Самарский районный суд арестовал у фигурантов громкого уголовного дела о картельном сговоре в медицине все имущество — от скромных дач и квартир до недостроенной и законсервированной в 2016 году «Клиники сердца», главного актива бизнесмена Сергея Шатило.
Удастся ли изъять этот ценный недострой в собственность государства в рамках рассмотрения прокурорского иска о возмещении ущерба от деятельности медицинского картеля? Узнаем уже через две недели.
Скандальное «картельное дело» появилось в 2016 году, в нем шла речь о коммерческом подкупе конкурента и монополизации рынка поставок высокотехнологичного медоборудования. До этого компания Сергея Шатило ООО «СМТ» была лидером на этом специализированном рынке, осуществляя экспансию в ряд соседних регионов РФ (подробнее о бизнесе «СМТ» — в тексте «Сдвинул пласты»).
Изначально Шатило уличили в коммерческом подкупе. В версии силовиков, гендиректор ООО «СМТ» и его заместитель Алексей Санкеев вместе с замминистра здравоохранения Альбертом Навасардяном уговаривали директора ООО «ЦЭХ-Здоровье» Алексея Рогачева отказаться от участия в конкурсе на техобслуживание и ремонт медицинского оборудования в 23 больницах региона в пользу ООО «СМТ».
В случае получения контракта компания Шатило могла освоить в течение нескольких лет 4,3 млрд рублей бюджетных средств. Взамен фирма Рогачева должна была получить субподряд на 180 млн рублей. Из этого эпизода чуть позднее и появилось уголовное дело об ограничении конкуренции, или знаменитое «картельное дело», которое втянуло в себя еще ряд персон: сотрудника областного минздрава Максима Колобова, менеджеров компании «ДжиИ Хэлскеа» Наталью Середавину и Елену Львову, а также старшего инженера сервисного отдела ООО «СМТ» Алексея Бондаренка.
Следователи регионального СУ СКР еще на этапе расследования направили собранные ими материалы в УФАС. Всех причастных к аукциону заподозрили в картельном сговоре. В начале февраля 2017 года областное УФАС опубликовало итоги своего расследования. Как следует из текста официального заявления службы, расследование выявило многочисленные нарушения закона о защите конкуренции. Материалы проследовали из антимонопольного ведомства назад в Следственный комитет — для принятия соответствующего процессуального решения. Так появилось дело об ограничении конкуренции, возбужденное по статье 178 УК РФ, или «картельное дело».
«Картельное дело» на момент возбуждения и расследования не имело аналогов в России, и самарским правоохранителям очень помогло то, что переговоры всех участников долгое время сопровождались тщательной «прослушкой» ФСБ.
С момента возбуждения уголовного дела Сергей Шатило не раз публично заявлял, что именно оно является причиной заморозки амбициозного медицинского проекта — «Клиники сердца», в которую несколько лет инвестировал бизнесмен (подробнее об этом — в тексте «Самый дорогой недострой»).
«Картельное дело» слушалось Самарским районным судом больше года, летом 2019 года был оглашен приговор, из которого пропала статья о коммерческом подкупе. Как посчитал суд, данный состав преступления полностью охватывается статьей 178 УК РФ о картельном сговоре и является излишне вмененным. Реальные сроки за ограничение конкуренции получили Шатило и Навасардян (3,5 и 3 года соответственно). Остальные фигуранты отделались условными сроками.
Летом 2020 года апелляционная инстанция Самарского областного суда заменила наказание Шатило и Навасардяну на условные сроки, оба фигуранта вышли из СИЗО на свободу. Именно эта версия приговора позднее устояла во всех судебных инстанциях. Одно из последних решений по «картельному делу» вынес в феврале 2022 года 6-й кассационный суд общей юрисдикции. Защита фигурантов намеревалась «повоевать» в Верховном суде, но высшая инстанция не приняла к рассмотрению их жалобы.
Одновременно с попытками оправдаться юристы Сергея Шатило попытались через Конституционный суд немного подкорректировать Уголовный кодекс в части исчисления ущерба от картельного сговора (подробнее об этом — в тексте «Открыли ящик Пандоры»). И сделали только хуже как себе, так и коллегам — их проигрыш стал законодательно закрепленной нормой права. И очевидно, что последствия этого дерзкого демарша фигуранты «картельного дела» будут расхлебывать только теперь.
