Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
Рынок связи в последние несколько лет столкнулся сразу с несколькими вызовами.
Потребление трафика кратно выросло, все больше городских сервисов, предприятий и разного рода устройств — бытовые, охранные, медицинские — завязаны на стабильный доступ к сети, а ограничения мобильного интернета усилили интерес к фиксированной связи и оптоволоконным линиям. Одновременно бизнесу требуется все больше мощностей для хранения и резервирования данных внутри региона. На первый план выходят ЦОДы, защищенные каналы связи, импортозамещенные решения и инструменты кибербезопасности. Как телеком-рынок отвечает на рост нагрузки, где остаются белые пятна и как операторы защищают абонентов и бизнес от новых угроз, участники рынка, эксперты и представители академического сообщества обсудили на круглом столе, организованном редакцией газеты «Самарское обозрение».
Участники:
Модератор:
— Качественная связь сегодня стала базовым условием развития территории — для жителей, бизнеса, социальной инфраструктуры и государственных сервисов. При этом перед операторами стоит не только задача расширять покрытие, но и повышать емкость сети, устойчивость связи и качество сервиса в условиях растущей нагрузки. Какие задачи в развитии цифровой инфраструктуры сейчас являются приоритетными для Самарской области?
Павел Гокин:
— Для региона важно, чтобы цифровая инфраструктура развивалась не только в крупных городах, но и в малых населенных пунктах. Приоритет — устойчивый доступ жителей к госуслугам, социальным сервисам, образованию, медицинским и финансовым сервисам. Поэтому область взаимодействует с операторами по вопросам развития сетей, подключения социально значимых объектов и устранения цифрового неравенства. Отдельное внимание уделяется территориям, где коммерческая экономика проектов сложнее, но связь критически важна для качества жизни.
Модератор:
— Операторы в свою очередь решают эти задачи через развитие собственных сетей и точечные инфраструктурные проекты. Марина, какой стратегии придерживается «МегаФон» в Самарской области?
Марина Бахарева:
— У «МегаФона» в Самарской области уже сформирован серьезный инфраструктурный базис: компания вложила значительные ресурсы в строительство сети. В первом квартале 2026 года «МегаФон» подтвердил звание оператора с лучшим покрытием в регионе — лидерство компании признали аналитики Vigo. Сегодня мы фокусируемся на точечном развитии сети там, где связь наиболее востребована. Анализ больших данных помогает инженерам выявлять пиковые нагрузки и перераспределять ресурсы: уплотнять городскую сеть для поддержания качества услуг связи и расширять покрытие LTE за городом. В приоритете — пригородные поселки, коттеджные территории, СНТ, малые и отдаленные населенные пункты. Это те локации, где качественная мобильная связь напрямую влияет на повседневную жизнь людей: доступ к госуслугам, образованию, рабочим сервисам, информационному и развлекательному контенту. За 2025 год мы запустили и модернизировали более 270 объектов связи в 58 населенных пунктах региона. Дополнительно по программе устранения цифрового неравенства (УЦН) доступ к нашей сети получили еще 26 малых сел в 12 районах.
Модератор:
— Какова стратегия развития в регионе у другого федерального оператора — компании Т2?
Виталий Чернышов:
— Стратегия Т2 в Самарской области основана на непрерывном техническом развитии, именно оно остается для нас главным приоритетом. В прошлом году мы добились рекордных показателей по строительству, в том числе в малых населенных пунктах, к которым проявляем особое внимание. Совместно с правительством Самарской области и «Ростелекомом» в рамках программы устранения цифрового неравенства мы уже подключили 13 населенных пунктов, и строительство продолжается. Скорость нашей сети в Самарской области выросла на 32% в прошлом году, особенно заметно мы усилили позиции в Самаре, Тольятти и Сызрани. Наша сеть работает стабильно, даже несмотря на постоянный рост трафика. Данные от аналитиков говорят, что на сети Т2 в регионе за год потребление мобильного интернета выросло на 16%, голосовой трафик вырос на 21%. Мы фиксируем эти тренды и учитываем их в нашей технической стратегии. При этом Т2 разделяет курс на импортозамещение. Мы считаем это стратегической задачей и уже сделали многое для перехода на отечественные решения. LTE-трафик в Самаре переведен на оборудование пакетного ядра сети «Протей». Расширяется сеть базовых станций «Булат». А инфраструктурный оператор «Пилар» обеспечивает нас антенно-мачтовой архитектурой, благодаря чему Т2 концентрирует силы на выполнении собственных проектов по улучшению качества и доступности сети.
