Банкротить ООО «Гиппократ» — скандально известного производителя «фанфуриков» — будет выбранная случайным образом Галина Дашко.
Суд отклонил предложенную инициатором банкротства предприятия, «Розовой пантерой», кандидатуру управляющего из-за предоставленных налоговиками сведений об аффилированности ее с «Гиппократом». Это означает, что банкротство токсичного актива с миллиардными долгами выходит из-под контроля лиц, не чуждых миллиардеру Дмитрию Островскому, и способно принести ему немало неприятных сюрпризов.
ООО «Гиппократ» зарегистрировано в Самаре и специализируется на выпуске антисептиков. Надзорные ведомства и представители общественных организаций регулярно обвиняли компанию в производстве дешевого суррогатного алкоголя под видом медицинских препаратов. Традиционно «Гиппократ» входил в сферу интересов состоятельного самарского бизнесмена Дмитрия Островского. Островский на определенном этапе предпочел официально дистанцироваться от «Гиппократа», переписав предприятие на лояльных ему менеджеров.
В феврале 2024 года «Гиппократ» в очередной раз сменил владельца. Новым хозяином стал малоизвестный самарский предприниматель Раиль Даминов. Сделка проводилась в рассрочку, а до момента окончания расчетов на заводе применялась система управления «двух ключей», когда основные решения и траты новые собственники должны были согласовывать со старыми.
Летом 2025 года фискалы доначислили «Гиппократу» порядка 3 млрд рублей налогов. Большую часть этой суммы обеспечили результаты управления заводом командой Дмитрия Островского. Начисления фактически разрушили сделку по продаже «Гиппократа», так как Даминов отказался выплачивать остаток по договору купли-продажи, а предприятие инициировало самобанкротство. Правда, кредиторов в данном процессе ждал неприятный сюрприз, так как выяснилось, что на балансе завода не осталось активов, способных покрыть хотя бы банкротные процедуры. В результате суд вернул иск «Гиппократу», после чего банкротить «фанфуриковый» завод стала уже близкая к Островскому компания «Розовая пантера».
Бизнес «Гиппократа» и «Розовой пантеры» тесно переплетается между собой. В число учредителей обеих компаний на определенном этапе входил лично Дмитрий Островский. «Розовая пантера» владеет комплексом недвижимости, которую она сдавала в аренду «Гиппократу». Собственно задолженность по арендной плате и легла в основу долга в размере более 5 млн рублей, который стал поводом для иска о банкротстве «фанфурикового» завода. Сейчас «Гиппократ» и «Розовая пантера» формально не связаны. Владельцем «Гиппократа» выступает Раиль Даминов, «Розовой пантеры» — Сергей Засухин.
С самого начала эксперты предполагали, что главной целью иска «Розовой пантеры» было проведение в «Гиппократе» контролируемого структурами Островского банкротства, чтобы нивелировать сопутствующие риски, прежде всего в виде возможного оспаривания сомнительных сделок и привлечения реальных бенефициаров завода к субсидиарной ответственности. Даже если такая цель ставилась изначально, то с ее реализацией у команды Островского что-то пошло не так.
Согласно материалам суда, «Розовая пантера» как инициатор банкротства предложила назначить арбитражным управляющим члена Союза СРО «ГАУ» Алексея Баринова. Но крест на инициативе «Розовой пантеры» поставили налоговики. «Судом первой инстанции направлен запрос в Федеральную налоговую службу России о предоставлении сведений о наличии/отсутствии аффилированности ООО «Розовая пантера» и ООО «Гиппократ», 9 сентября 2026 года от ФНС поступил ответ на запрос, в котором сообщается, что между обществами установлены корпоративные и денежные связи, связь по собственности и наличие аффилированности. 15 сентября 2026 года от УФНС России по Мурманской области поступил ответ на запрос, в котором ведомство сообщает о наличии аффилированности между ООО «Гиппократ» и ООО «Розовая пантера», а также усматривает, что заявленные требования ООО «Розовая пантера» носят «дружественный» характер», — говорится в документах арбитража.
Как следствие, судьи при выборе кандидатуры арбитражного управляющего решили не учитывать позицию «Розовой пантеры», а найти искомое посредством случайного выбора. Жребий пал на члена Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих центрального федерального округа» Галину Дашко.