Как сообщила в начале июля 2024 года прокуратура Самарской области, надзорным ведомством предъявлен иск в Самарский районный суд о признании недействительной сделки, ограничивающей конкуренцию, и взыскании в доход государства более 280 млн рублей как «суммы незаконного дохода, полученного в результате реализации запрещенного антимонопольным законодательством соглашения».
Данные об этой тяжбе можно найти на сайте Самарского райсуда. Ответчиками по делу значатся ООО «Современные медицинские технологии», ООО «ЦЭХ-Здоровье», ООО «ДжиИ Хэлскеа», ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина», Сергей Шатило, Наталья Середавина, Алексей Бондаренок, Максим Колобов, Альберт Навасардян, Алексей Санкеев, Елена Львова, Алексей Рогачев, Андрей Сомов, министерство здравоохранения Самарской области.
Житель Казани Андрей Сомов — это бывший собственник ООО «Медсимвол», компании-«двойника» ООО «СМТ» на некоторых торгах.
Иск прокуратуры области поступил в суд 28 июня 2024 года. Дело распределено судье Наиле Сиразовой. На заседании 3 июля 2024 года было выписано восемь исполнительных листов и назначено предварительное судебное заседание — оно пройдет 29 июля 2024 года.
Как следует из формулировок, содержащихся в иске прокуратуры, «картельные соглашения, будучи наиболее опасной формой недобросовестной конкуренции, препятствуют эффективному развитию экономики Российской Федерации», поэтому необходимо «принимать меры по достижению конституционно значимой цели оптимального регулирования экономических отношений, что требует стимулирования свободной рыночной экономики, основанной на принципах самоорганизации хозяйственной деятельности предпринимателей как важных ее субъектов, а также надлежащих гарантий стабильности, предсказуемости, надежности гражданского оборота, эффективности судебной защиты и законных интересов его участников». Также в иске цитируется постановление пленума Верховного суда РФ от 23 июня 2015 года №25, согласно которому «картельное соглашение является антисоциальной сделкой, поскольку действия хозяйствующих субъектов заведомо направлены на получение незаконного дохода за счет бюджетных средств, завуалированы от контролирующих органов, угрожают экономической безопасности государства, подрывают демократические институты и этические ценности, противоречат основам правопорядка и нравственности, а также не отвечают принципу справедливости». Следовательно, «данные соглашения являются ничтожными сделками и в силу закона не порождают правовых последствий».
Прокуратурой области установлено наличие «заведомо не отвечающего нормам правопорядка и нравственности картельного соглашения» между ООО «ЦЭХ-Здоровье», ООО «Современные медицинские технологии», ООО «Медсимвол», ООО «ДжиИ Хэлскеа», ГБУЗ «Самарская областная клиническая больница им. В.Д. Середавина» и областным минздравом (тогда ведомством руководил Геннадий Гридасов. — Прим. ред.).
Эти юрлица вступили в картельный сговор, «заключили в обход закона устную антисоциальную сделку о неправомерном обогащении путем заключения государственных контрактов на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту медицинского дорогостоящего оборудования для учреждений здравоохранения Самарской области» и тем самым реализовали «лживую схему по незаконному обогащению». Речь идет об электронном аукционе №0142200001316004463, анонсированном в апреле 2016 года. Организатором торгов выступала больница имени Середавина, начальная (максимальная) цена контракта превышала 768,022 млн рублей, а общая цена контракта составляла 4,362 млрд рублей (из них 4,249 млрд рублей — это стоимость запчастей).
