Для улучшения вашего пользовательского опыта мы используем файлы cookie. Продолжая использовать сайт, вы даете Согласие на обработку персональных данных в соответствии с условиями Политики конфиденциальности в рамках законодательства РФ
Скандальное снятие с выборов депутата Госдумы Михаила Матвеева открывает ящик Пандоры новой схемы уничтожения «лишних» или «неправильных» политиков в России. Более того, «прецедент Матвеева» способен стать ловушкой для любого участника политического процесса независимо от его партийной принадлежности.
14 августа судья Самарского областного суда Татьяна Родина удовлетворила иск о снятии с выборов одного из самых медийных и опытных политиков региона Михаила Матвеева, который за пять лет работы в Госдуме уходящего созыва смог приумножить свою известность далеко за границами Самарской области. Иск против депутата подала малоизвестная врач УЗИ больницы им. Пирогова Анна Саранцева, которая, как и он, баллотируется в Госдуму от Промышленного округа №163, но при поддержке Российской партии пенсионеров за социальную справедливость (Матвеев двигался от КПРФ). Судя по тексту иска, Саранцева оказалась весьма подкована в вопросах интеллектуального права, на положениях которого и потребовала отменить регистрацию Матвеева.
Краеугольный вопрос этого дела — признавать ли агитационными вообще все интернет-ресурсы Михаила Матвеева, даже те, что создавались раньше, чем политик впервые решил выдвинуться в Госдуму от Промышленного округа Самарской области. В 2026 году он создал специальную интернет-страницу именно под выборы в Госдуму, изготовление которой было оплачено с его избирательного счета. На ней по большому счету размещена только большая биографическая справка и страница для регистрации пользователей. В то же время там присутствовали отсылки на более ранние ресурсы и отчет о деятельности депутата в уходящем созыве.
Именно за эти гиперссылки ухватились юристы Анны Саранцевой, заявив в ее иске, что теперь все ресурсы, на которые можно перейти по размещенным на них активным ссылкам, следует считать агитационными. Следственно, на них распространяются и требования к предвыборной агитации. В том числе связанные с соблюдением прав на интеллектуальную собственность, использование изображений других лиц только с их согласия. Среди нарушений в иске, например, была указана гиперссылка с репостом вирусного ролика «Ну здравствуй, брат», а также репосты сообщений с других ресурсов вместе с иллюстративным материалом, к которому г-н Матвеев посчитал нужным высказать свою позицию.
Даже если нарушение авторских прав на этих ресурсах имеет место быть, г-н Матвеев, по логике, раньше получал бы серьезные претензии прежде всего от правообладателей, рекламации от г-жи Саранцевой в этом контексте следует считать явной инновацией.
В итоге стороны три дня спорили об авторских правах на шрифты и фотографии, при этом судебные прения можно назвать достаточно сумбурными, поскольку обе стороны оказались не готовы в полной мере доказать факт нарушения либо отсутствие такового. Сторона г-жи Саранцевой, например, явно промахнулась, приписав одно из самых известных фото Михаила Матвеева «Комсомольской правде», тогда как на портале самой «Комсомолки» указано, что это изображение взято из соцсети депутата. Мягко говоря, нетривиально выглядело обвинение Матвеева и в «краже» фото депутата губдумы Александра Живайкина, которое являлось всего лишь частью репоста новости с портала OBOZ.INFO о столичной квартире единоросса, где был указан источник фото, которое уже три года используется масс-медиа, так как размещено в открытом доступе в соцсетях Живайкина. С другой стороны, претензии касательно несоблюдения авторских прав и правил агитации с формальной точки зрения возникли не на пустом месте — по сути дела, получается, что команда Матвеева сама предоставила рычаги для атаки на кандидата со стороны его оппонентов.
Сложно шли и дискуссии относительно шрифтов, использованных на интернет-ресурсах Михаила Матвеева. Представитель КПРФ заявил в суде, что партия является собственником шрифтов KPRF, однако истцы потребовали доказать, что их разрешено было использовать также и Михаилу Матвееву. Такого документа не нашлось.
Право на другие использованные шрифты в иске приписали американской компании «Майкрософт», которая в 2022 году разорвала отношения с Россией. Однако потом выяснилось, что это, может быть, вообще не Microsoft и, может быть, шрифты уже давно находятся в свободном доступе. При этом разработчик предвыборного сайта коммуниста Александра Будко, не дождавшись опроса, покинула суд, хотя, наверное, могла бы многое разъяснить…
На чем именно в итоге основала свою позицию судья Татьяна Родина, станет известно после появления мотивировочной части. Михаил Матвеев в любом случае намерен обжаловать это решение в вышестоящих инстанциях.
