Нериус Бараса: ««Крылья» – первые, кто представил в «пляжке» бренд большого футбола»

Экс-защитник «Крыльев Советов» после ухода из большого футбола стал одним из основоположников пляжного футбола в регионе. И именно в этой дисциплине он добился своего наиболее статусного титула — чемпиона мира. Почему бразильские звезды жили у него в бане? Какие изменения произошли в пляжном футболе за последние 15 лет? Что не отпускает его из Самары на родину в Литву?

Читайте также:

«Крылья» сделали ставку на молодежь

Самарский ФК «Крылья Советов» продлил контракт с Тарханом Джабраиловым

C футбольных «Крыльев Советов» взыскали еще 12 млн рублей в пользу «РТ-Капитал»

Больше

Об этом экс-защитник «Крыльев Советов», чемпион мира по пляжному футболу, а ныне член совета директоров ПФК «Крылья Советов» Нериус Бараса рассказал в интервью «СО».

— Правда ли, что пляжный футбол в Самарской области появился благодаря «Крыльям Советов»?

— Не совсем все так. Пляжный футбол в Самаре был и до «Крыльев» — я напомню, что уже тогда была команда «Спутник». Именно на базе «Спутника» мы создали команду по пляжному футболу (день рождения пляжных «Крыльев Советов» — 9 июня 2010 года. — Прим. ред.). Тогда большие «Крылья» возглавлял Виктор Развеев. У нас с ним были хорошие отношения, и я лично пришел к нему попросить, чтобы он разрешил пляжной футбольной команде выступать в официальных турнирах РФС под брендом «Крылья Советов». И это предложение президент клуба поддержал. Так из маленькой инициативы вырос большой клуб, а в Самаре появилась вторая команда по пляжному футболу. И да — «Крылья Советов» стали первыми, кто представил в «пляжке» бренд команды большого футбола. Потом потихонечку стали появляться и другие пляжные команды с брендами «Большого Брата» — ЦСКА, «Спартак», «Локомотив».

— Значит, Самара стала первопроходцем?

— Получается, что так. Наш дебютный официальный турнир пришелся на первый этап Поволжской лиги пляжного футбола, который, кстати, проходил в Самаре. Мы тогда выиграли все матчи и уступили только в финале саратовской «Дельте». Но в этом же сезоне мы выиграли Кубок России, который тоже прошел в Самаре (в финале Кубка России-2010 «Крылья Советов» выиграли у санкт-петербургской IBS 4:3. — Прим. ред.).

— В этом Кубке «Крылья» проиграли только один матч?

— Да, и причем проиграли в серии послематчевых пенальти на групповом этапе (самарцы уступили московской «Балтике-Миллениум». — Прим. ред.). И тогда двое наших стали лучшими игроками турнира — «Лучшего вратаря» получил Андрей Бухлицкий, а «Лучшего игрока» — Юрий Горчинский.

— А вы стали лучшим бомбардиром «Крыльев» в дебютном сезоне, забив семь мячей. Помните, кто еще входил в состав первых «Крыльев»?

— Поименно мне сейчас непросто вспомнить, сколько лет прошло уже. Не обессудьте, если кого забыл. Кроме меня в команде было много самарских игроков. Это и Александр Никулин, и Сергей Заводчиков, и Александр Буклеев, и Константин Тузов. К нам присоединились игроки пляжной сборной России Андрей Бухлицкий, Юрий Горчинский, Руслан Аманов и Анатолий Корчагин. Потом, через год, когда нашли спонсоров, появились первые легионеры: бразилец Фернандо (Фернандо Луис де Оливейро — лучший бомбардир команды в сезоне-2011 — 22 мяча. — Прим. ред.). Затем к нему присоединились Родриго и Сидней Соуто, португалец Алан (Алан Марсело Феррейра Кавальканти, лучший бомбардир «Крыльев» в 2012 году — 14 голов. — Прим. ред.). Я их хорошо помню, потому что у клуба было скромное финансирование и ребята жили у меня в бане.

— В бане?

— Реально. (Смеется.) У меня была двухэтажная баня, и они жили на втором этаже. Ну не было у клуба столько денег, чтобы им гостиницу оплачивать. А мама моя, которая в то время приезжала в Самару погостить, их кормила.

— То есть легионеры еще и столовались у вас?

— Да, это правда. (Смеется.) Это было самое начало, становление команды.

— А вообще — это был частный проект? Бюджетные средства не учитывались, просто нашли спонсоров?

— Да, в большинстве своем это было частное финансирование. Я ходил по друзьям, по знакомым, свои средства вкладывал немножко. Мои друзья из Волжского социального банка помогали, и мы даже в сезоне 2013 года выступали под названием «Крылья Советов — ВСБ» (по сокращенному названию спонсора. — Прим. ред.). И звездные игроки у нас появились благодаря поддержке ВСБ.