Заявки на участие в торгах подали ООО «СМТ», ООО «Медсимвол», ООО «МастерМедТех». Последнему юрлицу в участии в торгах отказали. «Медсимвол» предложил цену контракта 4,297 млрд рублей, «СМТ» демпинговали с ценой 4,253 млрд рублей и в итоге победили. Как считают прокуроры, снижение цены позволило «СМТ» получить контракт на техобслуживание 23 медучреждений с извлечением незаконного дохода на сумму 283,52 млн рублей. Список больниц, с которыми планировала работать фирма Шатило, указан в перечне третьих лиц в иске прокуратуры. Для достижения нужного результата «СМТ» пользовались услугами «группы подконтрольных им юридических и физических лиц для опосредованных их взаимоотношений и сокрытия достигнутой договоренности».
В иске есть ссылка на решение УФАС, признавшего наличие в действиях фигурантов «картельного дела» фактов нарушения закона о защите конкуренции. Там же указывается на «недобросовестность, системность, устойчивость, скрытность и беспринципность» действий фигурантов. Решение УФАС устояло при рассмотрении в арбитраже, а незаконность действий фигурантов «картельного дела» подтверждена приговором суда. Стало быть, их тоже можно подвести под взыскание незаконно полученного дохода. Именно вопросам взыскания и посвящен в большей части прокурорский иск. И в рамках обеспечения этого взыскания прокуратура потребовала наложить арест на имущество фигурантов. Эти требования удовлетворены на первом же заседании суда 3 июля 2024 года.
У фигурантов «картельного дела» арестовали буквально все, что нажито непосильным трудом. И если у Сергея Шатило это земля на 1-й просеке и комплекс зданий на углу Галактионовской и Некрасовской, то у его заместителя Алексея Санкеева — квартира в центре Самары и дача в селе Солнечная Поляна под Жигулевском.
Самым же жирным лотом в списке арестованного имущества стало «нежилое здание площадью 25 974,9 кв. м по адресу: г. Самара, ул. Аэродромная, д. 43б, кадастровый номер 63:01:0117003:1642», в котором без труда угадывается «Клиника сердца». Арестован также крытый переход от «Клиники сердца» к кардиодиспансеру. Кадастровая стоимость этих двух объектов — около 1,8 млрд рублей. И главной интригой процесса станет вопрос: удастся ли государству забрать у упрямого собственника этот потенциально интересный и востребованный в интересах общества и системы здравоохранения актив?
Сергей Шатило назвал происходящее кратко — «бред и очередная «заказуха». «Начиная с 2015 года идет попытка рейдерского захвата моего бизнеса, и сейчас мы фиксируем очередное обострение сюжета», — уверяет собственник ООО «СМТ». Участники рынка, опрошенные «СО» на условиях анонимности, не согласны со столь категоричными формулировками. «У Сергея Францевича <Шатило> было немало возможностей «отфиксировать» понесенные на строительстве «Клиники сердца» затраты, продать объект таким образом, чтобы компенсировать значительную часть своих потерь. Он этими возможностями не воспользовался. Недострой просто висел из года в год, и необходимость его охранять, содержать только увеличивала масштаб затрат. Экономики в этом никакой не было, только амбиции. А теперь, пока не завершится процесс, продать здание не получится вообще никому и ни за какие деньги. Посмотрим еще, сколько будут готовы заплатить за недострой потенциальные покупатели, если дойдет до продажи его с торгов, чтобы погасить выставленный прокуратурой счет. Если сумма окажется меньше 280 млн, то Шатило и здания лишится, и еще и должен останется», — констатирует руководитель крупной региональной частной медицинской компании.
Фото: Яндекс карта
СЕРГЕЙ ШАТИЛО, гендиректор ООО «СМТ»
Если охарактеризовать данный иск в двух словах, то это бред и очередная «заказуха». Начиная с 2015 года идет попытка рейдерского захвата моего бизнеса, и сейчас мы фиксируем очередное обострение сюжета. Вообще по данной теме прокуратура, насколько мне известно, возбудилась еще с осени 2023 года, они писали различные письма в ФАС, узнавали детали, задавали вопросы и так далее. Перед этим началась вялотекущая деятельность по переговорам, заходили с разных сторон с предложениями о выкупе областью клиники. Сейчас решили, наверное, таким вот образом простимулировать процесс. Чем все закончится, пока не очень понятно. Но пока все интересанты, кто в этой теме проявлялся, или вдруг умирают, или их сажают либо снимают. Что касается «Клиники сердца» — она стоит под охраной, законсервированная. Стоит, а могла бы лечить людей, спасать жизни.