Между тем другим участникам предвыборных баталий такая позиция суда уже грозит катастрофой. Ведь многие агитационные материалы содержат ссылки на другие ресурсы, и это не обязательно отдельный предвыборный сайт, как у Михаила Матвеева. Достаточно штрихкода или просто адреса сайта в Сети, чтобы та же логика вывела из кампании большое число других кандидатов независимо от их медийности и партийной принадлежности.
Если Михаил Матвеев сумеет доказать в вышестоящих инстанциях, что ни один из ресурсов, на которых размещены спорные фото, все-таки не был агитационным, это станет основанием сохранить его регистрацию, даже если вопросы по соблюдению прав на интеллектуальную собственность останутся. Однако это будут уже другие суды и другие заявители, а время быстро уходит, до выборов остается лишь один месяц…
В то же время другие кандидаты и партии уже успели распространить агитационные материалы, оплаченные из избирательных фондов, и в них действительно есть спорные моменты, связанные и с использованными фото. Тем более — со шрифтами. Что открывает для них настоящий ящик Пандоры и уникальное окно возможностей для их конкурентов. Причем срочно закрывать паблики или удалять ссылки может быть уже поздно: кому надо — уже успел сделать все скрины и даже заверить их нотариально. Административный ресурс теоретически может защитить определенный круг кандидатов от аннулирования регистрации, но и он не всесилен. В межпартийной борьбе всегда активно использовались жалобы кандидатов друг на друга, чтобы сократить количество конкурентов. Неудивительно, что Михаил Матвеев публично назвал происходящее «юридическим безумием», а в Сети в конце прошлой недели синхронно и вряд ли случайно стали закрываться один за другим сайты многих кандидатов… Выиграть в этой ситуации, очевидно, могут те, кто вообще не ведет кампанию и практически отсутствует в публичном пространстве и в Сети. Такие, как та же Анна Саранцева.
«Очищение» 163-го округа от Матвеева может оказаться для партии власти как в плюс, так и в минус.
Не пустить Михаила Матвеева в новый созыв Госдумы пытаются уже несколько месяцев. Прежде эти попытки носили преимущественно скрытый характер и предпринимались на уровне непубличных консультаций и переговоров. Теперь же благодаря судебному процессу эти попытки не только приобрели публичный характер, но и начали высвечивать тех, кто за ними стоит.
В сентябре 2021 года победу Михаила Матвеева на думских выборах признали не сразу. Итоги голосования в Промышленном округе подвели позже, чем по четырем остальным округам, ссылаясь на поступившие в облизбирком жалобы предыдущего депутата Госдумы от этого округа, единоросса Игоря Станкевича. В ответ г-н Матвеев мобилизовал своих сторонников и публично раскритиковал попытки пересчитать голоса в округе, обратившись в том числе и к бывшему тогда губернатором Дмитрию Азарову. В итоге избирком признал победу коммуниста.
Такой результат окрасил Самарскую область в новый цвет на политической карте России, так как в одномандатных округах коммунисты одержали единичные победы. В Самарской области благодаря победе Михаила Матвеева КПРФ получила сразу 2 из 5 округов (второй достался Леониду Калашникову, победу которого, впрочем, прогнозировали с самого начала кампании).
Источники «СО» утверждают, что и в этом году договоренности на высшем уровне не предполагают победы сразу двух членов КПРФ в одномандатных округах. Тольяттинский округ №159 вновь должен представлять Леонид Калашников, который также включен в федеральный список партии. Тогда как со 163-м округом вышла заминка.
Было очевидно, что «Единой России» в этом округе требуется очень сильная фигура, чтобы победить коммуниста, который является не только популярным политиком со своей командой и поддержкой в федеральном руководстве партии, но также и политтехнологом с большим стажем и опытом работы. Тем не менее соперника ему подбирали достаточно долго, а поставили в итоге на депутата губдумы Александра Живайкина.
Причем с посылом, что в его победу в «Единой России» все равно не особо верят. И, очевидно, до конца в это долгое время не очень верил и сам г-н Живайкин. Во всяком случае, одновременно он выдвинулся и на областные выборы. (Очевидно, чтобы не терять мандат в случае поражения на федеральных выборах.) Теперь его шансы на успех очевидно сильно выросли.
