Обвинение в преступной халатности может грозить бывшему главе правительства Самарской области Михаилу Смирнову.
Имя ушедшего в конце 2025 года в отставку высокопоставленного чиновника неожиданно всплыло в громкой истории разбирательств вокруг 3,25 млрд рублей, «переплаченных» строителям трассы «Обход Тольятти». Как оказалось, именно Смирнов подписал документы о приемке дороги, в которых при оценке объемов выполненных работ «потерялись» миллиардные разногласия. Чем чревато это открытие для функционера, недавно ставшего директором компании «Газпром межрегионгаз ЕЦРК»? А возможно, и не только для него?
Арбитражный суд Самарской области в июле 2026 года отказал областному министерству транспорта и автодорог региона, которое пыталось обжаловать требование вернуть в федеральный бюджет 3,25 млрд рублей. Как уже сообщало «СО», такое предписание в феврале 2025 года чиновникам минтранса направило управление Федерального казначейства по Самарской области (УФК).
Из чего сложилась эта сумма — вопрос, в котором еще предстоит разбираться судам. В областном правительстве «СО» подчеркивают: «Решение не вступило в законную силу. В настоящее время министерством завершается подготовка апелляционной жалобы на решение».
В то же время опубликованный текст судебного решения показывает, насколько противоречиво, а то и просто абсурдно развивалась история вокруг миллиардной суммы, которую в УФК определили как НДС, излишне перечисленный концессионной компании «Обход Тольятти». Скорее всего, документы и материалы, на которые в суде ссылалось казначейство, изучаются также и следователями в рамках уголовного дела, возбужденного в связи со строительством трассы, о котором ранее сообщало «СО».
Начало этой истории положили события 2021-2022 гг. В связи с резким удорожанием строительных ресурсов концессионной компании «Обход Тольятти» из федерального бюджета были выделены дополнительно 19,53 млрд рублей на прокладку новой дороги с мостом через Волгу. В 2024 году, когда строительство объекта уже завершалось, начались сверки выплаченных и освоенных сумм, и в «Белом доме» пришли к выводу, что при расчете «матпомощи» переплатили концессионеру те самые 3,25 млрд рублей, поскольку это был расчет налога на добавленную стоимость (НДС), возмещение которого не предусматривалось концессионным соглашением.
Такой позиции придерживались сначала и в правительстве Самарской области. Согласно материалам, которые УФК представило в суд, 29 мая 2024 года, когда строительство Обхода Тольятти еще не завершилось, а министерство возглавлял Иван Пивкин, и.о. первого вице-губернатора — председателя правительства Владимир Василенко направил в адрес концессионера письмо. В нем г-н Василенко прямо указал, что перечисленные концессионеру в 2022 году авансом 19,53 млрд рублей включают в себя НДС, что противоречит требованиям концессионного соглашения. И потребовал вернуть эту сумму в бюджет.
Был ли дан ответ на это письмо, неизвестно. Минтранс к тому времени и так лихорадило из-за собственных проблем с правоохранителями. Спустя два дня в регионе сменилась власть, что повлекло новые кадровые перестановки и уголовные дела. Уже в июне был задержан Иван Пивкин, впоследствии осужденный. К ноябрю 2024 года покинул «Белый дом» Владимир Василенко.
Так или иначе, но 25 ноября 2024 года казначейство начало плановую проверку соблюдения условий предоставления бюджетных кредитов на инфраструктурные проекты, которая продолжалась до 15 января 2025 года. В рамках этой проверки УФК изучило заключения ФАУ «Главгосэкспертиза России» по увеличению стоимости строительства, 10 декабря опросило заместителя директора ГКУ СО «Управление дорог» Сергея Германа. 15 января свои пояснения в письменном виде направил и новый министр транспорта (летом 2025 года был уволен и он) Сергей Карпов. Во всех этих материалах указывалось, что в дополнительных средствах 3,25 млрд рублей действительно являлись суммой НДС.
Поэтому неудивительно, что по завершении проверки УФК вынесло предписание о возврате 3,25 млрд рублей в бюджет, которое оказалось настоящей бомбой для чиновников, еще недавно согласно кивавших в ответ на вопросы проверяющих, включался ли НДС в расчет доппомощи в 2022 году. И, очевидно, не до конца понимавших, какие последствия это влечет за собой. Уже на следующий день после завершения проверки, 16 января 2025 года, УФК выдало предписание о возврате суммы НДС в бюджет. После чего позиция чиновников изменилась на прямо противоположную.
Одновременно с казначейской проверкой ГКУ «Управление дорог» (как уполномоченное лицо минтранса) направляло концессионеру акты проверки и приемки, а также акты технической готовности объекта концессионного соглашения за период с апреля по декабрь 2024 года. В период проверки эти акты на общую сумму 11,98 млрд рублей не были приняты и не подписывались «Управлением дорог». И по ним на 1 января 2025 года имелась дебиторская задолженность по расчетам с концессионером в 3,299 млрд рублей. (То есть работы на эту сумму, перечисленную «Обходу Тольятти», юридически считались невыполненными.)