Модератор:
— Как сегодня развивается сеть «Ростелекома»? Компания фокусируется на крупных городах региона или на периферии?
Вячеслав Добрынин:
— Мы вкладываем усилия и средства в первую очередь туда, где есть потребность в наших услугах. Люди заинтересованы в стабильном и качественном интернете, в первую очередь на базе оптико-волоконных линий связи — ВОЛС. Сегодня в Самарской области оптической сетью «Ростелекома» охвачено более 70% домохозяйств. Жители региона подключают пакеты услуг с домашним интернетом со скоростью до 700 Мбит/с. Это не только многоквартирные дома, но и загородные поселки. Мы, конечно, стараемся этот спрос удовлетворять. Все зависит от технических особенностей конкретной территории.
Модератор:
— Мы уже обсудили, как операторы развивают мобильные и фиксированные сети — в городах, малых населенных пунктах, частном секторе. Но остаются территории, где классическими способами закрыть потребность в связи сложно: трассы, удаленные локации, объекты транспортной инфраструктуры. СМАРТС как раз развивает инфраструктуру связи вдоль автомобильных дорог и направление «умных дорог». Андрей, какие перспективные проекты сейчас в работе? И какие решения могут быть полезны не только населению, но и бизнесу, транспорту и инфраструктуре?
Андрей Иванов:
— Мы живем в самой большой стране в мире, но это не только предмет для гордости, есть и нюансы. Предоставить связь в самые отдаленные уголки позволит активно развиваемая спутниковая связь, однако это только еще ожидает нас в будущем. Там, где можно дотянуться оптикой, операторы будут это делать, потому что качество наземной связи еще долгие десятилетия будет превосходить спутниковую. Здесь у нас есть своя технология. По нашему мнению, автомобильная дорога — это идеальное место для расположения линий связи. Дороги идут туда, где живут и работают люди, которым нужна связь. Более того, современные автомобили умнеют и начинают требовать для себя умные дороги. Сейчас почти все современные автомобили уже оснащены системами помощи водителю. Машины, благодаря своим сенсорам на борту, умеют поддерживать круизную скорость и соблюдать дистанции до впереди идущего автомобиля, удерживать полосу. Следующим этапом должно стать соединение этих внутренних помощников с ИТ-инфраструктурой, которая идет вдоль автомобильной дороги. Тогда автомобиль будет опираться не только на свои радары, детекторы, камеры, но и использовать коллективное восприятие, когда все участники движения формируют цифровую онлайн-модель данного участка дороги, что кратно повышает безопасность дорожного движения. Реализуется это за счет технологий V2X. При этом «оптика» в теле дороги имеет ряд дополнительных свойств: она улавливает вибрации участников дорожного движения. В портфеле наших решений есть программно-аппаратный комплекс «Акустический мониторинг». Он через нейронные сети распознает эти вибрации. Комплекс определяет движение пешехода, животных, способен участвовать в охране объектов транспортной инфраструктуры, трубопроводов, предприятий.
Модератор:
— Это только пилотные разработки или есть коммерческие продажи таких решений?
Андрей Иванов:
— У нас эти технологии находятся в высокой стадии готовности, проведены пилотирования, ведем переговоры по внедрениям. На платных автомобильных дорогах мы уже не раз пилотировали акустический мониторинг. Успешно работает и пилотный проект «Умная дорога», который мы построили в Самарской области, на дороге Самара — Тольятти, протяженностью более 100 км. Это самый большой объект V2X в СНГ. Мы знаем, что у АвтоВАЗа есть определенное желание повысить активную и пассивную безопасность своих автомобилей, соответственно, наши технологии — это одно из решений.
Модератор:
— Мы обсудили развитие сетей, но цифровая устойчивость региона зависит не только от покрытия и скорости. Все большее значение приобретают хранение данных, резервирование, защищенные каналы связи и импортозамещенные решения. Насколько это сегодня важно для региональной цифровой политики?