Суд арестовал банковские счета и имущество ответчиков
АЛЕКСАНДР ЛЯХОВЕЦКИЙ, начальник гражданско-судебного управления прокуратуры Самарской области
Прокуратурой Самарской области в суд предъявлен иск о признании недействительной сделки, ограничивающей конкуренцию, и взыскании в доход государства более 280 млн рублей как суммы незаконного дохода, полученного в результате реализации запрещенного антимонопольным законодательством соглашения.
Проверкой установлено, что в 2016 году фирмы, осуществляющие поставки и обслуживание медицинской техники, вступив в картельный сговор, в том числе с должностными лицами регионального министерства здравоохранения, договорились о заключении 23 государственных контрактов на выполнение работ по техническому обслуживанию и ремонту дорогостоящего медицинского оборудования для учреждений здравоохранения Самарской области по максимально завышенной цене.
В 2017 году решением УФАС по Самарской области эти действия признаны нарушением закона о защите конкуренции.
В 2019 году Самарским районным судом города Самары участники картеля — директор медицинской фирмы и его заместитель, а также заместитель регионального министра здравоохранения и руководитель управления министерства — осуждены по части 5 статьи 33, части 3 статьи 30, пунктам «а», «в» части 2 статьи 178 УК РФ (пособничество в покушении на ограничение конкуренции, совершенное с использованием служебного положения, повлекшее извлечение дохода в особо крупном размере) и части 1 статьи 286 УК РФ (превышение должностных полномочий) и приговорены к наказанию в виде лишения свободы.
Картельный сговор привел к необоснованному отчуждению бюджетных средств в размере свыше 280 млн рублей на выполнение государственных контрактов.
Исковое заявление направлено в Самарский районный суд города Самары. По ходатайству прокурора суд в целях обеспечения иска арестовал банковские счета и имущество ответчиков.
Самый дорогой недострой
Несмотря на все передряги, у Сергея Шатило до сих пор оставался его главный туз в рукаве — почти достроенная и дооснащенная «Клиника сердца». Кадастровая стоимость основного здания и крытого перехода к соседнему зданию областного кардиодиспансера на сегодняшний день превышает 1,759 млрд рублей. В замороженном состоянии объект находится уже 8 лет — с момента возбуждения уголовного дела в отношении Шатило. С чего же все начиналось?
О масштабных планах строительства нового кардиоцентра в Самаре впервые заговорили в 2012 году. Стоимость проекта оценивалась в 3 млрд рублей, планировалось, что клинику будут строить на условиях частно-государственного партнерства: Шатило помогут землей и коммуникациями и обеспечат государственным заданием, а услуги для пациентов будут оплачиваться из средств ОМС. В новой клинике, оснащенной высокотехнологичным медицинским оборудованием, должны были разместиться диагностика, операционный блок на 11,5 тыс. кардиохирургических операций в год, отделения реанимации. «Старому» кардиоцентру при этом отводились задачи подбора пациентов и послеоперационной реабилитации, а также стационарного лечения тех, кому не требовалось хирургическое вмешательство.
У проекта были и тайные противники — с введением «Клиники сердца» в эксплуатацию многие лечебные учреждения региона лишились бы квот на лечение «сердечников» и попали под сокращение кардиохирургических отделений. Есть версия, что против Шатило сыграли и эти его оппоненты.
В январе 2014 года ООО «СМТ» заключило инвестиционный меморандум с правительством Самарской области. Как следовало из документа, затраты на строительство и оснащение новой клиники целиком ложились на ООО «СМТ». Планировалось, что кардиоцентр заработает в 2016 году. Стройка шла бодро, даже несмотря на то, что курс евро в конце 2014 года заметно скакнул: инвестор публично заявил, что затраты на покупку импортного высокотехнологичного оборудования были «оптимизированы».
Проект подкосило уголовное дело Шатило: сразу после его появления бизнесмен ультимативно заявил, что замораживает клинику до момента прекращения своего уголовного преследования. На тот момент в стройку было вложено порядка 1,5 млрд рублей, полностью выполнены черновые работы, частично — чистовые, закуплено оборудование для исследований, например МРТ, КТ, ангиографы.
