня очень важно быть максимально открытым к тем проблемам, которые у инвесторов возникают, и максимально оперативно на их запросы реагировать.

Мы, в принципе, именно так и работали, когда Вячеслав Андреевич Федорищев курировал экономический блок в правительстве Тульской области.  Ровно так же работаем в Самаре сейчас.

— Что для вас как для чиновника, отвечающего за развитие инвестиционного климата в Самарской области, входит в ключевые показатели эффективности? Есть объективные критерии определения, хорошо или плохо вы работаете?

— Разумеется, есть. Это и количество новых инвестпроектов, объем привлекаемых инвестиций, сопровождаемых проектов, и количество введенных в эксплуатацию объектов. Сейчас Агентство по привлечению инвестиций сопровождает порядка 80 проектов. В особой экономической зоне 45 резидентов, 25 из которых уже вышли из стадии проектирования или строительно-монтажных работ. В «Промпарках» работает более 80 компаний (в том числе 40 резидентов). По каждому направлению существуют свои KPI.

Показатели, характеризующие эффективность работы Агентства как специализированной организации по привлечению инвестиций, предусмотрены Региональным инвестиционным стандартом и рекомендованы к утверждению во всех регионах нашей страны. В этой части и мы не исключение.

Не погружаясь в детали, могу сказать, что все-таки главная задача — обеспечивать рост инвестиционной активности и реализацию новых инвестпрограмм.

— Этот рост происходит даже сейчас?

— Мы фиксируем новые обращения со стороны инвесторов. Со многими компаниями, в том числе и довольно крупными, обсуждаем возможности локализации их бизнеса на территории Самарской области. Какого-то катастрофического падения интереса со стороны бизнесменов к региону я не наблюдаю. Да, ситуация в целом непростая. Клише, конечно, но то, что для одних кризис, для других — время возможностей.

— Константин Ланге