На каком основании налоговики сочли аффилированными и взаимосвязанными «Гиппократа» и «Розовую пантеру», напрямую в материалах суда не раскрывается. Об этом можно судить лишь косвенно, исходя из пояснений самого заявителя иска о банкротстве. «Розовая пантера» не согласна с установленной ФНС России аффилированностью между компаниями, в связи с тем, что Засухин С.А. произвел отчуждение 50%-ной доли участия в ООО «Гиппократ» и в настоящее время учредителем/руководителем компании не является. Сведения по телефону сформированы по состоянию на 2012, 2013 годы и не соответствуют фактическим обстоятельствам», — говорится в пояснениях суду представителей «РП». Из этого можно предположить, что причиной признания близости компаний стали фигура Сергея Засухина и общность их телефонов. По данным «СПАРК-Интерфакса», в число совладельцев «Гиппократа» Сергей Засухин вошел в 2019 году, а вышел из него в 2021-м. А учредителем «Розовой пантеры» Засухин стал только в 2024 году. То есть одновременно совладельцем двух компаний он не был. По принципу схожести владельцев в разные периоды обе компании может связывать и персона самого Островского.
«Розовая пантера» попыталась торпедировать назначение Дашко управляющим «Гиппократа», ссылаясь на то, что она является иногородним управляющим, а сама компания не готова нести расходы на такого специалиста. Суд не прислушался и к этим аргументам.
В результате 12 октября 2026 года самарский арбитраж признал заявление ООО «Розовая пантера» к ООО «Гиппократ» о признании несостоятельным (банкротом) обоснованным и ввел в отношении должника процедуру наблюдения. А вот в вопросе назначения управляющего суд не пошел на поводу у заявителя, утвердив временным управляющим Галину Дашко.
Опрошенные «СО» юристы поддерживают решение суда, указывая, что для назначения управляющего путем случайного выбора достаточно лишь подозрений в аффилированности, а не юридического установления соответствующего факта.
«Суды достаточно регулярно применяют случайный выбор СРО и управляющего, когда установлена или обоснованно предполагается аффилированность должника и кредитора-заявителя. По сути, это защитный инструмент при конфликте интересов. При этом практика давно вышла за пределы формальной аффилированности: суд может усмотреть зависимость и там, где юридические признаки по статье 19 Закона о банкротстве прямо не установлены, но есть фактическая возможность влиять на должника или сомнения в независимости предлагаемого управляющего», — пояснил управляющий партнер адвокатского бюро «Грата Самара» Дмитрий Самигуллин. Он предполагает, что «Гиппократу» оспорить такое определение возможно, но перспективы будут зависеть от того, удастся ли доказать, что суд необоснованно признал «Розовую пантеру» аффилированной либо нарушил процедуру назначения».
Сами себя перехитрили
Последнему владельцу ООО «Гиппократ» Раилю Даминову удалось увернуться от выплаты 459 млн рублей остатка задолженности за купленный завод. В иске, поданном к Даминову бывшим номинальным владельцем «Гиппократа» Татьяной Рогожкиной, впервые раскрылась схема продажи предприятия, согласно которой основной объем средств продавцу должен был выплатить не покупатель, а сам завод. А это уже в свою очередь ставит под сомнение реальность продажи «Гиппократа» Даминову.
Иск к Раилю Даминову Татьяна Рогожкина подала в июне 2026 года. Сама сделка по продаже «Гиппократа» была подписана в феврале 2024 года, и фактически она проходила в рассрочку. До момента окончания расчетов 100-процентная доля завода оставалась в залоге у Рогожкиной, а на самом предприятии использовалась схема управления «двойного ключа», при которой свои управленческие решения новые собственники должны были согласовывать со старыми. На каких конкретно условиях продавали «Гиппократ» лица, близкие к Островскому, и насколько реальной была смена владельцев, в публичной плоскости никогда не раскрывалось. Сама схема продажи «Гиппократа» впервые стала достоянием гласности в судебных документах по иску Рогожкиной.
Если верить их содержанию, «между сторонами заключен договор купли-продажи доли в уставном капитале общества в ООО «Гиппократ». Пунктом 1 договора цена 100-процентной доли «Гиппократа» согласована сторонами в размере 10 млн рублей. То есть именно столько должен был выплатить Рогожкиной Даминов. Но документ предполагал и другие выплаты продавцу. «Стороны согласовали следующие обязательства покупателя по выплате продавцу суммы денежных средств по итогам инвентаризации переданного покупателю имущества общества, а также по погашению долга перед ЗПИФ комбинированный «Базовые инвестиции», которые являются составной частью покупной цены доли. Сумму денежных средств по результатам инвентаризации ООО «Гиппократ» обязано выплатить в течение одного года с даты заключения настоящего договора. Покупатель обязуется обеспечить и не препятствовать в перечислении денежных средств по результатам инвентаризации в погашение обществом кредиторской задолженности и процентов перед ЗПИФ комбинированный «Базовые инвестиции» в размере 360 млн рублей путем перечисления указанной суммы частями в размере 10 млн ежемесячно». Все это означает, что цена «Гиппократа» формировалась из трех частей: собственно стоимости доли, а также инвентаризационной стоимости имущества и некоего обязательства предприятия перед ЗПИФ в размере 360 млн рублей. При этом согласно договору лично на Даминова ложилась обязанность выплаты только 10 млн рублей, а основную часть расчетов должен был обеспечить сам «Гиппократ». Изначально инвентаризационная стоимость имущества завода оценивалась в 188 млн рублей, из которых 86 млн Рогожкина получила. Судя по судебным документам, от задолженности перед ЗПИФ сохранилось 330 млн рублей, то есть погашено было только порядка 30 млн. Исходя из этих цифр, лица, близкие к Островскому, продали «Гиппократ» за 558 млн рублей. Получить из них Рогожкина смогла на данный момент только 126 млн. Оставшуюся сумму она и взыскивала с покупателя.
