Политика России в области СМИ напоминает эпоху Советов

Сегодня в России опубликована новая доктрина «информационной безопасности», одобренная президентом Владимиром Путиным. Аналитики описывают эту доктрину как еще один признак того,
что Кремль полон решимости восстановить контроль за средствами массовой информации

46-страничная доктрина (последняя в серии документов по национальной безопасности и военных планов) не имеет юридической силы, но аналитики говорят, что некоторые части содержат попытки контролировать информацию и блокировать прием иностранных передач в лучшем стиле советских лет.
Документ, подготовленный кремлевским Советом Безопасности, рассматривался несколько лет, но его не одобрил предшественник Путина Борис Ельцин. Проект снова набрал силу при Путине, бывшем работнике КГБ, который и подписал его в субботу.
Будучи сначала премьер-министром, а ныне президентом, Путин предпринял ряд действий, которые, по словам критиков, направлены на запугивание или закрытие СМИ, критикующих правительство, включая обвинения против журналиста Андрея Бабицкого с радио «Свобода», финансируемого США, за его освещение войны в Чечне, и инспирированную Кремлем кампанию против независимого медиа-магната Владимира Гусинского.
Больше того, согласно российским СМИ, ФСБ, преемник советского КГБ, приняла меры, чтобы заставить провайдеров Интернета позволить им контролировать всю электронную почту и работу в Интернете.
Новая информационная доктрина прямо не называет ни одно СМИ и местами расплывчата. Она посвящена вопросам прав личности и компаний иметь надежную информацию и необходимости борьбы с преступниками, которые пользуются информационными потоками. В документе также подчеркивается необходимость помочь государственным СМИ разъяснять политику правительства и почти ничего не говорится о попавших в немилость независимых телеканалах и газетах.
В языке документа чувствуется след паранойи по поводу угрозы российской информационной безопасности. Например, в одном разделе объявляется, что России угрожает «деятельность иностранных политических, экономических, военных, информационных и следственных структур, направленная против интересов Российской Федерации». В другом разделе призывают «прояснить статус иностранных информационных агентств, СМИ и журналистов», а также иностранных инвесторов в российскую «информационную инфраструктуру».
Российские официальные лица часто жаловались на радио «Свобода». Савик Шустер, шеф московского бюро «Свободы», сказал, что пока документ не направлен конкретно против этого радио, но «он, конечно, может быть использован против радио «Свобода» или других иностранных журналистов, работающих в России».
Шустер сказал, что этот документ очень напоминает по стилю и лексике эру Юрия Андропова, бывшего главы КГБ, который стал руководителем советского государства в 1982 году. Он добавил, что нынешние руководители России «пользуются этим документом очень уж явно, неуклюже, чтобы подчинить себе СМИ в России».
Олег Панфилов, директор Центра журналистики экстремальных ситуаций, сказал, что опасность новой доктрины состоит в том, что власти «могут использовать ее как знамя в борьбе против независимых СМИ». Он добавил: «Определенно это возврат к советским временам, потому что государственный контроль над СМИ — в центре внимания в этом документе».
Андрей Рихтер, директор московского центра, занимающегося законами по СМИ и политикой в сфере СМИ, сказал, что новая доктрина «непрактична, неясна и противоречива». Он предсказывает, что «она не будет иметь серьезных последствий»: авторы этого документа «не могут понять, что снова возвести стены против информации из-за рубежа невозможно».