Бывший сотрудник Пестравского маслозавода требует с предприятия 500 млн рублей

Самарец Юрий Гатауллин пытается взыскать с Пестравского маслозавода и ООО «Компания Молторг» полмиллиарда рублей за якобы незаконное многолетнее использование популярного в Поволжье бренда «Пестравка».

Читайте также:

В Тольятти будут судить членов ОПС, оказывавших незаконные услуги алкоголикам

В Самаре за нарушение антикоррупционного законодательства оштрафовали две гостиницы

Самарского предпринимателя объявили в федеральный розыск из-за неуплаты НДС

Больше

Правообладатель торговой марки считает происходящее попыткой рейдерского захвата успешного бизнеса с  более чем 20-летней историей. Участники рынка и эксперты с ним согласны.

Почти два года в судах различных инстанций длится рассмотрение иска самарца Юрия Гатауллина к предприятиям, выпускающим продукцию под брендом «Пестравка». Суть конфликта в следующем.

Человек, утверждающий, что 20 лет назад сделал карандашный набросок изображения коровы Пестравки — той, которую сейчас в регионе знает практически каждый по упаковке молочной продукции, пытается отсудить у Пестравского маслозавода и ООО «Компания Молторг» (на нее зарегистрирован бренд «Пестравка») 500 млн рублей за якобы незаконное использование объекта интеллектуальной деятельности — изображения той самой коровы, которую окончательно дорисовывали профессиональные дизайнеры. Истец считает, что предприятия два десятилетия зарабатывали на образе коровы и теперь должны ему солидную сумму.

Впервые о своих претензиях экс-сотрудник ООО «Молторг» (организации, некогда занимавшейся реализацией и продвижением продукции маслозавода) Гатауллин заявил в 2021 году, обратившись в Советский районный суд Самары. Спустя год было вынесено решение о взыскании в его пользу более 71 млн рублей с Пестравского маслозавода и «Компании Молторг». Ответчики попытались оспорить это решение, однако 13 октября 2022 года судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда увеличила взысканную сумму до 83 млн рублей. Уже в 2023 году, 7 февраля, указанные судебные акты были отменены Шестым кассационным судом общей юрисдикции. Дело снова направили на рассмотрение в Советский райсуд Самары. И тут истец увеличил исковые требования до 500 млн рублей.

«Почти два года длятся судебные разбирательства по вопросу, где, казалось бы, все очевидно, — говорит директор ООО «Компания Молторг» Александр Астафуров. — Гатауллин работал у нас с апреля 2000 года менеджером по рекламе, в его обязанности входило продвижение продукции предприятия, организация рекламных компаний. Именно тогда, в начале 2000-х, был создан первый видеоролик с главным героем — коровой. Насколько знаю, это было коллективное творчество небольшого тогда числа сотрудников. Потом изображение коровы много раз дорабатывали приглашенные профессиональные дизайнеры и маркетологи. Роспатент в марте 2009 года зарегистрировал логотип с коровой как графический товарный знак «Компании Молторг». Сейчас суды почему-то не берут в расчет то, что корову рисовали приглашенные специалисты при создании видеоролика, а Гатауллин просто участвовал в этом как сотрудник компании. При этом за 20 лет он ни разу не возражал против использования изображения коровы в коммерческой деятельности в качестве товарного знака на этикетках выпускаемой продукции». По словам Александра Астафурова, все эти годы экс-сотрудник не нес никаких расходов по продвижению бренда на рынке. «За маркетинг, рекламу, акции, распространение и сбыт продукции — за все платило предприятие. А он просто ждал, когда торговая марка раскрутится и станет приносить стабильную прибыль», — заметил он.

В «Молторге» отмечают, что, увольняясь по собственному желанию в 2020 году, Юрий Гатауллин в соглашении сторон письменно подтвердил отсутствие претензий к работодателю, получил все положенные по закону выплаты и дополнительное денежное вознаграждение в размере 140 тыс. рублей.

По оценке юристов, случаи, когда бывшие сотрудники требуют с работодателей компенсацию за работу, бывают. «Но практика показывает, что обычно эти требования возникают в момент увольнения, а не спустя три-четыре года. И, конечно, счет не идет на десятки и тем более сотни миллионов рублей», — говорит к.ю.н., старший партнер Адвокатского бюро «Яблоков и партнеры» Марина Жирова. «То обстоятельство, что истец обратился в суд спустя более чем 20 лет с момента начала повсеместного использования товарного знака, свидетельствует о его явной недобросовестности, — отмечает эксперт. — Очевидно, что взыскание заявленных истцом сумм с ответчиков было бы невозможно в момент создания рисунка: образ персонажа был тогда никому не известен, ответчики не имели такого объема производства, как сейчас».

Специалисты по патентному праву также удивлены претензиями Юрия Гатауллина. «Существует судебная практика, когда суды отказывают истцу в его требованиях, если его действия по подаче иска противоречат его предыдущему поведению, — отмечает региональный директор юридической фирмы «Городисский и Партнеры» Татьяна Коровина. — Данный случай — как раз яркий пример такого противоречия между двадцатилетним молчанием истца и его внезапными многомиллионными требованиями».

Комментарий Юрия Гатауллина по конфликту с экс-работодателем редакции получить не удалось.

Между тем о ситуации высказался и директор Пестравского маслозавода, выпускающего основную часть ассортимента бренда «Пестравка», Николай Астафуров. «На наш взгляд, исполнение судебных актов, похоже, принимаемых под давлением, может привести к невыплате заработной платы сотрудникам предприятия, приостановке его работы, — говорит он. — Завод, десятилетиями обеспечивающий Поволжье натуральными и качественными молочными продуктами, может прекратить существование, оказавшись не в состоянии выплатить суммы, которые, по сути, и платить-то не должен!» «Нам непонятно, почему по настолько очевидно сфабрикованному иску до сих пор нет отказа, — возмущается человек, организовавший выпуск продукции бренда 20 лет назад. — Два года коллектив держат в напряжении, и при этом суммы требований постоянно растут в геометрической прогрессии. Может, скоро нам предложат отдать весь завод за рисунок?» «Возможно, мы сгущаем краски, — отмечает он. — Но на заводе поговаривают, что наглость бывшего коллеги объясняется поддержкой некой группы влиятельных лиц. А это уже похоже на ОПГ и рейдерский захват».

Меж тем участники самарского бизнес-сообщества также озадачены ходом и длительностью судебных разбирательств. «Я в курсе процесса вокруг бренда, — говорит генеральный директор «Тольяттимолока» Максим Обуховский. — Несмотря на то, что мы — конкуренты, искреннее сочувствую коллегам по рынку. Надеюсь, суд будет объективен и вынесет справедливое решение. Многое удивляет в этой истории. Она похожа на заказ, в чем-то даже шантаж и не вполне добросовестную конкуренцию. Возникает множество вопросов. Если ты считаешь себя автором изображения, почему иск не к Роспатенту, зарегистрировавшему бренд? Почему спустя столько лет? Откуда такая сумма?! Удивляет и стоимость рисунка. Может быть, мы все не тем занимаемся и надо рисовать? И главное — как в будущем должны защищать себя предприятия от попыток подобных афер?»

АЛЕКСЕЙ СОРОКИН, исполнительный директор Ассоциации молочных производителей «Дамол»

«Пестравка» — действительно популярный бренд в Поволжье. В настоящий момент она — лидер в продажах традиционной молочной продукции и полутвердых сыров в Самарской области. Однако исследования рынка показывают, что популярность этой продукции объясняется вовсе не использованием упаковки с коровой, а все-таки неизменно высоким качеством ее продукции, применением только натурального молока в производстве, годами отработанных технологий и рецептур. Вся эта история дурно пахнет. Такое ощущение, что за господином Гатауллиным кто-то стоит. Иначе как объяснить то, что этот нелепый процесс длится так долго?!

ТАТЬЯНА КОРОВИНА, региональный директор юридической фирмы «Городисский и Партнеры»

Еще в 2009 году государство предоставило предприятию исключительное право на товарный знак с изображением коровы. Этот знак действует. Истец его не оспорил. Это означает, что до тех пор, пока у предприятия есть право на товарный знак, его использование не может считаться нарушением возможных прав Гатауллина. Большой вопрос: почему истец более двадцати лет молчал, хотя очевидно, что знал об использовании предприятием изображения, и заявил свои требования только тогда, когда бренд «Пестравка» приобрел широкую известность благодаря высокому качеству продукции, грамотной многолетней работе отделов продаж и маркетинга всего предприятия, а не одного конкретного сотрудника?

— Мария Лазарева