Между тем пространность формулировок относительно того, кто обязан выплачивать продавцу деньги, и сыграла с Рогожкиной злую шутку. Судьи сочли, что «формулировки об обязанности Даминова P.M. уплатить 360 млн рублей из собственных средств либо о праве Рогожкиной получить эту сумму, исходя из буквального толкования договора, не имеется. Истец фактически заменяет предусмотренную договором обязанность обеспечить действия общества иной обязанностью — лично выплатить продавцу долг общества перед фондом, которая условиями договора не предусмотрена. Истец утверждает, что сумма 360 млн руб. является частью покупной цены доли, которую Даминов обязался выплатить продавцу посредством перечисления денежных средств третьему лицу. Это утверждение противоречит буквальному содержанию приведенного самим истцом пунктам договора», — говорится в материалах суда. «Сумма задолженности общества перед третьим лицом не становится задолженностью Даминова перед продавцом только потому, что условие о ее погашении включено в договор купли-продажи доли. Договор не содержит поручительства Даминова, перевода на него долга ООО «Гиппократ», независимой гарантии либо иной правовой конструкции, возлагающей на него обязанность уплатить спорную сумму за счет собственного имущества», — констатировали судьи.
В результате 15 октября судьи отказали в иске Рогожкиной. При этом без ответа пока остается вопрос: судебный конфуз Рогожкиной — следствие недоработки юристов группы Островского, или же изначально покупатель Даминов не собирался брать на себя никакие обязательства перед продавцами, а продажа завода носила формальный характер?
НАТАЛЬЯ КОНОВАЛОВА, адвокат
— Как часто суды назначают управляющего случайным выбором из-за аффилированности?
— Это не повседневная, но устоявшаяся практика, которая в последние годы применяется все чаще. Суды используют случайный выбор как исключительный механизм для предотвращения «контролируемого банкротства», когда есть обоснованные сомнения в независимости управляющего.
Ключевой критерий — не доказанная аффилированность, а «разумные подозрения». Достаточно, чтобы заинтересованное лицо привело убедительные косвенные доказательства, и бремя доказывания обратного переходит на кредитора. Верховный суд РФ прямо указывает, что правило о случайном выборе применяется, если кандидатура предложена кредитором, аффилированным с должником. В практике нижестоящих судов можно встретить формулировки, что случайный выбор — это «один из возможных способов» обеспечения независимости, и суд не связан исключительно волей заявителя.
— Насколько реально «Гиппократу» опротестовать это решение?
— Шансы на успех оцениваются как невысокие, хотя процедура оспаривания технически возможна. Практика показывает, что суды апелляционной и кассационной инстанций в подавляющем большинстве случаев поддерживают решения о случайном выборе, если в деле действительно фигурировала аффилированность кредитора и должника.
Для отмены «Гиппократу» необходимо будет доказать, что у суда первой инстанции отсутствовали достаточные основания для сомнений в независимости предложенного «Розовой пантерой» управляющего. Однако сделать это будет сложно, поскольку ФНС уже предоставила суду информацию об аффилированности. Суды исходят из того, что для применения случайного выбора достаточно «зародить» разумные подозрения, а не установить аффилированность в качестве доказанного факта.
Тем не менее прецеденты отмены есть: апелляция иногда встает на сторону кредиторов, указывая, что случайный выбор — исключительная мера, а оперативность СРО сама по себе не доказывает заинтересованность. Но такие случаи единичны и, как правило, связаны с отсутствием в деле явных признаков аффилированности кредитора и должника.
Таким образом, учитывая уже установленный судом факт аффилированности, «Гиппократу» будет крайне сложно убедить вышестоящие инстанции в незаконности применения случайного выбора.
— Роман Аврусин