Павел Гокин:
— Для региона принципиально важно, чтобы цифровые сервисы работали устойчиво и безопасно. Это касается и государственных информационных систем, и социальной сферы, и бизнеса. Поэтому растет значение региональных ЦОДов, резервирования данных, защищенных каналов связи и решений на отечественном программном обеспечении. Чем больше сервисов переходит в цифровой формат, тем выше требования к отказоустойчивости и информационной безопасности.
Модератор:
— На фоне этих требований все больше компаний хотят размещать данные внутри региона, а не выносить их на федеральные площадки. Марина, как сегодня обстоят дела с региональными ЦОДами? Есть ли свободные мощности или спрос уже полностью заполнил существующую инфраструктуру?
Марина Бахарева:
— Для бизнеса сегодня важно не только хранить растущие объемы информации, но и четко понимать, где находятся данные, как обеспечивается доступ к ним и насколько защищена площадка. Цифровая сфера регулируется все жестче, объемы данных растут, а вместе с ними — и требования к инфраструктуре. Одним из главных критериев здесь становится отказоустойчивость. Поскольку строить свои серверные долго и дорого, компании все чаще арендуют готовые мощности. Наш самарский ЦОД полностью отвечает мировым стандартам надежности. Прежде всего мы задействуем этот дата-центр под оборудование для нужд «МегаФона», однако бизнес-клиенты также все чаще выбирают наше профессиональное размещение. В конце 2024 года ввели в эксплуатацию еще один новый автозал на 120 стоек.
Модератор:
— У СМАРТСа тоже есть флагманский проект по мощностям хранения данных. Вложения в оборудование и инфраструктуру оправдывают себя?
Андрей Иванов:
— Действительно, у СМАРТСа есть собственный ЦОД на более чем 100 стойко-мест в самом центре Самары. Клиентам бывает важна шаговая доступность оборудования. За последний год мы практически все свободные мощности выставили на рынок. Сейчас рассматриваем вариант его увеличения. Мы регистрируем стремительно растущий спрос именно на региональные, а не федеральные ЦОДы. Это связано с повышением объема тяжелого контента с онлайн-кинотеатров и других источников видео, соответственно, в регионах устанавливаются так называемые кеширующие серверы. И каждый следующий абонент, который будет смотреть уже кем-то просмотренный фильм, не будет «тащить» его из Москвы, а получит с локального сервера. Это позволит распределять нагрузку на серверное оборудование и магистральные каналы связи того или иного оператора. Годовые отраслевые отчеты свидетельствуют о том, что мы растем на 20% ежегодно именно по магистральному трафику. Этот процесс и дальше будет идти по нарастающей. У нас уже пять из 10 школьников являются генераторами контента, у них свои каналы, они что-то снимают, что-то комментируют в сети. Для современного цифрового мира имеет значение и резервирование, а одна из ключевых его особенностей как раз заключается в том, что кабель физически должен идти в другом месте — например в автомобильной дороге. Второй вопрос — это кибербезопасность. Мы живем в эпоху необратимого процесса цифровой трансформации и понимаем, что как только возникает вопрос собственности информации, сразу возникает проблема охраны этой собственности. Здесь мы, помимо действующих моделей и существующих угроз, имеем и угрозы будущего. Появившийся квантовый вычислитель будет являться новой киберугрозой. Решение этой угрозы есть, оно называется Квантовые коммуникации. Мы ведем переговоры с крупными корпоративными клиентами о проведении аудита готовности их инфраструктуры к новым угрозам. Поэтому и соединение ЦОДов должно быть не только надежным, высокоскоростным, но и защищенным с помощью квантового распределения ключей.
Модератор:
— Получается, что спрос на региональные ЦОДы связан уже не только с хранением данных, но и с контентом, резервированием, безопасностью. Вячеслав, а кто сегодня основной потребитель таких услуг? Можно ли нарисовать типовой портрет клиента — это крупные предприятия, госструктуры, средний бизнес?
Вячеслав Добрынин:
— Сегодня есть несколько категорий заказчиков. Одни развивают собственные площадки, но не всегда могут обеспечить нужный уровень надежности. Другие покупают внешние стойко-места для резервирования своих ЦОДов. Третьим нужен не физический ЦОД, а виртуальное пространство — им важны стабильный доступ к данным, скорость и безопасность. На первый план здесь выходит защита информации. Крупному бизнесу и госсектору часто важно хранить чувствительные данные внутри собственного контура, но при этом нужно резервирование, чтобы исключить риск их потери. Для этого используются облачные хранилища и защищенные каналы связи. Специализированные ЦОДы также снимают часть инфраструктурных рисков — например, по бесперебойному энергоснабжению. Кроме того, растет спрос на автоматизацию бизнес-процессов с использованием искусственного интеллекта — у «Ростелекома» такие компетенции тоже есть.