С тех пор уже 8 лет «Клиника сердца» стоит в законсервированном состоянии и является самым дорогим региональным недостроем. Сам Сергей Шатило оценивал степень ее готовности на момент заморозки примерно в 90%. Содержание объекта обходится недешево: на март 2021 года 300 тыс. рублей в месяц стоила только охрана клиники. «Я не собираюсь никому ни отдавать «Клинику сердца», ни продавать задешево, как бы меня ни уговаривали. Меня все устраивает», — говорил тогда Шатило в интервью «СО».
Переговоры о продаже клиники велись, и не раз. В 2018 году появилась неофициальная информация, что самарским проектом может заняться новый мощный инвестор — УК «Лидер», аффилированная с ВЭБом и «Газпромом». Затем интерес к активу проявлял собственник одной из крупнейших строительных групп Красноярского края «Монолитхолдинг» Разим Абасов. В итоге все переговоры ни к чему не привели, а летом 2022 года была ликвидирована компания-оператор объекта ООО ММЦ «Клиника сердца».
Инвестиционный меморандум с властями расторгли по итогам арбитражной тяжбы еще раньше — в мае 2019 года.
Интрига заключается еще и в том, что земельный участок под клиникой находится в государственной собственности и срок аренды участка истекает в 2025 году. Успеет ли Сергей Шатило за оставшиеся месяцы разрешить новый конфликт с прокуратурой и найти покупателя на свой основной актив? Большой вопрос.
Фото: Игорь Горшков
Сдвинул пласты
«Картельное дело» интересно, в первую очередь, тем, что в разное время в него так или иначе было вовлечено очень много медийных фигур. Впрочем, медицинский компромат использовался всеми по-разному. Откуда же вообще взялся этот максимально скандальный поставщик — ООО «СМТ»?
Компания Сергея Шатило ООО «Современные медицинские технологии» (ООО «СМТ») была создана в 2001 году и уже к концу нулевых активно осваивала рынок поставок медицинского оборудования и расходных материалов. У «СМТ» тогда были дилерские контракты с рядом ведущих производителей (Richard Wolf, Olimpus, Philips, Maquet, Medtronic) и московскими дистрибьюторами. Специалисты компании Шатило не только поставляли высокотехнологическое мед-оборудование, но и оказывали услуги по его установке и монтажу, а также послепродажному и постгарантийному сервисному обслуживанию.
Положение ООО «СМТ» на региональном рынке поставок медтехники нередко называли привилегированным, причем фирма не теряла позиций даже при трехкратной смене руководства областного мин-здрава (Галина Гусарова, Вадим Куличенко, Геннадий Гридасов). За период с 2007 по 2010 год ООО «СМТ» выиграло все торги, в которых принимало участие. Совпадение или нет, но в большинстве торгов, где компания «СМТ» побеждала, она была единственным участником, или же на конкурс заводились аффилированные с этим юрлицом участники.
В итоге такой наступательной политики в 2009 году фирма Шатило вошла в сотню самых быстро развивающихся компаний Самарской области, а к 2012 году совокупная выручка группы «СМТ» приближалась к 2 млрд рублей.
У Сергея Шатило был и непрофильный бизнес. Это доли в фирмах «ОДФ» и «СМЗ», которые занимались производством металлоконструкций, учредительство в компаниях «Волжские сосны», «Волжское раздолье» и «Дионис», которые известны как арендаторы участков нацпарка «Самарская Лука» (еще одним учредителем «Диониса» когда-то была Галина Гусарова — будущий министр здравоохранения региона). Также Сергей Шатило был соучредителем лодочной станции «Мастрюково-1» на Мастрюковских озерах.