— Если сравнить вашу карьеру в пляжном и большом футболе, статусных медалей больше именно в «пляжке». Но как вы лично вообще решились сменить газон на песок?

— Все получилось спонтанно, знакомый позвал: «Не хочешь поиграть за «Спутник»?» Я ведь футбольную карьеру из-за травмы довольно-таки рано закончил — в 29 лет. Честно говоря, я тогда не хотел этот футбол (пляжный. — Прим. ред.) вообще видеть. Но вот как-то пришел, поиграл, и что-то меня зацепило. Мне понравилось, и я сказал, что если буду играть в этом проекте, то надо делать все не как любители, а как профессионалы или как минимум полупрофессионалы. И помимо того, что я сам играл, стал участвовать в поисках финансирования, чтобы уже люди получали зарплаты и могли ездить на турниры.

— Насколько, по вашему мнению, важно развитие в регионе такого вида спорта, как пляжный футбол?

— Помимо того, что это важный социальный и спортивный проект, сохранение традиций, потому что команда является одним из старейших представителей данного вида спорта в стране? Этот вид спорта давно стал самостоятельным и по-прежнему интересен самарцам. Я напомню, что когда мы играли Кубок России, трибуны пляжного стадиона были забиты до отказа — 3000 болельщиков, вся набережная была битком. На протяжении всей истории пляжных «Крыльев» каждый этап чемпионата России, каждый Кубок страны, да любые официальные матчи с участием самарских команд собирают трибуны, демонстрируя то, что людям это нужно.

— В этом году «Крылья Советов» впервые пошли на понижение дивизиона — это логичное течение событий или форс-мажор?

— Честно, я не знаю внутреннюю кухню, но знаю одно: если нет финансов, ты ничего не сделаешь в Высшей лиге. Возможно, смена дивизиона на 1-й — это шаг назад. Но не исключено, что ситуация изменится, появятся поклонники пляжного футбола, готовые профинансировать этот проект, и «Крылья» вернутся в элиту. Все-таки это такой бренд! Я продолжаю общаться с Российским футбольным союзом, и они действительно очень сожалеют, что в этом сезоне чемпионат проходит без «Крыльев». И тут есть другой важный момент — за редким исключением, один из этапов чемпионата России проходил в Самаре. И он всегда — один из самых лучших, наравне с Питером и Москвой. Точно скажу: каждый представитель РФС, который сюда приезжает, кайфует от организации. Им всегда очень нравится самарский этап. Поэтому они очень сожалеют, что сейчас такого тура в Самаре не будет.

— А вообще у пляжного футбола есть перспективы и будущее именно в Самаре?

— Конечно, будущее есть. Но, повторюсь, все связано с финансами. И пока не будет именно пляжного стадиона (я говорю не о площадке, что имеется на Первомайском спуске, а о полноценном комплексе — стадион, манеж, где можно играть круглый год), я не вижу смысла говорить о развитии пляжного футбола как вида спорта.

— То есть у пляжного футбола есть перспективы стать массовым видом спорта?

— Однозначно. Но для этого нужно создать необходимые условия. Можно и школу открыть, чтобы дети начинали заниматься с детства. Это необходимо и востребовано. Я сейчас даже не говорю о том, что многие профессиональные футболисты тренируются на песке, потому что там ведь другие мышцы работают, что немаловажно в тренировочном процессе. Нужно принять тот факт, что российская лига пляжного футбола — это самая лучшая лига в мире! Все топовые игроки мирового уровня хотят попасть в Россию и играют у нас. Даже когда 13 лет назад я приглашал легендарного бразильского нападающего Буру (Энрике да Силва. — Прим. ред.) — он был на тот момент семикратным чемпионом мира. Семикратный! Понятное дело, легионеры приезжают сюда, чтобы денежку заработать. Но это лишь подтверждает тот факт, что лучшая лига в мире — в России, потому что только в России платят приличные деньги в пляжном футболе.

— А если уж мы про деньги заговорили, насколько спустя 16 лет изменились финансовые условия в «пляжке»?

— Ну… (Задумался.) Смотрите, когда у нас была пара бразильцев, если не ошибаюсь, — получали по пять тысяч долларов, а Буру — 7 тысяч. Это чисто зарплата, без премиальных. То есть Россия уже тогда была в топе по зарплатам. Сейчас я немножко отошел от пляжного дела и не знаю, как изменились финансовые условия. А в те времена — это очень приличные деньги были. И плюс — позже, когда у нас чуть-чуть с бюджетом получше стало, то и условия для игроков стали лучше.

— Съехали из бани?

— Да. Мы оплачивали и гостиницы, и питание, и перелеты. Все достойно Высшей лиги.