Анна Саранцева оказалась не просто техническим кандидатом, а матерью подчиненного Александра Живайкина по Федерации спортивной борьбы Самарской области — вице-президента Ильи Саранцева. В суде истцы попытались уличить Михаила Матвеева в нарушении прав на использование фотографий с изображением Александра Живайкина.
В суде и комментариях по поводу этого процесса Михаил Матвеев прямо назвал единоросса человеком, который в действительности стоит за иском о снятии его с выборов. Он также полагает, что к этому причастны и областные власти, тогда как администрация президента и федеральные кураторы выборов (в версии Матвеева) не заинтересованы в таких конфликтах на местном уровне (несмотря на принятое накануне Верховным судом РФ решение снять с регистрации партию «Яблоко»).
Такая версия имеет место быть и в рядах партии власти в Самарской области. «Вряд ли это было согласовано на самом верху», — говорит один из единороссов, который провел в регионе не один десяток кампаний. Часть представителей партии власти опасаются, что если решение облсуда не будет отменено, Михаил Матвеев может бросить свои ресурсы на другие округа и возглавить там кампанию по протестному голосованию, что «может повредить результатам «Единой России». «В любом случае из него сделали страдальца… прямо лепят из него этот образ», — говорит собеседник «СО». Есть и иные точки зрения. «Регистрацию Матвееву отменили не просто так, а на основании выявленных и доказанных нарушений закона с его стороны. Как можно рядиться в тогу жертвы, если все, что произошло, ты обеспечил сам себе?» — задается риторическим вопросом другой единоросс.
Бенефициаром такого развития событий в Промышленном округе вполне может стать победа представителя не «ЕР», а совершенно другой партии. Коммунист также заявлял уже о готовности усилить кампанию в Красноглинском округе №161, где от КПРФ выдвинута депутат губдумы Наталья Боброва. Если такая тактика сработает по максимуму, «ЕР» может проиграть уже не 2, а три округа, только на этот раз не только КПРФ. Если же и отстоит своих ставленников, то уже не факт, что общий результат в регионе достигнет требуемых цифр в 50-55%.
Стоит также отметить, что на следующий день после заседания суда Михаил Матвеев также разместил объявление о проведении митинга протеста против его снятия с выборов и в поддержку КПРФ в 20-х числах августа. Если его согласуют (скорее всего, это маловероятно, учитывая, что эпидобстановку, которая то осложняется, то смягчается, в зависимости от ситуации, никто не отменял), то он станет первым после многолетней паузы протестным митингом в Самаре.
Предвыборные споры из-за компьютерных шрифтов как таковых уже сложно считать ноу-хау в юридической практике. И что самое интересное: год назад именно Партия Пенсионеров, которую теперь представляет Анна Саранцева, оказалась в роли ответчика из-за их использования без разрешения правообладателя.
Это дело рассматривалось в Новосибирской области во время выборов в региональное заксобрание. Иск подало реготделение «Справедливой России», указавшее, что ответчик использовал в агитации шрифт Impact, правообладателем которого является американская корпорация The Montore Corporation, и PF DinText Pro Extra Black, принадлежащий компании Parachute worldwide.
Однако суд не счел доказанным, что условия использования этих шрифтов, установленные правообладателями, прямо запрещают их использование на выборах. Кроме того, до начала агитации «пенсионеры» представили эти материалы в избирательную комиссию, и там не возникло вопросов к их содержанию. Решение устояло в апелляционном суде. В итоге партия получила 6,63% голосов и 2 депутатских мандата.
АЛЕКСАНДР ЖИВАЙКИН, депутат Самарской губернской думы
Я только закончил последние встречи в своем округе. Приеду вечером домой, ознакомлюсь с вопросами, которые вы мне задали. Сейчас для меня на первом месте – работа в округе. Безусловно, я посмотрю, что сегодня [14 августа] произошло, и буду готов прокомментировать по факту изучения. Сейчас не готов, потому что некогда было. Работаю в округе.
МИХАИЛ МАТВЕЕВ, депутат Государственной думы от Промышленного округа №163
— Судебный процесс касался вашего участия только в выборах в Государственную думу? На ваше присутствие в списках КПРФ на губдуму решение суда не влияет?
— Я не веду никакой самостоятельной избирательной кампании как один из членов списка. У меня нет ни расчетного счета, ни собственных агитационных материалов.
— То есть при наихудшем для вас раскладе можете снова стать депутатом областного парламента?