Развивающийся бизнес «Современных медицинских технологий» быстро вышел за пределы региона. Как сообщалось на сайте «СМТ» (он заморожен с 2019 года), «за время работы на рынке компания завершила несколько сотен проектов по оснащению и переоснащению медицинских учреждений различного профиля в Самаре, Тольятти, Москве, Тюмени, Пензе, Новосибирске, Саратове, Астрахани, Ульяновске, Нижнем Новгороде, Свердловске, Томске, Ростове, Ханты-Мансийском и Таймырском автономных округах, Краснодарском крае, Республике Бурятия». Уже в 2012-2013 годах «СМТ» в СМИ называли компанией, «подмявшей под себя многомиллиардный рынок госзакупок медоборудования в Самарской области и победно шагающей по стране».
В какой же момент в бизнесе Сергея Шатило все пошло не так? Ряд экспертов «СО» связывают начало конца амбиций проекта «СМТ» с крушением банка «Приоритет».
В «Приоритет» Шатило, его деловой партнер Сергей Попов и группа лиц, связанных с околомедицинской тусовкой, пришли в начале нулевых. Затем доля Шатило и Попова была продана, но глава «СМТ» хранил в банке около 350 млн рублей. Осенью 2014 года банк лишился лицензии, причем это банкротство сопровождалось целой серией скандалов. Еще за два месяца до отзыва лицензии «Приоритет» был стабильно работающим кредитным учреждением. Его сгубили недопонимание между его акционерами (Виктор Развеев) и менеджментом (Денис Машков) и последовавшие затем «странные и непрофессиональные действия» руководства.
Сергей Шатило пытался спасти свои деньги в рухнувшем банке и даже рассматривал возможность покупки «Приоритета». В итоге он пострадал от коллапса кредитного учреждения больше всех (менеджмент банка свои деньги благополучно вывел). Не помогла даже давняя дружба: глава «СМТ» и председатель правления «Приоритета» Денис Машков на тот момент были соседями.
Именно история с «Приоритетом» стала той точкой невозврата, после которой все события вокруг «СМТ» стали разворачиваться по какой-то непредсказуемой спирали. Осенью 2015 года неизвестные лица слили в сеть материалы налоговой проверки ООО «СМТ», причем эти материалы стали лишь поводом в очередной раз «отминусовать» тогдашнего губернатора Самарской области Николая Меркушкина.
Примерно тогда же появилось уголовное дело о сокрытии руководством «СМТ» 33 млн рублей от уплаты налогов. Затем это дело свернули, но из него вырос новый медийный скандал — знаменитое «дело блогеров», заявителем на которых стал Сергей Шатило. В рамках этого дела правоохранители задержали Дмитрия Бегуна, Наталью Миронову (Умярову) и Олега Иванца, которые вели блоги на платформе «Живого журнала». По версии следствия, все трое вымогали у Шатило крупные денежные суммы за нераспространение компрометирующей информации.
В рамках «дела блогеров» опрашивали депутатов и лиц из высшего руководства области, а блогер Бегун вообще дал на следствии показания, что якобы осуществлял информационный шантаж по указанию тогдашнего губернатора Николая Меркушкина. Скандал прогремел на всю страну, а закончилось все реальными сроками для троих фигурантов.
Сам Шатило спустя несколько месяцев попал в историю с коммерческим подкупом и стал фигурантом уголовного дела. В начале 2017 года по инициативе УФАС ООО «Современные медицинские технологии» было внесено в реестр недобросовестных поставщиков. Затем «СМТ» и компания «Медсимвол» — технический дублер фирмы Шатило на торгах — были признаны антимонопольщиками виновными в заключении ограничивающего конкуренцию соглашения и оштрафованы.
Вообще все истории, связанные с бизнесом Шатило, в итоге затронули очень многих людей. Это и бывший губернатор Николай Меркушкин — якобы именно ему принадлежала амбициозная идея строительства «Клиники сердца». И якобы тот же Меркушкин дал «СМТ» возможность зарабатывать на контрактах после краха банка «Приоритет», чтобы «стройка века» не встала. В итоге же все обернулось «картельным делом».
Процессы вокруг «СМТ» развивались на фоне острого противостояния Меркушкина и депутата Госдумы Александра Хинштейна, а история уголовного преследования Шатило стала аргументацией в руках противников действовавшей тогда областной власти. Эта титаническая борьба, сопровождавшаяся публичными скандалами и сливом компромата, закончилась тем, что Хинштейн снялся с майских праймериз 2016 года в Государственную думу. Его оппонент Меркушкин протянул после этого недолго — спустя год он ушел в добровольную отставку. И история с медицинским картелем стала своеобразным катализатором этих политических процессов.
