Мы используем файлы cookie.
Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Узнать больше
ОАО «Жигулевское пиво» — одно из старейших областных предприятий и крупнейший производитель одноименного пива в России. Однако два года назад вокруг торговой марки «Жигулевское» разгорелся серьезный конфликт: «Роспатент» решил аннулировать права самарского пивкомбината на эксклюзивное использование брэнда. Какими методами ведется судебное разбирательство и когда оно закончится? Правда ли, что «Жигулевское пиво» теряет самарский рынок? Готово ли ОАО уйти «под крышу» российских пивоваренных компаний? На эти и другие вопросы «СО» ответил генеральный директор
ОАО «Жигулевское пиво» Юрий Сапрунов
— В последнее время «Жигулевское пиво» стало участником громкого судебного разбирательства о защите прав на торговый знак «Жигулевское». Почему прежнее руководство предприятия не занималось этим? Чем можно объяснить столь агрессивное поведение новой команды менеджеров?
— Я думаю, что у прежнего менеджмента были другие проблемы, да и ситуация в стране была иной. Я не согласен с утверждением, что мы себя ведем агрессивно. Спорная ситуация возникла по вине государства, которое в свое время создало законы, где четко оговариваются права владельцев на торговый знак. Всем остальным предписывается платить лицензионные сборы за использование той или иной марки. Мы как владельцы «Жигулевского» воспользовались нашими правами, после чего «Роспатент» почему-то решил поменять правила игры.
— Какие цели вы преследовали, вступая в борьбу с «Роспатентом»? Предполагали ли вы, что разбирательство затянется на столь длительное время?
— У нас не было иллюзий относительно сроков разбирательства. Трудно было ожидать, что «Роспатент» на следующий же день после подачи иска узаконит наши права на знак «Жигулевское». Борьба развернулась не только за принадлежность марки самарскому комбинату, но и за то, чтобы она вообще осталась в губернии. Поэтому мы готовы к затяжной борьбе. Цель у нас одна, и о ней мы неоднократно заявляли: брэнд «Жигулевское» принадлежит только нам, на чем стоим и стоять будем. Сейчас разбирательство перенесено на сентябрь. Причем если бы у наших оппонентов были железные аргументы, подкрепленные историческими фактами, то суд давно бы поставил точку. Я таких аргументов не вижу, поэтому все решается силовым путем. Пока же российские производители, особенно те, кто выпускает пиво «Жигулевское», находятся в подвешенном состоянии. То ли выиграл самарский пивкомбинат и надо заключать с ним лицензионный договор, то ли можно и без этого выпускать пиво на вполне законных основаниях.
— Какие предприятия выпускают сейчас пиво «Жигулевское»? Насколько известно, рецептура «Жигулевского» у всех производителей различная, следовательно, непохожи и вкусовые качества. Как это отражается на имидже самарского пива? Возникали ли из-за этого проблемы со сбытом продукции?
— До нашего демарша пиво «Жигулевское» выпускали порядка 80 российских, украинских и белорусских предприятий. Сейчас их меньше, однако точной информации вам наверняка никто не даст, такой статистики нет. Проблем с продажами не возникло, но неразбериха с товарным знаком больно ударила по всему предприятию. Сложность заключается в том, что до тех пор, пока не будет внесена ясность относительно прав на торговый знак, другие производители будут гнать свое «Жигулевское». Под раскрученный самарский брэнд легче работать на рынке. Однако по технологии, рецептуре, составу воды мы заметно выигрываем. Самое интересное бывает, когда к нам приезжают гости из столицы и, попробовав «Жигулевского», задают вопрос: «А чем, собственно, нас поили последние 30 лет»?
Пока же любое светлое, в том числе отличное от оригинала, по вкусовым параметрам или попросту некачественное пиво, носящее марку «Жигулевское», будет ассоциироваться с самарским предприятием. Мне этого не надо.
— Во сколько обойдется лицензионный договор производителям, которые решатся его заключить с вами?
— Договор с ОАО «Жигулевское пиво» заключили 20 предприятий. Все зависит от каждого конкретного комбината. Мы не гонимся за деньгами. В зависимости от объемов производства, финансового состояния компании отчисления колеблются в пределах 0,5-3%. Поэтому москвичи, у которых очень большие объемы производства «Жигулевского», запаниковали и бросились в суды оспаривать наши действия. Их выплаты были бы самыми внушительными, до нескольких миллионов рублей. Нам же важна законность наших действий.
— Как вы оцениваете свои шансы на победу в судебных инстанциях? Ведь против ООО «Жигулевское пиво» объединились крупнейшие российские производители, к тому же имеющие сильное лобби в «Роспатенте»?
— Мы выиграем этот конфликт, даже если в судах и «Роспатенте» откажут в удовлетворении всех исков. Госструктуры сами себя загнали в угол, приняв закон о товарных знаках, а теперь пытаясь его обойти. Если проиграем, то потребуем компенсации с «Роспатента» за неправильную регистрацию товарного знака ОАО «Жигулевское пиво». Вопрос о лоббировании своих интересов столичными производителями для нас самый острый. 80% пива «Жигулевское», которое производится в стране, приходится на Москву и Московскую область. Я не хочу ничего утверждать официально, однако после принятия ряда решений столичного арбитража и апелляционной палаты «Роспатента» лично у меня сложилось впечатление, что суды были ангажированы. Иначе как понять, что одна и та же инстанция принимает два противоречивых решения? Это как, нормально? В сложившейся ситуации очень порядочно повели себя чиновники «Роспищепрома». Они не стали поддерживать ту или иную сторону, а предоставили им право разобраться между собой.