— В вашей пляжной карьере были «железнодорожники», с которыми вы выиграли клубный мундиаль. Как получилось, что вы изменили «Крыльям» с «Локомотивом»?

— (Смеется.) Нет, не то чтобы изменил. Скажем так: не отказался от возможности сыграть на мировом уровне. Это был сезон-2012. Чемпионом России стал московский «Локомотив», а «Крылья Советов» заняли шестое место. Напомню, помимо того, что я играл в поле, я также был в руководстве клуба и в силу этой деятельности общался с начальством других клубов, в том числе и «Локомотива». Я до сих пор помню, как мне позвонил президент пляжного «Локомотива» Виталий Погодин и так запросто говорит: «Поехали в Бразилию играть». Отвечаю: «Нет-нет-нет, спасибо, у меня путевка, и мы с семьей улетаем». Но Виталий Анатольевич умеет убеждать, и в итоге жена с тещей отправились на отдых без меня, а я три недели провел в Бразилии в составе «Локо» на втором клубном чемпионате мира по пляжному футболу. Сейчас уже можно сказать: нам не ставили высоких целей — мы поехали сыграть среди мировых звезд пляжного футбола и занять место как можно лучше. Среди участников были все титулованные бразильские, австралийские, европейские команды. Да кто там только не был! Первую неделю мы тренировались в Рио-де-Жанейро, потом перелетели в Сан-Паулу, где проходил чемпионат. Сам факт, что мы выходили на стадион в статусе участника чемпионата мира, — это было «вау!», но мысли о том, что мы всех обыграем, не было, и об этом даже не фантазировали. Но вот в группе мы выиграли одну игру, вторую, вышли в плей-офф (на групповом этапе «Локомотив» выиграл 4:2 у «Аль-Ахли» из Дубая, лиссабонского «Спортинга» 5:3 и проиграл бразильскому «Коринтианс» 2:3. — Прим. ред.). А тут четвертьфинал — прошли аргентинский «Бока Хуниорс» по послематчевым пенальти: сыграв 6:6, выиграли 2:1 по «девятиметровым» (пенальти в пляжном футболе исполняется с отметки 9 метров. — Прим. ред.). Думаем: «Ни фига себе!». В полуфинале отгрузили «Спортингу» 10:7, и вот мы уже в финале: «Блин, ребята, что мы творим, а? До финала дошли!» В финале на стадионе «Васко да Гама» нас ждал местный «Фламенго», за который играли чемпионы мира в составе национальной сборной. Матч начинался рано — по бразильскому времени в 9 утра, но зрителей собралось 20 тысяч. Трансляция по всей Европе. В нас вообще никто не верил — настолько силы были неравны. А мы обыграли хозяев в домашнем чемпионате мира — 6:4. И обыграли по делу, а не каким-то чудом. Потом в раздевалке сели, друг на друга смотрим — и в глазах вопрос: «Что же такое мы натворили?!»

— А потом?

— Потом была веселая и долгая — часов 20 — дорога обратно. (Смеется.)

— В России оценили вклад «железнодорожников» в историю российского пляжного футбола?

— Ольга Смородская — на тот момент президент ФК «Локомотив» — нам за золотые медали Клубного Мундиалито даже премию выписала. Конечно, это классно!

— Вы также без забитых голов не уехали из Бразилии.

— Да. Три мяча на этом пляжном клубном мундиале забил: «Спортингу» один и два аргентинцам в четвертьфинале. Конечно, статус чемпиона мира — это круто. Я до сих пор нет-нет да и «понтую» этим титулом. Например, когда с ветеранами играем, а мне кто-нибудь говорит: «Ты куда пас даешь?» А я в ответ: «Ты где играл? Что выиграл? Я-то чемпион мира и уж пас умею дать». Конечно, это все в шутку. Но титул очень приятный и честно заработанный.

— А какой футбол вам все же больше по душе — большой или пляжный?

— Ну понятно, большой. «Пляжка» — это другое, другой вид спорта. Здесь физики надо много. Песок — это тяжело (играть приходилось и в +40, когда пятки горят и даже поливка песка не помогает), но интересно. Сейчас с ветеранами в большой играем разные турниры, матчи, бегаем (Смеется.) — ладно, не бегаем — ходим.

— С пляжным футболом попрощались?

— Давно отошел от него. Потому что проект стал занимать очень и очень много времени. Выезды недельные, а их четыре, плюс тренировки. Также ты должен готовиться, просматривать игроков и находить средства на зарплату приглашенным легионерам.

— Правда, что приходилось тренировать пляжную команду с бровки?