Несмотря на наличие миллиардных разногласий, 28 декабря 2024 года председатель правительства Самарской области Михаил Смирнов подписал финальный акт проверки и приемки объекта по концессионному соглашению. В тот же день это сделали и представители концессионера. Тем самым стороны подтверждали, что все строительные и инвестиционные работы выполнены. Почему г-н Смирнов это сделал, когда министерство и подконтрольное ему «Управление дорог» еще разбирались с финансовыми вопросами, осталось тайной. Бывший премьер-министр не смог пообщаться с «СО» до момента сдачи номера в печать в силу занятости.
Между тем подпись Михаила Смирнова теперь может дорого ему обойтись и стать основанием для вопросов со стороны правоохранительных структур. Ранее «СО» сообщало об обысках и выемках, начавшихся в структурах правительства Самарской области весной 2026 года. По данным источников «СО», следственные мероприятия касались крупнейшего инфраструктурного проекта региона — трассы «Обход Тольятти» с мостовым переходом через Волгу — и проводились в рамках возбужденного в этом году уголовного дела №12601360024000100.
На прошлой неделе в ГУ МВД по Самарской области сообщили, что указанное дело возбуждено по признакам преступления, предусмотренного статьей 286 Уголовного кодекса РФ, и находится в производстве следственной части по расследованию организованной преступной деятельности Главного следственного управления МВД России по Самарской области. Вдаваться в детали в управлении не стали, сославшись на статью 161 УПК РФ о недопустимости разглашения данных предварительного расследования и в целях соблюдения законных прав участников уголовного судопроизводства.
Эксперты «СО» полагают, что поступок чиновника, который подписал акт приемки объекта, когда уполномоченная организация еще не оформила собственные акты, а значительная сумма задолженности осталась неурегулированной, может быть квалифицирован как превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) либо халатность (ст. 293 УК РФ). Об этом говорит адвокат АБ «Лапицкий и партнеры» Илья Ворошилов. Эксперт подчеркивает, что «конкретная квалификация деяния содержится лишь в постановлении о возбуждении уголовного дела, при этом она может меняться в ходе расследования». И в конечном итоге наличие вины подтверждает лишь вступивший в силу приговор суда.
В свою очередь адвокат Антон Бегеба считает, что делать прогнозы о судьбе фигурантов этой истории рано. Однако тут же добавляет: «У меня подозрение, что корабль «Обход Тольятти» уверенно идет ко дну, утягивая за собой контролирующих лиц и связанные компании». И после этого «останется лишь отличная дорога».
Все пошло не так…
В Самарской области Михаил Смирнов появился в сентябре 2021 года, после назначения генеральным директором ООО «Газпром межрегионгаз Самара» и ООО «Газпром газораспределение Самара». Спустя год без лишнего шума и пыли он получил мандат депутата губернской думы от Красноярского округа №14. Кандидату от «Единой России» выиграть выборы на этой территории, которую десятилетиями представлял ушедший в Совет Федерации Андрей Кислов, не представляло особого труда.
Спустя еще два года, в августе 2024-го, г-н Смирнов возглавил правительство Самарской области. Этот карьерный взлет интерпретировали по-разному. В том числе озвучивались и версии, что г-н Смирнов станет следующим руководителем Самарской области, только ему нужно сначала набраться опыта работы в структурах власти.
Поначалу Михаил Смирнов и в самом деле начал собирать свою команду в системе власти в Самарской области. Именно с ним связывали появление в регионе менеджеров из Санкт-Петербурга (откуда прибыл в Самару и сам г-н Смирнов), среди которых были в том числе и представители дорожно-транспортной отрасли. Совпадением это было или нет, но возглавивший министерство транспорта и автодорог Самарской области в ноябре 2024 года Сергей Карпов — также выходец из Северной столицы.
Однако достаточно быстро стало понятно, что никакого «запасного губернатора» нет (да и не может быть при таком руководителе, как Вячеслав Федорищев). Над головой Михаила Смирнова начали сгущаться тучи. Слухи о его отставке стали возникать с незавидной регулярностью.

Их провоцировали не только публичные требования представителей системной оппозиции снять премьер-министра из-за буксовавшего в тот момент строительства станции метро «Театральная» и сбоев в реализации мусорной реформы (которую также курировал непосредственно Смирнов). Также стало заметно, что Михаил Смирнов работает вовсе не в унисон с губернатором. Весьма широкий изначально функционал премьер-министра начал сжиматься как шагреневая кожа.