— Как отнеслись к вашей борьбе за товарный знак руководство Самарской области и городские власти?
— Мэрия, как вы заметили, занята выборами. Я неоднократно выходил с предложением создать сеть мини-баров в различных районах города, это принесет дополнительные доходы в городской бюджет. Однако муниципальная власть проигнорировала идею, а стоять с протянутой рукой перед чиновниками мэрии я не буду. Подобное отношение говорит о доминирующем менталитете временщиков в тот самый момент, когда городу нужен настоящий хозяин.
— Вы намекаете на кого-то из кандидатов в мэры?
— Ни в коем случае, лично мне все равно, кто станет мэром. Работать надо, а не играть в политику… Область в меру своих сил пытается помочь, я встречался с губернатором Константином Титовым, Владимиром Мокрым, обсуждал с ними сложившуюся ситуацию. Но поймите меня правильно: ОАО «Жигулевское пиво» — частное предприятие, хотя и российского масштаба, я не могу просить Титова «нажать» на кого-то в коридорах власти.
— На одной из встреч с журналистами вы сказали, что борьба за права на товарный знак позволила предприятию раскрутить на российском рынке свой брэнд, и он стал более узнаваем. Принесло ли это практические результаты?
— Я бы не сказал, что у нас резко выросли продажи. На самом деле эффект носит несколько другой характер: нас запомнили. Куда бы я ни приехал, при словах «Жигулевское пиво» все говорят: «О, скандальное пиво!». 99% жителей центральных областей России даже не знали, что «Жигулевское» выпускают в Самаре. Теперь известность нашей марки заметно возросла как в России, так и за рубежом.
— Столичные пивовары утверждают, что судебное разбирательство, обращения в прокуратуру — это на самом деле часть рекламной кампании, затеянной менеджментом вашего предприятия. Главная цель при этом — сохранение позиций на региональном рынке, пошатнувшихся в ходе массированного вторжения производителей из других областей. В какой мере эти утверждения соответствуют действительному положению дел?
— Ну я бы не стал так категорично утверждать, что нас потеснили на рынке, а тем более что мы затеяли разбирательство с целью рекламы своей продукции. «Жигулевское» остается самым востребованным в сегменте недорогого, демократичного пива, и я не вижу ему реальных конкурентов. Я не помню, чтобы кто-то из конкурентов продавал в Самаре 3 млн декалитров пива в год. Если найдется, тогда я соглашусь с тем, что нас подвинули.
— Что происходит на региональном пивном рынке, как он развивается? Каковы сейчас позиции на нем ОАО «Жигулевское пиво»?
— Если брать Самару, то она перенасыщена пивом, что называется, по самое горлышко. В регионе сильны позиции «Жигулевского» пива, «Красного Востока» — эти брэнды прочно закрепились на рынке. «Балтики» в Самаре напились, ее технология и рецептура, по-моему, не подходят самарскому потребителю. Хорошо представлен на рынке Ульяновск («Витязь»), остальное — это продукция из Димитровграда, Пензы. Лицензионные брэнды: «Holsten», «Старопрамен», «Бавария» и подобные им, — это пиво, рассчитанное на очень узкий круг потребителей.
— Почему «Жигулевское пиво» практически отдало конкурентам города и районы области (в Тольятти, Сызрани активно продаются тольяттинское и ульяновское пиво, на севере области — «Трехсосенское»)?
— Мы не отдавали рынок. Он саморегулируется. Там, где нас нет, появляются другие. Тут административными методами решать ничего нельзя. У меня нет возможности занять 100% рынка своей продукцией. Пусть работают. «Жигулевское» само будет поставлять пиво за пределы области, сейчас мы открываем представительство в Сочи, крупные заказы идут из Москвы. Самое примечательное, что интерес к нам проявили в США.
— Стоит ли задача вытеснения конкурентов в вашей ценовой нише из области? Если да, то каковы механизмы ее решения?
— Такой задачи нет, в Самаре сформирован пласт потребителей «Жигулевского», и как-то увеличить его я не вижу возможности.
— Что делается пивкомбинатом для повышения качества, расширения номенклатуры продукции? Какие средства вкладываются в модернизацию оборудования комбината? Это его собственные деньги, заемные ресурсы банков или средства акционеров?
— Проблема модернизации на ОАО «Жигулевское пиво» назрела давно, еще до моего прихода. Пришлось выстраивать схему отношений с поставщиками, оптимизировать структуру управления предприятием, работать с патентным ведомством, регистрировать новые марки. До декабря прошлого года у нас стояло отечественное оборудование выпуска 1950 года. На нем делать качественную продукцию уже нельзя. Качество пива зависит прежде всего от технологии, оборудования, на котором оно разливается, опыта персонала и качества сырья. Мы отказались от использования отечественного сырья, которое не отвечает стандартам качества, и приобретаем хмель, солод в Германии. В приобретение немецкой линии мы вложили часть своих денег, дал кредит Сберегательный банк, общий объем инвестиций составил около
5 млн долларов. Однако на сегодняшний день мы практически исчерпали возможности расширения. Площади, на которых располагается предприятие, ограничены воинской частью, ГРЭС, Волгой, и поставить новый цех негде. Мы пытались арендовать склады, пустующие площадки, однако как только владельцы узнавали, что арендатором хочет стать «Жигулевское пиво», ставки тут же взлетали вверх.
Это премиум-материал. Подпишитесь, чтобы прочитать статью.
2025 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены