Мать Лилии Родионовой, бывшей жены бенефициара «Трехсосенского», «не признала» дочь ради денег

В процессе банкротства «Нефтяной компании «Действие», лидера рейтинга крупнейших банкротов 2025 года по объему требований кредиторов журнала «ДЕЛО», разыгралась драма в духе индийского кино. Суд выяснял, кем друг другу приходятся кредитор и собственница фирмы, задолжавшей ему 4,6 млрд рублей. Мать и дочь, главные героини драмы, не желали признавать родственные связи.

Читайте также:

Самарский СМТ «Электрощит» добивают фискалы и Поволжский университет телекоммуникаций

Сделка по продаже энергокомплекса «Самарского подшипникового завода» отменена

Бывшего крупного самарского подрядчика «Тет А Тет «М» признали банкротом

Больше

«При жизни» «Нефтяная компания «Действие» не демонстрировала высоких результатов. Например, в 2022 году ее выручка составляла 206,2 млн рублей, также в последние годы предприятие работало в убыток. Объем требований кредиторов, поступивших в дело о банкротстве, существенно превысил масштабы ее работы.

Суд признал за должником обязательства совокупно в 4,7 млрд рублей. Основная часть приходится на требования Зямзямии Хайрулловой. «НК «Действие» задолжала ей порядка 4,6 млрд рублей.

Владелицей нефтяной компании выступает Лилия Родионова, бывшая жена экс-депутата Самарской губернской думы и Законодательного собрания Ульяновской области, бенефициара пивзавода «Трехсосенский» Михаила Родионова.

Сейчас основной бизнес находится под жестким прессингом налоговой службы, требующей погасить миллиардные долги. Росалкогольрегулирование требует исключить «Трехсосенский» из реестра производителей, что сделает невозможным выпуск алкогольных напитков. Михаил Родионов находится под следствием.

На фоне более масштабных проблем, самобанкротство побочных бизнесов — не редкость. Также не вызывает удивления, что кредиторами таких компаний становятся не чужие бизнесу и его бенефициарам люди.

Требования Хайрулловой сформировались из двух займов и ряда финансовых операций, благодаря которым компания Родионовой получила порядка 1 млрд рублей. Затем за счет штрафов и процентов по долгу он вырос до 4,6 млрд.

Суд счел эти претензии обоснованными. Однако погасить долг в ходе банкротства предполагалось за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения иных требований, включенных в реестр. Такой порядок был обоснован связями и между Хайрулловой и Родионовой, и Хайрулловой и ее фирмами.

Хайруллову это не устроило, и она пыталась оспорить решение, настаивая, что «вывод судов об аффилированности заявителя и должника несостоятелен, основан на недостоверных сведениях».

Фактически она настаивала на недостоверности, в частности, родственной связи между ней и Родионовой, носившей в девичестве ту же самую фамилию и, как счел суд, являющейся ее дочерью.

В эту пользу говорил и тот факт, что между Хайрулловой и Родионовой проводились многочисленные финансовые операции с формулировками «родственный перевод (от матери к дочери)», «родственный перевод» или «перевод между ближайшими родственниками».

В результате суды различных инстанций решили не «разрушать» родственные связи, сочли данные о них достоверными, а очередность погашения требований Хайрулловой в банкротстве НК «Действие» — справедливым.