— Да. Только это худший расклад не для меня, а для «Единой России». И сразу после окончания выборов я начинаю готовиться к выборам губернатора Самарской области в качестве кандидата. Больше я поблажек давать не буду. Две избирательные кампании великодушно пропустил, но гляжу, власть начала забываться в некоторых вопросах. Решила — если уж Матвеев где-то далеко в Москве сидит, ее не трогает, это является признаком слабости. Но нет, друзья мои! В соответствии с законодательством у нас губернатор и правительство Самарской области подотчетны Самарской губернской думе!
Но, вообще-то, я собираюсь работать в Государственной думе 9-го созыва. И считаю, что тема далеко не закрыта.
— Есть понимание, как может развиваться ситуация в вышестоящих инстанциях, которые расположены уже за пределами Самарской области?
— Чтобы там это решение устояло, надо, чтобы кто-то его на этих уровнях продолжал, скажем так, «курировать». А если это чисто самарская «заготовка», то на следующих этажах правосудия она может развалиться.
На самом деле есть определенные положительные моменты. Некоторые из них произошли буквально накануне сегодняшнего [14 августа] судебного заседания. В подробности вдаваться не буду, но на следующей неделе вылетаю в Москву. И надеюсь, когда вернусь, уже будет все несколько иначе.
Очень серьезно включилась партия во главе с Зюгановым лично. Руководство партии, лидер КПРФ очень серьезно и предметно занимается сейчас решением вопроса, связанного с продолжением моей работы в качестве кандидата.
Я, кстати, только сегодня зарегистрировал в избирательной комиссии достаточно большую порцию своих листовок. И они все пошли в распространение. И мы подали уведомление о проведении митинга протеста на Безымянке.
Есть постановление оперативного штаба области о запрете публичных мероприятий, за исключением мероприятий, проводимых органами власти, а также проводимых в соответствии с законом о выборах. То есть начинаю напоминать людям об акциях протеста, в которых я здесь, скажем так, непревзойденный гуру. Тряхнем стариной.
ВЛАДИМИР ЗВОНОВСКИЙ, президент Фонда социальных исследований
— Как решение суда и снятие Матвеева может повлиять на электоральную ситуацию в Промышленном округе и, может быть, в целом на выборах в Самарской области?
— Основная задача «партии и правительства» — засушить явку, чтобы избиратель на пушечный выстрел не подходил к избирательному участку. Снятие Матвеева прекрасно на это работает. Но произойдет ли это в действительности, что будет дальше, зависит от поведения Матвеева.
С одной стороны, он, конечно, грозил карами небесными судье Родиной и другим. И, несомненно, имеет такие возможности, потому что у него есть кандидаты в Самарскую губернскую думу и сам он остается кандидатом в СГД на совершенно проходном месте. Но, разумеется, его будут пугать тем, что с этого места могут снять.
— По тем же основаниям?
— Скорее, по другим, потому что у него нет агитационных материалов по выборам в губернскую думу. Он их просто не делал. Хотя наверняка где-то использовались шрифты Microsoft, потому что от этого никуда не денешься.
— Кто в итоге выигрывает сейчас от снятия Матвеева с выборов в Государственную думу?
— Думаю, в первую очередь — Живайкин. Тут, что называется, к бабке не ходи, и так все понятно. Но также выиграл и «новолюд» Завтур. Не думаю, что Матвеев будет агитировать в его пользу, но теоретически отсутствие «Яблока» в этом округе, растущий процент сторонников «Новых людей», отсутствие кандидата от КПРФ — это прямо такое антиедросовское бинго, что прям жалко мимо него проходить.
— А Венедиктов от ЛДПР?
— Пять лет назад от ЛДПР был Степанов и он получил там 4-6%. Возможно, у Венедиктова есть шансы на более высокий результат, но я сейчас говорю про общий тренд снижения поддержки «Единой России» и рост поддержки «Новых людей» и КПРФ в стране. «Справедливая Россия» и ЛДПР имеют, скорее, нисходящий тренд. Может быть, в Самарской области это не совсем так. Но пока дело в том, что рост поддержки КПРФ и «Новых людей» в отсутствие «Яблока» создает хорошую основу для кандидата от «Новых людей». Он оставляет далеко позади всех этих ЛДПР, пенсионеров и «Коммунистов России».
— Людмила Николаева
2026 © «Обозрение». Все права на материалы, опубликованные на портале OBOZ.INFO, защищены