Были и другие пострадавшие. Вступившийся было за Шатило депутат губдумы Вячеслав Малеев в итоге поплатился своей местной политической карьерой. В 2016 году, перед выборами в Государственную думу, на которые кандидатуру Малеева уже согласовали, он попал под информационный прессинг со стороны Александра Хинштейна и сошел с дистанции. В дальнейшем Малеев покинул и областной парламент и сосредоточился на управлении своим бизнесом.
Осенью 2017 года, когда Николай Меркушкин уже ушел, Сергей Шатило в интервью «СО» заявил: «Прежнее руководство области поддерживало нас только на словах». Это был своеобразный комплимент в адрес нового губернатора Дмитрия Азарова, вместе с которым довольно скоро в регион вернулся и депутат Александр Хинштейн. Впрочем, все эти политические перемены на развитие «картельного дела» никак не повлияли — оно шло своим чередом.
Сам Сергей Шатило отрицает, что «картель» и заморозка «Клиники сердца» — части одного ребуса, в основе которого лежит банкротство «Приоритета». «Конечно, крах банка «Приоритет» по нам сильно ударил. Но ООО «Современные медицинские технологии» выигрывало контракты только потому, что являлось одной из ведущих компаний на региональном рынке, вся прибыль вкладывалась в строительство «Клиники сердца», а саму компанию ФНС рассматривала как крупного налогоплательщика. Когда пришел Меркушкин, у меня оборот упал вдвое. И если кто-то считает, что он очень сильно нам помог, тот ошибается. Нам стало труднее работать», — говорил Шатило в интервью «СО» в 2021 году, вскоре после выхода из СИЗО. Тогда уже и Меркушкина давно не было в Самаре, да и основной бизнес «СМТ», по сути, перестал существовать: за время боев всех со всеми на медицинский рынок Самарской области пришли новые поставщики.
Открыл ящик Пандоры
В новой волне проблем в какой-то степени можно считать виноватым самого Сергея Шатило. Собственник «СМТ» всегда отличался несговорчивостью и даже своеобразной «упертостью», а эти качества в бизнесе скорее минус, нежели плюс. Адвокаты бизнесмена бились за его оправдание в судах всех инстанций и почти дошли до Верховного суда, который слушать их не захотел. Кроме того, были споры принципиально иного порядка — Шатило и его команда пытались оспорить даже Уголовный кодекс РФ. Правда, не весь, а лишь положения статьи 178 об ограничении конкуренции, по которой, собственно, его и осудили. Этот не очень громкий процесс шел в Конституционном суде.
Адвокаты бизнесмена пытались оспорить сумму вмененного ущерба, указывая на то, что расчет суммы незаконно извлеченного дохода применительно к статье 178 УК РФ является ошибочным, поскольку якобы произведен без учета понесенных организацией расходов. И вот именно с этим вопросом юристы Шатило пошли в Конституционный суд.
В апреле 2023 года КС РФ посвятил этому делу целое постановление №19-П «По делу о проверке конституционности части первой и пункта «в» части второй статьи 178 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также пункта 1 примечаний к данной статье в связи с жалобой гражданина С.Ф. Шатило».
Как говорится в постановлении КС РФ, «квалифицируя содеянное, суд исходил из того, что доход, который С.Ф. Шатило намеревался получить, реализовав преступный умысел, равен предусмотренному в заключенном контракте (контрактах) максимальному значению цены (768 022 105,66 руб.), а значит, в силу пункта 1 примечаний к статье 178 УК Российской Федерации является особо крупным. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Самарского областного суда от 15 июля 2021 года приговор изменен, а назначенное наказание постановлено считать условным.