Модератор:
— Обязательное резервирование информационных баз предполагает как минимум наличие двух независимых ЦОДов. Они должны взаимодействовать посредством надежных и безопасных линий связи. К тому же требования по импортозамещению касаются не только оборудования, но и софта. Здесь роль системных интеграторов вырастает в разы. Какие сложности встречаются на этом пути?
Дмитрий Калинин:
— Наша группа компаний работает в нескольких ключевых направлениях, включая интеграционные проекты и информационную безопасность. Мы объединяем участников рынка для реализации комплексных решений в интересах как крупного бизнеса, так и социально значимых организаций государственного сектора.
Сегодня заказчикам уже недостаточно автономного центра обработки данных: востребована связанная межрегиональная инфраструктура. Если раньше было достаточно основного и резервного каналов связи, то теперь все чаще требуется два независимых канала для отказоустойчивости, поддержки систем искусственного интеллекта и высокоскоростной передачи данных, а также третий канал — для резервирования критически важных данных и систем в разных ЦОДах.
Все такие каналы нуждаются в надежной защите. В условиях нарастающих киберугроз бизнесу, включая металлургические, нефтегазовые и оборонные предприятия, необходимо обеспечивать бесперебойную работу и быстрое восстановление критически важных данных. Практика показывает, что двух распределенных площадок с репликацией уже недостаточно: необходима третья площадка для непрерывного резервного копирования чувствительной информации.
Решение этих задач требует совместной работы операторов связи и интеграторов. В этом напрямую заинтересовано и государство, которому необходимо гарантировать бесперебойную работу объектов здравоохранения и образования. Особое значение в этих процессах имеет импортозамещение, и наша компания активно участвует в этой работе.
Модератор:
— Мы поговорили о киберугрозах для бизнеса и целых отраслей, но с ними ежедневно сталкиваются и обычные люди. Телефонное мошенничество остается одной из самых заметных проблем. Что операторы сегодня делают, чтобы пресекать такие угрозы?
Марина Бахарева:
— Проблема действительно глобальная: все мы видим, как много сейчас историй о телефонном мошенничестве, и многие сами или через близких сталкивались с такими атаками. «МегаФон» делает акцент на превентивной работе: наши инструменты защиты от мошенничества реализованы на уровне сети, незаметны и бесплатны для абонентов. Система автоматически мониторит и блокирует спам-звонки, вредоносные сайты, СМС, а также выявляет массовые обзвоны. Сегодня такие группы номеров «живут» в среднем всего 20-30 минут. Дополнительным барьером служит маркировка вызовов: если номер принадлежит юрлицу, пользователь сразу видит на экране название компании и сферу ее деятельности. Однако злоумышленники все чаще комбинируют каналы: за звонком следует фишинговое письмо или сообщение со ссылкой на поддельный сайт, включается психологическое давление, предпринимаются попытки получить доступ к почте, персональным данным и банковским счетам. Только в первом квартале 2026 года мы заблокировали более 107 млн подозрительных звонков — это на 18% больше, чем годом ранее. Поэтому важно сообщать оператору о подозрительных звонках и сообщениях — на сайте или в личном кабинете, реакция будет оперативной.
Модератор:
— Как в компании Т2 выстраивается работа с телефонным мошенничеством?
Виталий Чернышов:
— Кибербезопасность перестала быть опцией для продвинутых. Сегодня это такой же базовый элемент качества связи, как покрытие или скорость. Поэтому задача оператора не сводится к борьбе с конкретными угрозами, а предполагает создание безопасной среды, где абонент может спокойно пользоваться всеми возможностями связи. Защита должна быть встроена в саму сеть и работать в несколько уровней: блокировать подозрительные звонки, отсекать спам и фишинговые ссылки, снижать риски взлома аккаунтов. В T2 для этого работает система SafeWall. Например, код от «Госуслуг» приходит только после завершения звонка — это помогает защитить человека от ситуаций, когда мошенники пытаются выманить код прямо во время разговора. Базовые функции SafeWall мы сделали бесплатными для абонентов, потому что считаем антифрод-защиту необходимой частью современной связи, а не дополнительной платной услугой.