— Да, было такое короткое время. Там по какой-то причине наш тренер не смог выйти на игры. И вот я на бровке, на лавочке, замены делаю. Но я не могу спокойно сидеть, мне надо орать, судей посылать: ведь они всегда плохо судят, когда мы проигрываем, правильно? Скажу однозначно: тренерство — это точно не мое. У меня после игр голова болела. Для меня это слишком нервно.

— В 2001 году вы перебрались в российский чемпионат. Четверть века вы связаны с «Крыльями Советов» — большими и пляжными. Недавно вы вошли в обновленный совет директоров «Крыльев». Вы долго раздумывали, когда вам поступило это предложение?

— Согласился. Что больше сказать? Конечно, в моей жизни «Крылья» были, есть и будут. И хочется что-то сделать для них полезного. Даст бог, получится.

— У меня сложилось ощущение, что вы такой бунтарь по своей природе. И это тоже связано с «Крыльями». Одно время вас даже на базу не пускали.

— Я человек такой — я говорю что вижу. Я напомню читателям, про какую ситуацию вы спрашиваете. В 2018 году из-за критики руководства клуба я оказался в черном списке «Крыльев Советов». В тот период был откровенный бардак в клубе. Это не просто мое личное мнение: многие болельщики, которые все это видели, с этим были согласны. «Крылья» — мой самый любимый клуб, и я не мог промолчать. В интервью вашей газете я возмутился, что за результаты «Крыльев» никто ответственности не несет, что не слетела ни одна голова в директорате. А «Крылья» уже тогда называли «лифтерами», потому что они несколько раз вылетали в ФНЛ. Болельщикам мои слова понравились, они стали в комментариях писать: «Бараса молодец. Хоть один сказал правду!» А потом эти комментарии потерли, а мне запретили вход на клубную базу.

— И вы стали публично спрашивать с руководства про бюджетные деньги?

— Да. Руководство в ответ (через радиопередачу) обвинило меня в популизме. Но года не прошло, и всех этих управленцев с должностей сняли. И если те руководители были такими офигенными, то было бы логичным, если бы их пригласили перейти руководить «Спартаком», «Локомотивом» или ЦСКА. Но что-то после «Крыльев» их не слышно и не видно. Вот вам и ответ.

— Все-таки кто отвечает за результат команды — тренер или руководство?

— Однозначно тренер. Тренер просит состав или создание необходимых условий для достижения результата. И руководство обязано ему это обеспечить. И если он все это получает, то за результат отвечает только он.

— Возможно ли в условиях скромного финансирования из госбюджета создать конкурентоспособную команду? Это и пляжных «Крыльев» касается.

— Считаю, что возможно. Пример — «Балтика». Но с оговоркой, что там бюджет немножко больше, чем у «Крыльев». Но пожалуйста — она очень даже хорошо сыграла в сезоне (шестое место в чемпионате РПЛ-2025/2026. — Прим. ред.). И половину игроков перекупили, которых до этого сезона никто не знал. Конечно, на длинном пути с маленьким бюджетом тяжело, но сезон уже другой. Почему нет? Мечтать о призовых местах не надо — это нереально, но быть в шестерке, восьмерке — вполне.

— Насколько реально ввести в футболе потолок зарплат — по аналогии с хоккеем?

— Не знаю. Но тут нужно сделать ремарку, что речь идет об РПЛ. Я тоже читал про инициативу Минспорта России о необходимости введения жесткого потолка зарплат в футболе. Скажем так: сейчас потолок существует де-факто — на уровне рыночных контрактов и бюджетов каждого отдельного клуба. И при этом в низших лигах, в отличие от Премьер-лиги, ограничения есть (базовые оклады в Первой лиге ограничены размером не более 300 тыс. рублей в месяц, во Второй — от 50 до 90 тыс. рублей. — Прим. ред.). Да, сейчас сложная ситуация, согласен. Однако все равно клубу нужно заманить игрока, чтобы он приехал играть именно к тебе — деньгами, переговорами, еще как-то.

— А чем Самара и «Крылья» могут заманить?

— Волгой. Пляжем. Солнцем. Самара — это самый лучший город. Надо перед подписанием контракта показать визитку города, особенно — какая красивая у нас набережная.

— На вас набережная так подействовала, когда вас в Самару приглашали в 2001 году?

— «Крылья» стали для меня первым клубом в российском чемпионате. Когда меня подписали, я был месяца полтора на просмотре в Кипре. Я приехал в Самару в марте, когда все таяло, грязища. Думаю: «Мамочки, куда я попал!» А контракт-то уже был подписан. Но вот солнышко пригрело, Волга очистилась ото льда, набережная расцвела. И вот все это уже 25 лет не может никак меня из Самары отпустить. У меня здесь семья, жена Яна, дочка Милана.

— Теперь ни март, ни декабрь не страшны?

— Нет, нет. Я окончательно влюбился в этот город и очень сильно ему обязан.

— Ирина Зобнина