При этом суд апелляционной инстанции отметил, что сумма полученного виновным дохода — с учетом квалификации деяния в качестве покушения на преступление — обоснованно определена как весь доход, полученный за все время существования картельного соглашения (выручка). В свою очередь, судебная коллегия по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции, в определении от 9 февраля 2022 года подтвердив законность постановленного приговора, согласилась с тем, что весь доход, полученный в случае ограничения конкуренции, является незаконным, как и в случае незаконного предпринимательства, поскольку при соблюдении закона хозяйствующий субъект не смог бы осуществить такую деятельность, а признание победителем аукциона состоит в прямой причинно-следственной связи с совершением уголовно наказуемого деяния».
Конституционный суд РФ, в частности, указал, что подход, предложенный юристами Шатило, приводил бы к тому, что «приготовление к преступлению или покушение на преступление, когда соответствующие расходы еще не понесены, при прочих равных влекли бы более тяжкие последствия для нарушителя, нежели оконченное преступление, когда понесенные расходы поддаются документальному подтверждению и оценке».
В версии КС РФ, у такого преступления, как картельный сговор, общественная опасность выражена, помимо прочего, через размер неосновательно полученного дохода.
В итоге Конституционный суд постановил: «доходом, извлечение которого в крупном или особо крупном размере служит одним из условий (признаков) для привлечения к уголовной ответственности, применительно к заключению ограничивающего конкуренцию соглашения (картеля) с целью повышения, снижения или поддержания цен на торгах является цена контракта, заключаемого по результатам таких торгов, без ее уменьшения на размер каких-либо расходов, в том числе произведенных или необходимых (планируемых) в связи с исполнением этого контракта, включая расходы по уплате обязательных публично-правовых платежей». Это постановление КС окончательно и не подлежит обжалованию.
И эта норма, с легкой руки юристов Сергея Шатило, по всей видимости, станет обязательной при рассмотрении всех картельных дел, поскольку «конституционное равноправие может быть обеспечено лишь при условии единообразного понимания нормы, которое исключает противоречивую правоприменительную практику и предполагает одинаковый подход к лицам, находящимся в равных или сходных условиях. Иное ослабляет гарантии государственной защиты прав, свобод и законных интересов граждан». Как говорится в постановлении КС РФ, «любое уголовное правонарушение и санкция за его совершение должны быть четко определены в законе так, чтобы исходя непосредственно из текста нормы (при необходимости — с помощью толкования, данного ей судами) каждый мог предвидеть правовые последствия своих действий или бездействия».
В обозримой перспективе правоприменительная практика не будет учитывать расходы
АНТОН АТЯСКИН, адвокат АБ «Яблоков и партнеры»
Размер извлеченного дохода является квалифицирующим признаком составов ряда преступлений в сфере экономической деятельности.
Наличие данного элемента объективной стороны обязательно для квалификации действий как преступных (незаконная организация и проведение азартных игр, незаконная банковская деятельность, незаконные производство и (или) оборот алкогольной и табачной продукции). До недавнего времени размер извлеченного дохода учитывался также при квалификации незаконной предпринимательской деятельности.
Традиционно под доходом принято понимать любые материальные ценности, полученные за определенный период времени, без учета понесенных за тот же период расходов.
В то же время судебная практика по данному вопросу была не всегда однозначной.
В конце 1990-х годов Верховный суд РФ в решениях по конкретным уголовным делам и в обобщающих обзорах высказывал позицию, согласно которой извлечение дохода в крупном размере составляет выгоду, полученную от незаконной предпринимательской деятельности, за вычетом расходов, связанных с ее осуществлением.
Однако в ноябре 2004 года в постановлении Пленума ВС РФ «О судебной практике по делам о незаконном предпринимательстве» был высказан кардинально иной подход о том, что под доходом следует понимать выручку без вычета расходов, связанных с такой деятельностью.
Конституционный суд РФ в этом отношении более последователен. Выраженная им в 2023 году позиция о том, что расходы не должны учитываться при определении преступного дохода применительно к ограничению конкуренции (статья 178 УК РФ), полностью согласуется с решениями 2010 года по делу о незаконном предпринимательстве и 2016 года по делу о незаконной организации и проведении азартных игр.
Полагаю, что в обозримой перспективе правоприменительная практика не будет учитывать понесенные расходы при установлении размера преступного дохода.