В коридорах власти поговаривали, что глава правительства перестал подписывать документы, опасаясь последствий. А анонсированная в сентябре реформа структуры регионального правительства делала его аппаратные позиции особенно шаткими.
«Белый дом» Михаил Смирнов покинул в декабре 2025 года. О его отставке даже не объявили, а просто внесли в губдуму кандидатуру нового первого заместителя губернатора — председателя правительства Виталия Шабалатова. После этого г-н Смирнов даже попытался публично опровергнуть слухи о своем уходе. А потом просто уехал, чтобы в мае 2026 года всплыть в публичной плоскости в качестве генерального директора ООО «Газпром межрегионгаз ЕЦРК» — структуры, отвечающей за унификацию и стандартизацию процессов взаимодействия компаний группы «Газпром межрегионгаз» с клиентами и дислоцировавшейся в Великом Новгороде.
Куда исчезли 3,299 млрд рублей
После того как Михаил Смирнов подписал финальные акты приемки Обхода Тольятти, свою позицию изменили и его подчиненные. В том числе по дебиторской задолженности в 3,299 млрд рублей. В июне 2025 года (кстати, незадолго до своей отставки) министр транспорта Сергей Карпов, отвечая уже на вопросы аудиторов Счетной палаты Самарской области, сообщил: акт о наличии дебиторской задолженности в 3,299 млрд рублей направлялся концессионеру в конце января 2025 года, но не был им подписан. К концу апреля о всех разногласиях забыли, и акт сверки был подписан. Вследствие чего исчез предмет конфликта, осталось тайной.
АНТОН БЕГЕБА, адвокат, председатель коллегии адвокатов «ОБКОМ»
Если максимально сжато излагать смысл решения, принятого арбитражным судом, то получается, что минтранс получил из федерального бюджета 19,5 млрд рублей на компенсацию удорожания строительства, казначейство провело проверку и заявило, что в сумму удорожания ошибочно включили НДС. Эти деньги были переданы компании-концессионеру, которая их успешно освоила. 3,2 млрд рублей убытков — это веский повод для чиновников не только изменить свое мнение, но и готовить позицию защиты как минимум по статьям о превышении должностных полномочий и нецелевом расходовании бюджетных средств, а возможно, и по ряду других статей.
Но не стоит забывать, что строительство объектов, подобных Обходу Тольятти, — это не только экономика и бюджет, но еще и политика, поэтому здесь действуют особые правила, в том числе и ввода объекта в эксплуатацию.
Что же касается прогнозов по судьбе фигурантов, то сейчас слишком рано делать выводы. Но есть у меня подозрение, что корабль «Обход Тольятти» уверенно идет ко дну, утягивая за собой контролирующих лиц и связанные компании. Останется лишь отличная дорога.
ИЛЬЯ ВОРОШИЛОВ, адвокат АБ «Лапицкий и партнеры»
Ситуация, когда ведомство сначала требует вернуть спорную сумму НДС как излишне полученную, а спустя несколько месяцев в споре с другим государственным органом отрицает ее наличие, сама по себе не является правонарушением. Закон не запрещает пересматривать правовую позицию, в том числе в рамках судебного спора. Однако столь резкая перемена позиции, которая может быть подтверждена документальными доказательствами, объективно ослабляет доводы стороны в суде: суды нередко учитывают последовательность поведения участников процесса при вынесении решения.
Отдельный вопрос: осознавали ли должностные лица, выдвигавшие первоначальное требование о возврате средств, что оно несовместимо с последующим одобрением расходования той же суммы. Ответ на этот вопрос должен быть установлен в ходе разбирательства — судом или иными компетентными органами, а не предполагаться заранее.
Что касается возможного уголовного дела, связанного с предметом арбитражного спора, то конкретная квалификация деяния содержится лишь в постановлении о возбуждении уголовного дела. При этом квалификация может меняться в ходе расследования. Важно подчеркнуть: сам факт возбуждения уголовного дела не свидетельствует о наличии вины — она устанавливается только вступившим в законную силу приговором суда.
Отдельно стоит рассмотреть ситуацию, когда подписываются акты приемки конкретных объектов, хотя уполномоченная организация не оформила собственные акты, а значительная непогашенная задолженность остается неурегулированной. Акт приемки в рамках концессионного соглашения порождает правовые последствия, поэтому, по общему правилу, его подписание должно опираться на надлежащим образом оформленные документы. Если акт подписан при отсутствии таких документов и при неурегулированной задолженности, действия подписанта могут быть квалифицированы: как превышение должностных полномочий (ст. 286 УК РФ) — если лицо вышло за пределы своей компетенции, существенно нарушив интересы государства; либо как халатность (ст. 293 УК РФ) — если не было умысла и превышения полномочий, а имело место лишь ненадлежащее исполнение обязанностей из-за недостаточного контроля.
— Людмила Николаева