Для бизнеса логика похожая: риски есть не только у крупных компаний. Малый и средний бизнес все чаще работает через сайты, приложения и маркетплейсы, а значит, сталкивается с DDoS-атаками, ботами и попытками взлома. Поэтому востребованы решения, которые не требуют собственной сложной инфраструктуры и при этом помогают поддерживать стабильную работу онлайн-сервисов.
Модератор:
— Создание отечественного программного обеспечения, внедрение умных технологий, новых цифровых сервисов — все это требует от отрасли кадрового обеспечения. Причем речь не только о подготовке специалистов, но и о том, чтобы эти компетенции работали на развитие региональной экономики. Павел, насколько сегодня региональный рынок нуждается в таких кадрах и как вы оцениваете роль профильных вузов?
Павел Гокин:
— Самарская область исторически сильна инженерной и ИТ-школой. Наши специалисты востребованы не только в регионе, но и далеко за его пределами. Это, с одной стороны, подтверждает высокий уровень подготовки, а с другой — ставит перед нами важную задачу: создавать условия, чтобы выпускники видели возможности для профессионального роста здесь, в Самарской области. Мы заинтересованы в том, чтобы студенты и молодые специалисты включались в реальные проекты, работали с региональными компаниями, развивали местный бизнес и цифровую инфраструктуру. Для этого важна связка вузов, работодателей и органов власти: чем раньше студент видит практические задачи отрасли, тем выше шанс, что он останется в регионе и будет развивать его экономику.
Модератор:
— Игорь, как это видит университет? Какие направления сегодня сильнее всего нуждаются в кадрах и куда ПГУТИ направляет основные усилия?
Игорь Макаров:
— Это всегда вопрос неоднозначный. Те из студентов, кто действительно знает, чего он хочет, определяются обычно на третьем курсе. И если это действительно грамотные ребята, их к этому моменту уже нанимают работодатели. Поскольку у нас цифровой университет, естественно, идут в киберсферы. Я как специалист по безопасности вижу большую кадровую потребность именно в этом направлении работы. Верно было замечено, что мы живем в эпоху киберугроз, и именно защита информации становится ключевым условием развития и даже самого существования и для бизнеса, и для государства. Востребованы программисты, разработчики специализированных интеллектуальных платформ. Но есть и обратная сторона медали. У нас далеко не все говорят на одном языке. Вот малый и средний бизнес что-то слышал про системы безопасности, но занят совершенно другим. Они озабочены стартом и развитием. Им бы подняться, а к ним государство применяет регуляторные функции по безопасности данных. В итоге приходит в фирму грамотный системный администратор, а ему говорят: «Ты же компьютерщик — иди кондиционер почини, сломался». Примерно такое же отношение к компьютерной безопасности. Поэтому надо не только студентов учить, но и бизнес. Это гораздо более серьезная проблема. Мало принять законы о персональных данных и безопасном интернете, нужно и понимать, как это работает. У меня напротив дома есть стоматологическая поликлиника. Там три человека: секретарь, уборщица и врач. Они тоже хозяйствующий субъект, им тоже нужно ввести отдел по безопасности. Кто из них троих должен взять на себя эту нагрузку, не очень понятно. И так обстоят дела во многих секторах экономики. Не все физически тянут работу по кибербезопасности, не говоря уже про финансовую сторону вопроса. Это крайне затратная тема. Это касается и небольших операторов связи. Они закрывают локальный спрос, но неизбежно будут поглощены крупными участниками рынка. Вопрос растущего энергопотребления тоже надо обсуждать не только на административном, но и на научном уровне. Для применения искусственного интеллекта используется графический ускоритель. Условно обычная стойка может потреблять 5 кВт электроэнергии, а с искусственным интеллектом — до 15 кВт. А мощности-то выделены у всех операторов под ЦОДы определенные и по старым удельным показателям.
Придут операторы за дополнительными объемами, а им и скажут: «Пожалуйста, присоединяйте мегаватт, 300 миллионов рублей». На этом и закончится вся цифровая трансформация. Именно так будет выглядеть новый вызов ближайшего времени. И тут без государственного участия и научного осмысления не обойтись.
— Роман Лямшин
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены